Добавлено:

Передо мной встала особая задача...

К пятилетию со дня кончины пятнадцатого Предстоятеля Русской Православной Церкви Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II



«Передо мной встала особая задача: надо было установить отношения невмешательства государства во внутреннюю жизнь Русской Православной Церкви и одновременно – невмешательства Церкви в политические процессы страны. Отныне государство и Церковь должны были связывать уважительные отношения, а в целом ряде областей – даже партнерские», – подчеркивал Святейший Патриарх Алексий, вспоминая первые годы после избрания на престол. Автор настоящих заметок Борис Лукичев на основе личных воспоминаний показывает именно эту сторону деятельности приснопамятного Предстоятеля, заложившего основы современных государственно-церковных отношений.

Так сложилось, что в период работы с 1992 по 1995 годы в Минобороны России, а затем с 1996 по 2010 годы в Администрации Президента РФ мне приходилось заниматься государственно-церковными отношениями. Эти времена освящены для меня многократными личными встречами со Святейшим Патриархом Алексием. Работая над настоящими заметками, я просмотрел дневниковые записи, и удивился: мне довелось встречаться с Патриархом более тридцати раз. Чаще всего это был краткий обмен значимой информацией или уточнение позиций по взаимодействию Предстоятеля Церкви с главой государства. Происходило это, как правило, в ходе различных церковно-общественных мероприятий: Рождественских чтений, акций Международного фонда единства православных народов, конференций: «Армия и гуманизм», «Православие и российская армия» и многих других. Были, впрочем, и обстоятельные беседы, что называется с глазу на глаз, в рабочем кабинете Предстоятеля в Чистом переулке и в его резиденции в Переделкине. Убежден, что общение с Первоиерархом Церкви оказало существенное влияние на мой духовный опыт, на профессиональную деятельность, на всю мою жизнь.

В начале 90-х годов минувшего века Патриарх Алексий, в частности, активно занимался возрождением взаимодействия Церкви с Российской Армией. Быть может поэтому мне, в то время еще действующему полковнику, впервые лично довелось встретиться с Патриархом 23 февраля 1992 г., когда вместе с председателем Комитета по работе с личным составом Минобороны России генерал-майором Н.С. Столяровым мы прибыли в Богоявленский кафедральный собор и были приглашены в алтарь, чтобы поздравить Предстоятеля Церкви с днем тезоименитства.

Помнится, Патриарх внимательно выслушал слова приветствия, посматривая на нас, а в глазах искорка такая – очень человеческая, и, в свою очередь, тепло поздравил нас с Днем защитника Отечества. При этом он подал руку для рукопожатия. Я с энтузиазмом пожал ее, не понимая еще, что эта рука благословляющая.

Из рук Патриарха Алексия II мне довелось принять и первое в моей жизни причастие. Это произошло в дни проведения I Всероссийской конференции «Православие и российская армия», которую он открыл 25 октября 1994 г. На следующий день состоялась патриаршая служба в храме Воскресения Христова в Сокольниках.

Я был в числе организаторов конференции. В то утро, замотанный оргвопросами, не успев даже позавтракать, примчался в храм, когда там уже было полно народу. Завидев меня у дверей, шеф патриаршего протокола протодиакон Владимир Назаркин взял под руку и провел к солее. По сути это была первая литургия, которую я «отстоял» от начала и до конца. Ближе к завершению вышедший из алтаря протоиерей Александр Салтыков приобнял меня, накрыл епитрахилью и начал задавать вопросы, я, как мог отвечал, лишь позднее осознав, что это была первая исповедь. Потом вышел Патриарх с чашей и о.Александр легонько подтолкнул меня, мол дерзай чадо.

После службы, за трапезой Патриарх поздравил с причастием, сказал добрые слова о первой совместной церковно-армейской конференции и подарил складень с образами Спасителя и Богородицы. Так начал формироваться мой домашний иконостас, так началось более или менее осознанное участие в литургической жизни Церкви.

В эти первые встречи с Патриархом было много новых и ярких впечатлений, но особенно привлекало его уважительное внимание к собеседнику, чудесное качество личной теплоты и чуткости. В общении с людьми Святейший Владыка придерживался принципа, о котором сказал в одном из интервью: «Самое важное в жизни дело – то, которое Господь посылает сейчас, а самый важный человек – тот, кто встретился теперь». Свидетельством этому могут служить практически все приведенные далее эпизоды встреч с Патриархом.

