Добавлено: 07.05.2019

Будем достойными наследниками нашей великой истории

«Перестали понимать русские люди, что такое Русь! Она есть подножие Престола Господня. Русский человек должен понять это и благодарить Бога за то, что он русский». Эти слова всенародного российского пастыря, святого праведного отца Иоанна Кронштадтского как нельзя более злободневны сегодня, когда решается судьба Отчизны. Наше будущее зависит от того, сумеем ли мы ныне восстановить историческую преемственность русской жизни, осознать себя продолжателями великого русского дела, хранителями и защитниками духовных сокровищ тысячелетней российской истории.
Митрополит Иоанн (Снычев).
«Русская Симфония»


В редакции газеты «Русь Державная» 4 апреля с.г. состоялось заседание Державного клуба «Будем достойными наследниками нашей великой истории». В нем приняли участие иерей Александр Шумский, клирик Никольского храма в Хамовниках (г. Москва), главный редактор газеты «Русь Державная» А.Н. Печерский, депутат Государственной Думы России В.Г. Поздняков, обозреватель радио «Радонеж» В.А. Саулкин, кандидат политических наук, член Союза писателей России, полковник запаса В.А. Азаров.

Андрей Печерский. Дорогие друзья, рад вас приветствовать в нашем Державном клубе. Он хоть не прирастает пока количественно, но качественно прогресс налицо. Читатели уже заметили, что у нас обсуждаются самые серьезные темы. Конечно, у всех на слуху, в умах молодежи и поколений предыдущих, а мы относимся тоже к поколению, которое одной ногой было и в прошлой жизни: как соотнести то, что происходит сегодня в стране и то, что было вчера? Об этом говорит наш Президент и Святейший Патриарх Кирилл, практически все сегодня говорят о том, что никакого духовного возрождения в стране быть не может, если мы будем перечеркивать наше советское прошлое. А ностальгия по нашему советскому прошлому буквально у всех. Она везде: в песнях, в видеороликах, которые постоянно вижу в телефоне. С хорошей советской песней чередуются хорошие, добрые фотографии. Поэтому хотелось бы с вами поговорить на эти темы, затронуть, конечно, и военные темы, в частности, Афганистан. Дорогой отец Александр, вам первое слово.

Священник Александр Шумский. Во-первых, конечно, мы сейчас до сих пор живем советским прошлым. Если говорить об экономике и о многих других вещах материальной жизни нашей, то мы живем этим периодом нашей истории. До сих пор он не исчерпался. И менталитет советский, конечно, безценен, потому что благодаря ему мы сейчас выживаем, несмотря ни на какие разговоры о том, что советское прошлое было черной дырой истории. Вообще не бывает в истории никаких черных дыр. Каждая эпоха для чего-то Богом попускается или благословляется.

Божий Промысл каждую эпоху как-то определяет. И поэтому даже ельцинская эпоха не была эпохой только со знаком минус. Везде есть свои плюсы и свои минусы, потому что история – это процесс антиномичный, то есть одновременно происходят разные и противоположные процессы. Как в Евангелии сказано: «растут одновременно пшеница, и плевелы». И поэтому будь осторожен, когда начинаешь заниматься прополкой исторической, если говорить о евангельском понимании. Поэтому, конечно, мы говорим не просто о советском периоде, а о советском периоде русской истории как об одном из важнейших периодов. Это была эпоха большого стиля. Я люблю это высказывание: «эпоха большого стиля». А когда большой стиль, там всякое бывает: и взлеты, и падения. Амплитуда взлетов и падений была, конечно, большая, но это не было серое прозябание.

Я вел цикл лекций в Сретенской семинарии по пастырскому богословию. И когда я стал рассказывать семинаристам о советском периоде истории, они это восприняли так, как будто я им стал рассказывать об эпохе Гомера.

И вот с этим надо что-то делать, потому что нам уже немало лет всем. Кому уже за 60, кому за 70 и, собственно, мы последние свидетели этого периода. Даже люди 50-летние уже застали все-таки конец советской эпохи, они могут гораздо меньше свидетельствовать, чем мы. Меня это очень беспокоит, потому что совсем скоро мы уйдем, уже не так долго осталось. Как сказано псалмопевцем, человек живет 70-80 лет, то есть наш уход довольно скоро произойдет. Что надо сделать, чтобы для молодых поколений советское прошлое не осталось белым пятном? Ведь если это произойдет, мы очень много потеряем.

