Добавлено: 15.03.2018

Русь у Океана Великого

Первый владивостокский архиерей


Мартовский снег. Теплый, широкой белой завесой над океаном. Уссурийский залив, пролив Босфор Восточный – открытые воды с белесыми остатками льда. У берега прибой с белой пеной. Какая радость – увидеть этот соленый прибой в первый мартовский день. Когда зима еще держит в ледяной тверди неглубокие бухты. Волны у темно-красных и серых скал. Волны весенние, крепкие, разбивают старый лед…
Великопостный март. Свежая океанская волна как благодать, омывающая душу, очищающая ее от пустых чувств, глупых воспоминаний. Волна, очищающая душу, в которой становится ярче, свежее память о небесном.

Лет пять тому назад в похожее утро такой же теплый снег ложился на золотые и серебряные купола, белые стены и прозябшие деревья Новодевичьего монастыря в Москве. Мартовский снег, радостный, пухлый, недолгий. Новодевичий в белых ризах. Едва расчищены тротуары и тропинки. Расходятся редкие прихожане после Литургии. Редкие иностранные гости, задрав головы, смотрят на купола, на плавающие в воздухе большие снежинки. Будний день. Из храма доносится тонкий аромат ладана. Откуда-то пахнет печным дымом. Прогуляться по монастырю после службы среди старых заснеженных яблонь и кленов. Среди старых могил, среди дорогих русскому сердцу имен. У стен большого Смоленского собора покоятся сродники русских царей. Здесь же - Татьяна Левшина, мать самого митрополита Платона Левшина, бывшего духовником и другом Царя Павла I. Здесь знаменитые русские историки Сергей Соловьев и Михаил Погодин, философ Владимир Соловьев, генерал Алексей Брусилов, поэт Плещеев, математик Бугаев, писатели Писемский, Лажечников, Загоскин и композитор Скрябин. Слева от входа в Смоленский собор – припорошенная снегом мраморная плита с лампадой – могила первой настоятельницы монастыря, местночтимой святой схиигуменьи Елены (Девочкиной). Чуть поодаль - могила поэта и героического участника Отечественной войны 1812 года Дениса Давыдова. И рядом – большой каменный крест с высеченной у основания надписью: «Высокопреосвященнейший Евсевий митрополит Крутицкий настоятель Богоявленского монастыря скончался 18 января 1922 года».

Владыка Евсевий – наш дорогой архиерей, созидавший православное Приморье в начале прошлого века. Он с сонмом своих предшественников, начиная ещё от святителя Иннокентия, митрополита Московского, строил основы церковного величия Руси у берегов залива Петра Великого. Епископ Евсевий (Никольский) - первый архиерей, который возглавил, Владивостокскую епархию, ставшую по Указу Царя Николая II Александровича самостоятельной в 1899 году.

Крест в мартовских снегах над местом упокоения митрополита Евсевия (Никольского). Радостная встреча с дорогими сердцу именем и образом. У Смоленского собора Новодевичьего монастыря в милой столице, над задумчивыми, еще замерзшими прудами, над берегом Москвы-реки. В Великий пост.

Москва-река течет, не замерзая. Мысли о Приморье и миссионерском пути России у могилы великого архиерея. И кажется, что главная река столицы, стиснутая бетонными набережными недалеко от стен Новодевичьего, впадает в Амурский залив. Впадает в Тихий океан, на берегу которого стоит славный русский град Владивосток.

…Владыка Евсевий прибыл в Русское Приморье, во Владивосток в марте 1899 года, чтобы возглавить новую епархию – Владивостокскую и Камчатскую. Первый архиерей самостоятельной Владивостокской епархии был ровесником Приморья и Владивостока. Все-таки удивительно, что епископ Евсевий родился тогда, когда трудами генерал-губернатора Николая Николаевича Муравьева-Амурского в 1860 году был подписан договор с Китаем, по которому земли от Амура до Корейского полуострова воссоединялись с Россией. И хоть родился владыка Евсевий в Тульской губернии, настоящей земной родиной для него стала Дальняя Россия, наше Приморье.