19 января 2000 г., я пришел с поручением руководства Управления Президента РФ по вопросам внутренней политики в Елоховский собор, где Патриарх служил праздничную литургию. Войдя в алтарь (имел на то благословение), простоял в сторонке как зачарованный почти всю службу. После запричастного стиха Патриарх сел в кресло слева от престола и стал слушать подходящих к нему священнослужителей. Наконец дошла и моя очередь. Патриарх благословил, и пока я говорил, продолжал держать мою руку, внимательно глядя мне в глаза со своей неповторимой подбадривающей и в то же время строгой, отеческой улыбкой. Это было так необычно и волнительно. Поручение было выполнено и забыто. Разговор и теплые руки Патриарха запомнились навсегда.
Сила личности Предстоятеля Церкви особенно проявлялась в его природной культуре общения, и, как это ни странно, в деликатности. Думается, что личные качества Патриарха Алексия II были обусловлены тем, что он был потомком древнего дворянского рода Ридигеров, с их веками оттачиваемой культурой и долгой историей верного служения России.

12 августа 2004 г. готовилась очередная встреча Предстоятеля Церкви с Президентом РФ В.В. Путиным. С сотрудниками протокола Президента и офицерами ФСО приехали в Переделкино на рекогносцировку.

Все автомобили с их «мигалками» и «крякалками» остались за воротами. На территорию резиденции высокие гости, для которых в стране не было закрытых дверей, вошли пешком. Слева от входа – новая трехэтажная резиденция, нарядная как терем. Территория вокруг обустроена: выложенные камнем дорожки, цветы на клумбах, ухоженные деревья и кустарники. Рядом возвышается храм Преображения Господня.

К рабочему кабинету Патриарха, на третий этаж, поднялись на лифте. Хозяин встретил с улыбкой, приветливо поздоровался. Он был в сером подряснике с темным плетеным пояском, легкие седые волосы слегка вились вокруг головы, лицо свежее, выглядел отдохнувшим. Патриарх проводил всех в каминный зал, и показал место, где предполагалась беседа с Путиным.

Затем отец Владимир повел представителей протокола по маршруту завтрашней встречи. Я же попросил разрешения переговорить накоротке. Патриарх благословил и предложил сесть. Он сам начал с того, что заседание Синода будет 17 августа в Москве, что поездки по епархиям пока отменяются. Это связано с тем, что ему вскоре надо пройти обследование, так как в коронарные сосуды вставлены пропитанные лекарством расширители, что требует контроля. В ходе ближайшей литургии 28 августа католический кардинал Вальтер Каспер передаст чтимый список иконы Божией Матери Казанской, который 11 лет хранился в Ватикане.

Я поблагодарил Святейшего Владыку за оказанное внимание и беседу. Он прошел со мной до лифта. По дороге, кивая на великолепие интерьера, выполненного в русских традициях, с извинительной ноткой в голосе сказал: «Люди захотели сделать эту красоту и сделали с любовью, но ведь это все не для меня, с собой это не заберешь. Все это сделано для Церкви, все людям же и останется».

Коллеги нетерпеливо ожидали у выхода. По лицам некоторых было видно, что они бы и закурили, но не решались это делать в гостях у Патриарха.

Другой примечательный разговор получился еще более доверительным. 6 октября 2004 г. у главного входа в Большой Кремлевский Дворец я ожидал Святейшего Владыку и членов Архиерейского собора, которые были приглашены на встречу с В.В. Путиным. Патриарх приехал. Испросив благословения, я проводил его в отдельную комнату, где мы остались вдвоем и без помех говорили минут двадцать.

Сначала я доложил о порядке предстоящей встречи. Затем говорили о готовящемся церковно-общественном форуме по вопросам демографии, о панихиде в сороковой день бесланской трагедии и предстоящем фестивале православных СМИ. Невозможно переоценить значимость таких бесед, так как в нашей всеми критикуемой чиновничьей работе очень важно получать информацию из первоисточника.

Потом Патриарх стал говорить о важнейшей задаче сохранения единства Церкви, об истинном смысле кампании, которую инициируют противники новых паспортов и ИНН. Он по этим вопросам занимал вполне взвешенную позицию. Но при этом ставил условие, чтобы чиновники уважали чувства верующих и искали, где возможно, компромиссы.

Далее он расспросил о планах формирования Общественной палаты РФ и заметил, что по здравому размышлению она должна быть не слишком большой, но, желательно, работоспособной. На этом беседа прервалась, так как заглянувший в комнату отец Владимир Назаркин своим протодьяконским басом радостно провозгласил, что Президент приехал.