Виктор Саулкин. Мне кажется, эта тема очень важна для всех нас православных людей. Отец Александр уже говорил о том, что существует опасность того, что будет прервана нить единой русской истории, потому что советская эпоха – это часть истории страны в ХХ веке. И если рассуждать православному русскому человеку о советской эпохе, то несомненно: вершина советской эпохи – это май 1945 года. Победа в Великой Отечественной войне. А чем была Великая Отечественная война для нашего народа? Это и священная война и священная Победа. Это часть великой священной русской истории. Не просто истории, а именно священной истории. Напомним, началась война в день Всех Святых в земле Российской просиявших, закончилась на Пасху, которая в 1945 г. совпала с праздником н Георгия Победоносца.

Почему эта тема сегодня, на мой взгляд, очень важна для нас? Уже много лет приходится говорить, что антисоветизм либералов – это одна из форм русофобии. Потому что либерал российский, как говорил Федор Михайлович Достоевский, отличается от всех остальных либералов тем, что он ненавидит свою мать – Россию. И поэтому российский либерал одинаково ненавидит что имперский период русской истории, что советский период, беснуется, когда видит как страна постепенно возвращается на свой державный путь. С либералами ничего не поделаешь, а вот как православные относятся к советской эпохе?

Мы понимаем, что враг сегодня делает ставку на раскол нашего общества. Официально в доктрине Пентагона записано, что они продумали в борьбе с Россией тактику троянского коня. То есть ставка делается на раскол общества, на действия пятой колонны и революционные потрясения. К чему это приведет, видим сегодня на Украине. Мы видим, как на Украине борются упорно с советской эпохой. И видим, как это привело к возрождению нацизма, причем даже не германского нацизма, а такого полицайско-палаческого, уродливого во всех отношениях бандеровского нацизма. С одной стороны, у нас сегодня существует угроза реставрации коммунистической идеологии. Среди коммунистов есть и православные. Но когда возрождаются леваки троцкистского разлива, то они вместе с либералами активно выступают на митингах против строительства храмов в Москве. А с другой стороны, пещерный антисоветизм отталкивает, вызывает отвращение у большинства нашего народа. Такой антисоветизм части православных не способствует проповеди Слова Божия, потому что они вроде бы зовут каяться за советский период, а кого они зовут каяться? Кто должен принести покаяние? Мы же с вами знаем, что наши отцы и деды, даже зачастую будучи невоцерковленными, были выше нас во многом по душевным своим качествам. Они были великими тружениками, обладали даром самоотверженной любви. На своих плечах вынесли Великую Отечественную войну, победили страшного врага. Они разрушенную страну после войны восстановили. И призывать это поколение каяться, это по меньшей мере, с нашей стороны грех хамский.

Вроде бы зовут к покаянию, а люди чувствуют неправду. Какую? Отсутствие любви в этих призывах. Потому что православные старцы покаяние вызывают у людей не обличением, хотя иногда могут и сурово обличить, но прежде всего любовью. И у человека возникает чувство покаяния. Андрей Николаевич знает это, наверное, лучше нас всех, много лет общаясь со старцем Кириллом Павловым, Героем Советского Союза, защитником Сталинграда.

Старец Кирилл Павлов всю советскую эпоху прожил. Он обличал безбожие, говорил о безбожии, но, мне кажется, я никогда не читал, не слышал, чтобы старец обличал людей и обличал ту эпоху как весь период жизни страны.

Андрей Печерский. Ни одного слова у батюшки никогда на эту тему не звучало. Они, к сожалению, звучат сейчас в устах других людей, даже облеченных церковным званием. И это печально. Отец Кирилл всегда стоял над схваткой. Ты совершенно прав, Виктор, он всегда призывал к любви. Это его знаменитая проповедь, хотя она родилась в нашей с ним беседе «Я шел с Евангелием и не боялся». Там каждая фраза именно так и звучит, что мы сами виноваты в том что происходит, что нельзя обвинять общество. Человек сам ответственен за то, что происходит вокруг. И, мне кажется, то, что он говорил о войне, оно вполне относится и к сегодняшнему дню. А что, разве сейчас не идет война? Разве не борется зло с добром? Борется. И довольно успешно борется.

Говоря о нашем молодом поколении, что можно сказать? Им намного труднее, чем нам. Мы телевизор-то толком не смотрели, потому что было много других занятий. А сейчас сплошные смартфоны, телефоны, компьютеры и тому подобное. Я уже молчу про телевизор. Думаю, что даже та небольшая толика, которая звучит с православных телеканалов, не делает погоды для большинства людей. Молодежь вне этого, как бы живет вне православного самосознания. И здесь, мне кажется, все силы нашего общества, все силы православных людей должны именно на это и быть направлены. Недаром говорят: вот сейчас такое безвременье... Это безвременье что-то затянулось. Уже не одно десятилетие говорят о поиске национальной идеи… А что духовное возрождение России – это разве не есть национальная идея? Она вполне может быть национальной идеей, только ее надо поддерживать всеми силами и развивать.

Виктор Саулкин. Я поддержу Андрея Николаевича, потому что от духовного возрождения России, и это не абстрактные слова, зависит возрождение нашей армии. Главное – это возрождение семьи, а значит, возрождение Державы. Потому что, что такое патриотизм как национальная идея? Я хотел бы, чтобы Владимир Алексеевич дал определение, может ли патриотизм быть национальной идеологией?

Владимир Азаров. Я должен сказать, что мы до сих пор не определили национальную идею. Мы пытаемся, конечно, улучшить взаимоотношения всех, можно сказать, сословий в нашем государстве. Но это не получается, потому что сейчас, прежде всего, наша власть пытается патриотизм сделать идеологией. Патриотизм не может быть идеологией, потому что это духовно-нравственная категория и мы не можем ее рассматривать как идеологическую основу для построения нашего общества.

Недавно прошел закрытый показ фильма «Братство», который является просто ударом по всему нашему прошлому. Как такое может быть, чтобы такой фильм выходил на наши экраны? Тем более создатель фильма пытается продвинуть его на 9 мая. По свидетельству людей, видевших фильм, это поругание святынь прошлого. Потому что афганская война – это же советское прошлое, так же как и Великая Отечественная. Как же мы можем так относиться к своему прошлому? Если мы сами себя очерняем и перед лицом мировой общественности, и перед лицом своего собственного народа. Спрашивается, зачем? Для кого это делается? И смотрим, все делается вразрез тем программным документам, которые были выработаны. Вот что самое страшное. Мы говорим на бумаге одно, а в реальности делаем совершенно противоположное. Говорится, например, что нужно сделать то-то и то-то, нам нужно такого-то человека вырастить. Кого же мы вырастим при таком подходе?

Андрей Печерский. Так получилось, что обсуждаемый фильм «Братство» режет по сердцу еще потому, что сегодня за этим столом трое участников этих событий. Я вспомнил Павла Лунгина, потому что это не первый его опыт фальсификации истории. Вспомните его фильм «Царь» и в какое ответственное время он был пущен по всем экранам Москвы. Я, честно говоря, не пожалел 200 рублей и сходил на этот фильм. Какая это была подделка и какое издевательство над историей. Ладно, это история, как говорится, прошлых веков. А это свежий плевок нам в лицо.

Владимир Поздняков. Я вижу у вас, Владимир Алексеевич, знак воина интернационалиста. А я был в 1983-84 гг. советником демократической организации молодежи Афганистана. В апреле 1984 года 17-й Съезд комсомола направил первый отряд на строительство Байкало-Амурской железнодорожной магистрали. Ребята разъехались по всей трассе и потом в течение 10 лет строили эту великую трассу.

А не так давно Евгений Михайлович Тяжельников обратился к нам с тем, чтобы в Госдуме организовать фотовыставку о БАМе. И выясняется, что большинство молодежи даже не слышало о БАМе. Вот насколько эта четверть века безвременья порушила в сознании, в памяти, вообще в жизни практически целого поколения. Мы виноваты, мы не сделали. Конечно, не оправдываю тех, кто сегодня такой равнодушный или уже с какой-то враждебностью относится к прошлому. Я молодых имею ввиду.

Я только что вернулся из Забайкальского края, глубинки. Там, где мне удалось побывать, продолжает действовать сельскохозяйственная артель «Луч». Возглавляет ее немолодой человек, член КПРФ. У них семь отделений, по 49 человек работает. Спрашиваю:

– Какая зарплата?

– Мы выживаем, минимум платим – 10-12 тысяч.

Показали место, где они живут. Я не скажу, что они все пожилые люди. Нет. Где-то 30, 40, 50 лет. Мужественные люди сохраняют и поголовье овец, и пахать собираются в ближайшее время. Техника, конечно, 80-х годов, что удалось сохранить. На покупку другой денег нет. Школы 45-53 гг. постройки. Разваленные полностью. Учителя делают героические усилия, чтобы сохранить школьное образование. Но учителя, к сожалению, по нынешним принятым законам оказывают образовательные услуги.

Если тебе что оплатили, то в размере этой платы они и оказывают услуги. Мы боролись за то, чтобы сохранить: учитель – это воспитатель, учитель – это наставник, учитель – это тот, кто созидает и готовит будущее поколение. Но вот опустили до уровня организатора или подателя услуг.

На днях выступала в Госдуме О.Ю. Голодец, заместитель председателя Правительства. Она курирует четыре или пять сегодняшних национальных программ. Задаю ей вопрос: вот я приехал из Забайкалья, у меня были там такие-то вопросы. Скажем, медицинское учреждение. В поселке живет две тысячи человек. У них больница сегодня рассчитана на две тысячи. Специалистов на две тысячи. В округе где-то до двухсот километров населенные пункты. Одна скорая помощь. Эта единственная скорая помощь уехала, по бездорожью застряла. В больницу обратился кто-то, кому нужна помощь, – нет уже возможности.