Утром 8 июня 2007 г. я вновь по служебной необходимости просил протодиакона Владимира помочь встретиться с Патриархом. Через полчаса о.Владимир сказал, чтобы я приехал в Чистый переулок к 11.30. Естественно точно в срок я был в резиденции.
Беседа состоялась в рабочем кабинете Патриарха. На хозяине темно-серый подрясник, поверх которого была одета коричневая тонкой шерсти поддевка на пуговицах. День был не по-летнему свежий, видимо врачи советовали поберечь легкие. Мы расположились в мягких креслах около овального столика с перламутровой крышкой.

Я поблагодарил Святейшего Владыку за возможность встретиться и попросил разрешения проинформировать о вопросах, которые планировал с ним обсудить. Он кивнул.

Сначала я передал ему приглашение в Георгиевский зал Большого Кремлевского Дворца в качестве почетного гостя на церемонии вручения Государственных премий РФ (Патриарх был удостоен Государственной премии Российской Федерации за выдающиеся достижения в области гуманитарной деятельности годом ранее – 12 июня 2006 года). Будучи образцом кротости и здравомыслия Патриарх поблагодарил и сказал, улыбнувшись: «Я, наверное, на вручение премий не пойду, чтобы не отсвечивать».

Осмысливая по ходу дела эту удивительную для человека его положения самоиронию, я попросил совета в связи с письмом одного высокопоставленного лица о выделении для административных нужд Церкви старинного особняка, находящегося в ведении ГМИИ им. А.С. Пушкина.

Патриарх понимал, что попытка получить это здание может вызвать активный демарш со стороны музея. Уважая роль этого очага российской культуры, имеющего мировую известность и желая избежать ненужного конфликта, он предложил рассмотреть другие варианты.

Закончив о делах, я, не без волнения, рассказал Патриарху о давно зародившейся идее. В Администрации хранится более 200 его писем Б.Н. Ельцину и В.В. Путину, отражающих развитие современных государственно-конфессиональных отношений на высшем уровне.
Он ответил, что вынужден был писать президентам лишь тогда, когда иного пути решения церковных проблем не было. А их был непочатый край. Но эта переписка сама по себе уникальна, ранее такого во взаимоотношениях Предстоятелей Церкви и руководителей государства никогда не было…

Я сказал, что хотелось бы проанализировать этот материал, продумать выводы и оставить моему преемнику это ценнейшее документальное свидетельство эпохи.
Патриарх сказал, «вы – молодой человек, еще поработаете, а по письмам – я не возражаю, но обязательно согласуйте со своим начальством: это ведь теперь ваш архив». Я поблагодарил за этот важный для меня разговор. Выходя, взглянул на часы: встреча продолжалась 40 минут. До Старой площади летел как на крыльях.

Вспоминая памятные для меня встречи с Предстоятелем Церкви, которые, конечно, занимали мизерную часть его трудов, я обратил внимание, что даже и в этих частных случаях ясно обнаруживался тот широкий диапазон проблем, которые ему приходилось решать лично. Кроме церковно-государственных отношений это касалось и сферы культуры, и межцерковного диалога, и социальной жизни общества и многих других. Патриарх производил сильное впечатление разносторонностью своих интересов и высокой компетентностью.

На служебном совещании 17 апреля 2006 г. я получил задачу уточнить вопросы, которые Патриарх планирует обсудить на предстоящей встрече с Президентом РФ, чтобы подготовить главу государства к предметному разговору.

Патриарх принял меня в своем рабочем кабинете после состоявшейся в этот день традиционной предпасхальной встречи с представителями СМИ. Хозяин был в сером подряснике без головного убора. Лицо слегка усталое, под глазами темные полукружья. Заметно было, что у него временами затруднено дыхание. Однако настрой у Патриарха был рабочий.

Мы коснулись предстоящего визита Патриарха в Латвию и сложной ситуации в Украине, Патриарх при этом афористично заметил, что средства у них (украинцев) есть, а вот единства нет. Коснулись разрыва отношений с Лютеранской церковью Швеции, которая благословляет однополые браки.

Патриарх доброжелательно и откровенно перечислил вопросы, которые хотел обсудить с главой государства, я их добросовестно записал, про себя отметив, что этот перечень совпадает с предварительным прогнозом.

Правда, один вопрос (весьма характерный для Патриарха), который он планировал поставить перед главой государства, предугадать не смог. Он хотел ходатайствовать о поддержке бывшего премьера Чеченской республики С.Б. Абрамова, который в автокатастрофе потерял здоровье, работу и, как ему самому представлялось, перспективу.