О.Ю. Голодец в свое время сказала, что в России такая высокая смертность потому, что русские мужики пьют, спиваются, умирают. Конечно, меня это возмутило. Я говорю, это не потому что мужики пьют, а потому что нет медицины, дорогие лекарства и так далее. Слава Богу, что в последнее время низший медицинский персонал: нянечки, санитарки, – получили более-менее неплохую заработную плату. Где-то 10-12 тысяч рублей. Это по сравнению с 5-7, которые до этого были. Более менее. Еще северные добавят немножко.

В то же время у нас недавно была годовщина и ухода и рождения нашего великого писателя Валентина Распутина. Он мой земляк, я сам иркутянин, дружны были. И в комсомоле, когда работал зав. отделом, он там вел группу «Молодость учит современность». Я его неплохо знал. Читаю, думаю, надо его вспомнить, что он говорил о русском народе, о русском языке, деревне, культуре, театре, о православии, о жизни и смерти, о «заколачивании России в гроб». Очень метко и образно говорил: «Никак не могу согласиться с тем, что за народ принимают все население или вовсе лишь простонародье. Он – коренная порода нации, рудное тело, несущее в себе рудные задатки, основные ценности, врученные нации при рождении. Руда редко выходит на поверхность. Она сама себя хранит до определенного часа, в который способна взбугриться, словно народ под давлением формировавшихся веков. Народ в сравнении с населением может быть невелик числом, но это отборная гвардия в решительные часы способна увлекать за собой многих».

Андрей Печерский. Хотелось бы перевести разговор в то русло, в котором мы начинали: в духовно-нравственную составляющую нашего бытия, прошлого, сегодняшнего, дай Бог, будущего. Без этого, как любому православному человеку понятно, несмотря на все трудности того или иного политического строя, православный человек во все времена оставался православным человеком. Если он когда-то подвергался гонениям, он шел на Голгофу. Если открылись какие-то возможности, он их должен использовать.

Я сейчас вспомнил разговор с архимандритом Феофилактом (Моисеевым). Сейчас он епископ Русской Православной Церкви. Я у него был в гостях, когда он возглавлял служение в Черниговском скиту Троице-Сергиевой лавры. Он задал мне вопрос: «Андрей, скажи, пожалуйста, кому легче будет оправдаться на Страшном суде: атеисту прошлых лет или атеисту нынешнему?» Я замялся и не смог сразу ответить на этот вопрос. «Давай рассудим, – говорит он. – Вот раньше религия была в загоне, храмы закрыты, разрушались, взрывались, Евангелие не купишь, и действительно, легче оправдаться человеку. А вот нынешнему человеку, если он считает, что может без Бога прожить, что можно во все тяжкие пуститься, в такие, что и не снилось нам всем при советской власти, каково этому человеку будет оправдаться? Наверное, тяжело». Мне хотелось, чтобы мы продолжили в духовно-нравственном ключе разговор.

Владимир Поздняков. На днях были на заводе имени Хруничева. Это организация, которая занимается космосом. Это и космодромы, и ракеты, и пилотируемый космос и так далее. И когда у начальника цеха спрашивали, каким должен быть сегодня человек, как раз на фоне «Ангары» (это современная ракета, несколько модификаций). Он говорит: «Очень честным, добросовестным, специалистом классным». И вдруг у него в словах прозвучало: «и он должен работать по совести». Как-то так промелькнуло у него в словах, а потом говорит: «Ну, он должен признаться, если гайка или болт, что-то упало при монтаже, мало ли что, надо признаться. Обязательно потом эта гайка или болт вылезет». По совести. Я разговариваю с начальником завода: «Знаете, если у вас такое отношение, что совесть во главе угла, то это предприятие у вас будет развиваться». Потом говорю это же самое Рогозину: «Дмитрий Олегович, слово «совесть» прозвучало у начальника цеха. Это знаешь, что такое? Это Бог в человеке. Если есть эта составляющая, тогда все нормально».

Я сейчас с удовольствием смотрю телеканал «Спас». Я прихожу домой и сразу включаю именно «Спас». Потому что там и о вере говорится. Дочка мне, слава Богу, она теперь уже бабушкой стала, говорит:

– Папа, я смотрю «Спас».

– Молодец дочка, – говорю ей..

Идет духовное пробуждение. И у меня в данному случае такое чувство, что наладится все. Есть у нашей молодежи сегодняшней это чувство – на генетическом уровне. Молодежь говорит: «Мы великая страна, великая держава, великая нация, и мы должны соответствовать этому». Сложнее, может быть, с сорокалетними, прошла вот эта прочистка в мозгах у них, но они тоже теперь уже воспитатели своих детей, тоже уже начинают ответственнее быть. А в перспективе, думаю, что все будет хорошо.

Андрей Печерский. Очень хорошо, что вспомнили про совесть. Я сейчас вспомнил короткий эпизод. Были с одним священником у батюшки Кирилла, когда он отдыхал в санатории в Барвихе. И он ему конкретный вопрос задал:

– Батюшка, а как с атеистом разговаривать?

– А ты с ним о совести говори. Совесть-то у каждого есть.

Вот такой был простой ответ нашего великого старца.

Владимир Азаров. А я бы сказал, что нет вообще атеистов, безбожников, особенно среди тех, кто Афган прошел. Мы тогда знали каждого, кто чего стоит, зачем сюда прибыл. Нехороший человек становился законченным мерзавцем. Хороший человек поднимался на уровень почти святого. Война показывает и проверяет каждого.

Виктор Саулкин. Я бы хотел к нашей теме вернуться – отношение православных к советской эпохе. От эпохи что остается? От эпохи остаются не айфоны и мерседесы, от каждой эпохи истории остается культура. Как говорят историки часто о древних народах – археологическая культура. Допустим, пшеворская, зарубинецкая археологические культуры. Что от советской эпохи останется, какое культурное наследие? Да, были страшные попытки навязать народу безбожие, атеизм, можно вспомнить о высоких культурных достижениях советской эпохи. Главное, что для меня кажется самым положительным в советской эпохе – это попытка избавиться от греха стяжания, избавить людей от власти денег. Это, по-моему, дорогого стоит. Неудачная попытка, к сожалению, но люди помнят хорошее, что было в то время. Кстати, Святейший Патриарх Кирилл на открытии выставки «Россия – наша история», обсуждая 20-летие распада Советского Союза сказал, что целились в режим, а попали в историческую Россию. Слова Александра Зиновьева немножко переделал. Зиновьев говорил: «Целились в коммунизм, а попали в Россию». Но вот что сказал Святейший Патриарх: «Не было бы сегодня современной России, если бы не было подвига предшествующих поколений, которые в 20-30-е годы не просто пахали землю, хотя это было важно, создавали промышленность, науку, оборонную мощь страны». Кстати, вспоминая Иосифа Виссарионовича, Патриарх сказал, что «там, где проявлялась воля, сила и интеллект, политическая решимость, мы говорим, да несомненные успехи, как и в случае с победой в Великой Отечественной войне, а там, где была кровь, несправедливость и страдание, мы говорим, что это неприемлемо для нас, людей XXI века».

Почему нам приходится часто говорить о недостатках нашей современной жизни, потому что, действительно, в основе нынешней экономики стоит воровство. Потому, что чубайсовская приватизация – это был грех воровства. Поэтому народу до конца это невозможно принять. Народу трудно смириться с этим, потому что на Руси всегда очень важным для людей было понятие правды, справедливости. Мы с отцом Александром помним, как на Всемирном Русском Народном Соборе, Патриарх Кирилл говорил о том, что справедливость – это одна из основных ценностей для нашего народа.

Кстати, говоря о советской эпохе, нельзя не заметить определенный парадокс. По телеканалу «Спас» нередко выступает какой-то автор и ругает советскую эпоху за атеизм, а после этой передачи демонстрируется старый советский фильм. И легко очень обнаружить, что 95 % всего, что показывается из детских мультфильмов, кинолент, это фильмы советской эпохи. Вот и выясняется, что от советской эпохи остался высоконравственный кинематограф. А что остается, от последних десятилетий – безконечные криминальные сериалы, или мыльные оперы? Вспомним, как в разгар перестройки на пятом съезде кинематографистов набросились на Сергея Бондарчука, один только Никита Михалков посмел тогда встать на защиту великого режиссера. Что это перестроечное поколение создало за последние 30 лет? Да ничего не создало. А советский кинематограф – это вершина. Отец Александр не раз вспоминал, что папа Римский и Феллини когда-то сказали, что самые христианские фильмы – это советские фильмы: «Судьба человека», «Баллада о солдате», «Отец солдата» и «Летят журавли».

Андрей Печерский. У меня так комично получилось. Я хотел узнать побольше про фильм «Братство», включил интернет и не обратил внимание, что его же нет еще в интернете. А вместо него показали фильм, которого я не видел, но о котором тоже слышал: «9-я рота». Я сидел и мне было больно и обидно, что я смотрю. А я был в Афганистане и знаю, что это такое. И все время вспоминал «Судьбу человека». Вот где был характер. Что это, скотов каких-то показали, а не советских солдат.