Особым попечением Предстоятеля Церкви были деликатные вопросы межцерковных отношений. 7 декабря 2003 г., после богослужения в храме Святой вмц. Екатерины на Всполье, вновь по необходимости я имел с ним краткую беседу. Вопрос касался состава Совета по взаимодействию с религиозными объединениями при Президенте РФ.

Само собой разумеется, что Церковь ценила многолетнюю и всестороннюю поддержку православия со стороны В.В. Путина. Вспоминаю, как вечером 21 апреля 2005 г. в Кремле у подъезда № 1 ответственные лица ожидали приезда Патриарха Алексия. Ожидалось, что в канун официального визита главы государства в Израиль произойдет обмен мнением по обстановке в Иерусалиме и по поводу избрания Папы Бенедикта XVI. Главная же цель визита – вручить Президенту РФ церковный Орден Святого равноапостольного великого князя Владимира I степени.

Почти бесшумно подъехал большой черный автомобиль. На правом крыле зеленый флажок, украшенный патриаршим вензелем. Патриарх вышел из автомобиля. Золотой крестик на куколе повернут на шарнирчике параллельно земле. Патриарх элегантно вернул его в вертикальное положение.

Я попросил благословения. Патриарх перекрестил мои сложенные ладони и, подав свою большую мягкую руку, сказал: «Спаси, Господи». В левой руке он держал бордового цвета орденскую коробку и такого же цвета папку.

В вечерних новостях было официальное сообщение о встрече в Кремле Предстоятеля Церкви с Президентом РФ, но о награждении – ни слова.

Во время встреч Президента России с Патриархом Алексием II было заметно, что В.В. Путин с глубоким уважением относился к собеседнику, не только как к Предстоятелю Церкви, но и как к мудрому пастырю, духовный опыт которого востребован и в высших государственных сферах. Не случайно глава государства добросовестно выполнил просьбу Патриарха Алексия II. 24 сентября 2003 г. во время визита в США Президент РФ по просьбе Святейшего Владыки встретился с руководством Русской Православной Церкви Заграницей, чем внес существенный вклад в преодоление разделения.

10 августа 2007 г. в Новодевичьем монастыре по завершении патриаршей службы на праздновании иконе Божией Матери Смоленская я встретился со Святейшим Владыкой в резиденции митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия. Помнится, я сказал тогда, что из всех общественных сил страны только РПЦ по настоящему отдала дань памяти трагической дате – 70-летию начала политических репрессий. Я имел в виду крестный ход с Соловецким поклонным крестом, повсеместные панихиды и многое другое. Руководство страны также понимает настоятельную необходимость выразить свое отношение к этим событиям. Предлагается, при Вашем благословении, вместе с Владимиром Владимировичем побывать на Бутовском полигоне.

Патриарх подхватил эту мысль и сказал, что ранее он обсуждал нечто подобное с протоиереем Всеволодом Чаплиным. «Вы представляете, какой конвейер смерти, – продолжил он, – более 300 человек в день расстреливали. Среди тысяч жертв там похоронено более 200 человек, прославленных в лике святых. Вот такая огромная рака с мощами этот Бутовский полигон. Конечно, надо вместе поклониться этому святому и трагическому месту…»

30 октября 2007 г. Патриарх вместе с главой государства посетил Бутовский полигон. Он понимал, что для Президента важно было сделать это именно в день памяти политических репрессий и именно вместе с Предстоятелем Русской Православной Церкви. Позднее он рассказал: «Когда мы с Владимиром Владимировичем прошли по этому трагическому месту, по полигону, я обратил внимание, что Президент был взволнован и, кажется, даже потрясен увиденным. Он сильно переживал».

В годы жизни Патриарха Алексия II между ним и Президентом Российской Федерации В.В. Путиным сложились теплые отношения. Кроме интенсивной переписки, обязательных встреч и поздравлений на Пасху, Рождество, дни интронизации и тезоименитства, были и совместное участие в праздновании юбилея преподобного Серафима Саровского, паломничества на Соловки и Валаам, частые встречи в Кремле и в Чистом переулке.

В целом же, как отмечал сам Патриарх, именно при В.В. Путине церковно-государственные отношения стали отношениями «доброго диалога и расширяющегося партнерства».

* * *


Огладываясь в прошлое, с благодарностью вспоминаю эти радостные и поучительные для меня встречи со Святейшим Патриархом Алексием, ибо он сам говорил, что священник в русской культуре – фигура «учительная», и согреваю себя молитвой ко Господу об упокоении его благородной души.

Борис ЛУКИЧЁВ

от 19.01.2018 Раздел: Декабрь 2013 Просмотров: 381
Всего комментариев: 0
avatar