Владимир Азаров. На днях вышла очень большая моя статья по поводу как раз этого, назвал ее «Новая матильда». Это на «Русской народной линии». Как раз сравниваю этот фильм, я его не смотрел, но мне рассказали и дали описание этого фильма. Я его сравниваю с «9-й ротой». Конечно, все это полная профанация. Смысл в том, что фильм «9-я рота» снят по лекалу американского кинематографа, где обязательно должно быть насилие, должен быть обязательно секс, обязательно убийства. Без этого не может современный кинематограф. Я был в свое время командиром учебного танкового взвода. И вот там же, в учебке происходит это все действо перед отправкой советских солдат на фронт в Афганистан. Но такого не может быть.
Получается, что сейчас, когда производится та или иная кинопродукция, информационный какой-то продукт, касающийся военных действий или прошлого времени, обратите внимание, нет ни экспертов, ни военных консультантов. Делают все, что угодно. В данном случае «Братство» – это фильм об Афганской войне, фантазии об Афганской войне. Там ничего нет, что в реальности происходило. Я допускаю, что какие-то случаи бывают, но этот маленький случай нельзя переносить на большой экран. Это индукция, когда мы от маленького, частного случая переходим к большому, общему. И, например, увидели расхлыстанного солдата, все, значит, вся армия в таком состоянии. Увидели, например, как себя ведет священник, едет на мерседесе, значит, все священники такие коррупционеры и прочее и прочее. Нельзя позволять нашим коммерсантам или маститым художникам от культуры совершать эти действия. Но это же в наших возможностях, в наших интересах. Кто мешает нам с этим бороться, скажите. Кто? Никто.

Я указываю конкретно, что можно было сделать. Можно было создать при каждой киностудии, при каждом театре и так далее, в каждой области деятельности общественные редакционные коллегии. Вот, например, в Приморском крае создается такая. И создавать их надо не из людей прикормленных, а чтобы из каждой категории тружеников, например, учитель, рабочий, военнослужащий, медицинский работник. Но редакция, в любом случае, должна быть. А мы сейчас уповаем на совесть наших режиссеров. Вы говорите об этом. Но нет у нас такой категории сейчас в Отечестве, нет совести. Вы скажите о ней хоть раз с трибуны. Вы слышали с больших с трибун, хоть кто-то говорил о совести?

Священник Александр Шумский. Но есть же у нас и позитивные явления. Как я уже говорил, история – это динамичный процесс, когда параллельно развивается и то, и другое. Одно просто больше выпячивается, больше замечается, другое нет. Когда нашего старца Иоанна Крестьянкина спросили, какое место из Евангелия в большей степени соответствует современному периоду истории, то он назвал евангельскую притчу о плевелах и пшенице. Он сказал, что больше всего к нашему периоду подходит притча о пшенице и плевелах. И сегодня есть тоже очень позитивные моменты и явления, которые связаны, в том числе, и с верховной властью.

Поэтому к нашему Президенту я отношусь с большим уважением. Он, кстати говоря, одним из первых обратился к патриотическим ценностям, и когда здесь говорилось об идеологии, что патриотизм и идеология несовместимы, это конечно, правильно. Нельзя делать из патриотизма голую идеологию, но вместе с тем и идеология не может быть без патриотизма, который является составляющей частью идеологии. Вспомним нашего товарища Сталина, который умело использовал патриотизм в идеологическом воспитании народа.
Что касается нашего президента, то он неоднократно говорил о совести, о том, что нравственные ценности первичны. В частности, на одном из последних Архиерейских Соборов он вместе со Святейшим Патриархом Кириллом говорил о том, что самое главное – это христианские ценности в мире. Это было очень важно и ценно, потому что со слова начинается любое дело, плохое или хорошее. На одной стороне океана открыто проповедуют содомские «ценности». А на другой – российский Президент говорит о том, что главные ценности – христианские, и надо жить по совести и по евангельским заповедям. Это он говорил неоднократно. Так что с высокой трибуны это звучало и звучит.

Сергей Шойгу об этом тоже говорил. Наш министр обороны, кстати говоря, сравнительно недавно крестился, но быстро воцерковляется. И я вижу, что это человек глубокой веры. Я это знаю от тех людей, которые с ним связаны. Неслучайно он выезжает на парад, осеняя себя крестным знамением.

Понятно, что во власти есть люди, о которых Владимир Георгиевич говорит. Их немало. Но есть и другие люди, может быть, их меньше, может, они менее заметны, но они делают добрые дела. Поэтому сейчас идет очень неоднозначный процесс. Если мы сравним, допустим, 90-е годы и нынешнее время, то как ни крути, все-таки огромный прогресс произошел во всех отношениях, это касается и вооруженных сил, и школы, кстати говоря.
Происходящие сегодня процессы в России неоднозначные, есть в них значительная доля позитивности. Но всем нам необходим синтез досоветского и советского периода нашей истории.

Владимир Азаров. Но это же самое главное. Мы сейчас, дорогие друзья, здесь собрались не для того, чтобы благодушничать. Мы должны обозначать те острые проблемы, которые у нас существуют. А проблема сейчас главная, как я нахожу, как человек-аналитик, офицер высшего оперативно-стратегического звена, системная есть проблема, о которой сказал уважаемый наш Владимир Георгиевич. Конечно, выходят достойные фильмы, Но их показывают в основном на дециметровых каналах. Ну, о чем мы с вами говорим? Да конечно что-то есть. Но мы же с вами говорим о 145 миллионах людей, а не о 49 человек, которые в той или иной артели работают. А в целом ситуация катастрофическая. А мы с вами благодушествуем: все нормально, все хорошо.

Андрей Печерский. Интересная ситуация, многие из нас – и Виктор, и я в патриотическом движении много лет. Я вспоминаю сейчас начало 90-х, когда Вячеслав Клыков, мой незабвенный друг, привез Благодатный огонь со Святой Земли и устанавливали памятник Кириллу и Мефодию на Славянской площади, и Патриарх Алексий сказал громко, на всю страну, среди прочих слов: «Нужно, чтобы во главе всех процессов, происходящих в стране, стояла духовность». Я вот стою на этих рельсах. Но у нас в патриотическом движении сейчас, может быть, конечно, я преувеличиваю, полнейший кризис, разброд и шатание. Нет ни одной организации, которая бы говорила о том, о чем мы даже за этим столом говорим. Проводятся какие-то небольшие акции, мероприятия. Каждый копает ржавой лопатой свой огород, а впрягаться в плуг никто не хочет. Есть и кто призывает: давайте вместе, но вы только в пристяжных идите, а я буду во главе.
За два дня до своей кончины митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн в телефонном разговоре со мной произнес, как я теперь уверен, пророческую фразу: «Пока русский народ не преодолеет в себе беса разъединения, ничего мы в России не добьемся».

Виктор Саулкин. Владимир Алексеевич правильно сказал о системных ошибках. Система, с которой приходится бороться, появилась не в 90-е. Она появилась в конце 80-х.

Либералы сегодня со своими бесконечными воплями о войне, о Сталине, о советском периоде – это ведь перепевки всего, что публиковал Коротич в журнале «Огонек» в те годы. Нового ничего не придумали. Помните, «верхняя вольта с ракетами», «вся страна сплошной ГУЛАГ» и прочее. Это просто болезненная ненависть этой публики ко всему советскому периоду. Что говорить о современном кинематографе, сравнивая с фильмами советского времени? Я бы, например, запретил снимать современным режиссерам фильмы о Великой Отечественной войне, потому что «Сталинград» Федора Бондарчука – это сплошной голливуд. Его же «9-я рота» – искажение, фальсификация события. Реальная 9-я рота свою задачу полностью выполнила, героически сражались, к ним пришла помощь, душманов разгромили. А в фильме погибли, всем конец.

Фильм Лунгина об афганской войне – это операция информационной вой-ны, которая ведется против России. Его «Царь» – это то же ложь о русской истории, клевета не только на государя Иоанна Васильевича, первого русского царя, но на всю русскую историю и на весь русский народ.

Но сегодня что произошло, как появился клеветнический фильм Лунгина? Главные вопросы к Министерству обороны. Они же, Министерство обороны профинансировало антиармейский фильм Лунгина вместе с Министерством культуры. К Фонду кино вопросов нет, потому что Никита Сергеевич Михалков демонстративно из Фонда кино вышел, когда туда Тимакову ввели. Сказал: «Я представляю, какие русофобские проекты будут финансироваться». Дело в том, что американцы выделили 5 миллиардов, кажется, на все эти НКО, которые работают на проект «троянский конь». Даже в самую горячую пору холодной войны не было такой бешеной русофобии на Западе, как сегодня.

Пусть бы Лунгин за их деньги снимал такие фильмы, в конце концов. Почему он за наши деньги позорит нашу армию, это плевок в лицо не только ветеранам-афганцам, а всей стране.

У нас юнармия организована, чтобы заниматься патриотическим воспитанием подростков. Слава тебе, Господи, развивается кадетское движение, Президент уделяет этому много сил, внимания. Суворовские училища возрождаются после попытки разгромить их в в 90-е. Как же может одновременно сосуществовать в нашем обществе юнармия и клеветнический фильм Лунгина? Как может сосуществовать Ельцин-центр и Безсмертный полк? Это вещи несовместимые.

Андрей Печерский. По поводу кино хотелось вспомнить моего хорошего знакомого Александра Мельника. Он в свое время возглавлял фонд Андрея Первозванного. Он стал снимать кино и снял фильм «Территория». Я был на премьере в КДС. С помпой все это прошло. Но фильм так и не вышел на широкий экран. А он глубоко патриотический. И я его вижу только где-нибудь на цифровых каналах.

Владимир Азаров. Мы все разобщены. У нас нет единого патриотического центра. Например, был бы человек, который рассылал бы информацию, если бы что-то случилось. Для этого нужно подписать договор с ассоциацией или организацией Православных меценатов или еще с какой-то. Хотя бы, чтобы выделить должность, чтобы человек рассылал, что-то делал, какое-то было объединяющее начало. Проспали, не стало уже Фонда славянской письменности и культуры. Но должно что-то быть. Все разрознены и каждый мнит себя наполеоном.
Священник Александр Шумский. Знаете, как сказал Александр III? Мудрый был человек. Он сказал, что Россией управлять невозможно, потому что ею Сам Господь управляет. В Ветхом Завете в книге Екклесиаст читаем об историческом маятнике: время камни собирать и время разбрасывать, время сшивать и время разрывать, время войны и время мира. То есть хочу сказать, что так называемые периоды безвременья – это все-таки по Промыслу Божию необходимые этапы, для того, чтобы человек, проходя через это якобы безвременье, что-то понял. Так мы устроены. Это наша падшая природа, к сожалению. Если мы не потеряем, мы не заплачем. Надо потерять, чтобы заплакать. И ничего с этим не поделаешь. Поэтому этот период, который мы проходим с 90-х годов, нам нужно пройти. Без Промысла Божия ничего не делается. Этот период тоже для чего-то нужен. Это не черная дыра. Это момент нашего воспитания, нашего духовного исцеления, чтобы мы поняли то, что мы потеряли.

Владимир Поздняков. Прекрасное время. Все определяется через испытания.

Виктор Саулкин. Образ России в это безвременье – это Сергей Сотников, Человек, который чистил взлетную полосу на заброшенном аэродроме. Над ним все смеялись, а он чистил. Он говорил: верю, что малая авиация возродится. И потом обреченный самолет, крушение которого казалось неизбежным, среди тайги сел на этот заброшенный аэродром. Это было настоящее чудо. Вот это и есть символ России, когда человек продолжал, что бы ни было, выполнять свой долг, делать свое дело по совести. И Россия благодаря таким людям поднимается. И потом, в это страшное безвременье, предательство, грабеж страны, сколько у нас героев оказалось? Женя Родионов, шестая рота псковских десантников, герои-подвод-ники «Курска». А ребята, которые сегодня подвиги в Сирии совершают? Роман Филиппов, Александр Прохоренко. Всех даже не назовем сразу. А во время войны на Кавказе, сколько героев проявили себя, защищая Россию. То есть в этот период, когда беды и скорби обрушились на наш народ.

Господь людям давал возможность проявить себя, верность Отечеству, верность Богу. И как пример. Владимир Георгиевич сказал, что у нас молодежь разная, но мы с отцом Александром общаясь с молодыми людьми можем свидетельствовать: у нас молодежь патриотическая. Они хотят жить в великой стране, они любят Россию. Американцы лет десять назад с удивлением писали, узнав о результатах своих исследований: как же так, мы все сделали, чтобы переделать их сознание, а русская молодежь любит свою страну и считает ее великой.
Владимир Азаров. Конечно, каким бы наш народ ни был, он всегда остается самым лучшим и самым замечательным, но, к сожалению, реалии такие жизненные, что у нас нет обратной связи с властью. Мы должны каждый на своем месте помогать друг другу, объединяться и делать все возможное, чтобы власть нас услышала.

Владимир Поздняков. Валентин Григорьевич Распутин как-то сказал: «Они, воры и растлители, своего добились и теперь лишь ухмыляются, глядя на то, как наша энергия уходит на ветер. Теперь нужны дела. Чем обличать тьму, лучше зажечь свечу».

Андрей Печерский. Посмотрите внимательно на само отношение Божией Матери к нам. На 90-летие явления Державной иконы Божией Матери на псковской станции Дно сотни людей видели, как мироточили Державные иконы и с иконы государя из глаз слезы лились. Я этого никогда не забуду. И на столетие мы повторили тот же самый крестный ход на станции Дно. И там уже заложен и строится храм Святых царственных страстотерпцев.

Совсем недавно все вы были участниками того памятного события, как чудотворную икону «Умиление» Локотскую привезли к нам в редакцию. Это же все, мне кажется, счастливые моменты. Знаки исцеления. Значит, Божия Матерь нас не оставляет. Все еще у нас впереди, как говорил наш великий русский писатель, с которым я имел счастье быть знакомым, Василий Иванович Белов.

Будем достойными наследниками нашей великой истории.
от 23.05.2019 Раздел: Апрель 2019 Просмотров: 73
Всего комментариев: 0
avatar