Митрополит Евсевий, тогда еще Евгений Никольский, окончил Тульское духовное училище и семинарию, продолжал образование в Московской духовной академии. Стал кандидатом богословия. В 33 года принял монашеский постриг с именем Евсевий в честь священномученика Евсевия Самосатского. И в том же 1893 году, уже будучи иеромонахом, назначается ректором Иркутской духовной семинарии, которую 75 лет назад - в 1818 году - заканчивал сам святитель Иннокентий, митрополит Московский, апостол Сибири и Америки. Трудами и молитвами святителя Иннокентия, который вместе со своим духовным чадом и другом генерал-губернатором Муравьевым-Амурским участвовал даже в знаменитых Амурских сплавах, земли Приморья и Приамурья стали частью православной Руси.

Святитель Иннокентий посеял семя православия на благодатной почве тихоокеанских берегов. Позднее это семя предстояло взращивать другим архиереям, но наиболее долгими и плодотворными в этом деле до разрушительной революции стали труды владыки Евсевия (Никольского).

В 1897 году архимандрита Евсевия хиротонисали во епископа Киренского, викария Иркутской епархии. В том же году его назначают епископом Камчатским, Курильским и Благовещенским. В 1898 году он прибывает в кафедральный город Благовещенск. Епископскую кафедру здесь создал тоже святитель Иннокентий, перенеся ее из Якутска в основанный с его благословения в 1858 году город Благой вести.

Указом Императора Николая II с 1 января 1899 года огромная Камчатская, Курильская и Благовещенская епархия была преобразована и разделена на Благовещенскую и Владивостокскую. Царь Николай II, еще будучи Цесаревичем, в 1891 году побывал в Дальней России и навсегда полюбил эти края. Впоследствии он являл особую заботу о Церкви в этих местах.

Владыку Евсевия назначают епископом Владивостокским и Камчатским.

Приморская земля встречала Божьего архиерея пробуждающейся весной. Талый март, раскрашивающий весеннее небо акварелью светло-зеленых океанских волн. Март, когда в Приморье остатки рыхлого снега стекают с таежных склонов прозрачными ручьями в залив Петра Великого. В марте 1899 года епископ-миссионер Евсевий (Никольский) прибыл в кафедральный город Владивосток. Прибыл, чтобы нести Слово Божие азиатским народам, чтобы просвещать и укреплять в вере наш русский народ, только-только обустраивающийся на берегах Амура и Уссури, у тихоокеанского залива Петра Великого.

Почти двадцать лет потрудился в юном Приморском краю архиерей-подвижник. Молодой край уже озарялся Светом Христовым, уже разливался колокольный звон с православных церквей над волнами Тихого океана. Епископ Евсевий поселился в скромных условиях на Седанке. В совсем диком тогда и необжитом пригороде Владивостока. То были глухие таежные места на берегу Амурского залива. Болотистые почвы, ледяные пронизывающие ветра зимой и комары с мошкой – в летней духоте.

Много испытаний пришлось на годы правления владыки Евсевия. Становление, обустройство новой епархии при нехватке священников, в непростых таежных условиях, на окраине земли Русской, у самых границ с азиатскими странами. Тяжелые годы Русско-японской войны, которые требовали особого подвига, бодрости духовной и крепкого патриотизма от духовенства, соприкоснувшегося с горем и страданиями православных, чьи родственники, сыновья, мужья, братья, друзья воевали и погибали в суровых боях. И, может быть, самым тяжелым испытанием стало время Первой мировой, а потом начало революционной катастрофы. Великая стойкость в вере и мужество требовались тогда правящему архиерею, окормлявшему Владивостокскую епархию. Наверное, главным утешением в те суровые годы стало явление новой чудотворной иконы Божией Матери «Порт-Артурской». При владыке Евсевии была обретена эта святыня и доставлена во Владивосток. Уже после революции икона, так и не побывавшая в Порт-Артуре и хранившаяся в Успенском соборе Владивостока, была утрачена. Сама Пречистая посетила тогда Владивосток Своим дивным образом – Порт-Артурским. Посетила и ушла в наступившем позднее богоборческом веке.

В 1918 году владыка Евсевий был назначен в состав Священного Синода и выехал из Владивостока в Москву. Выехал, так и сумев вернуться обратно – началась Гражданская война. Оставшись в Москве, владыка говорил, что сердце его в Приморье. Очень хотел вернуться домой, в свою родную епархию. В Москве его приблизил к себе Патриарх Тихон, в интронизации которого участвовал владыка Евсевий в 1917 году на Всероссийском Поместном Соборе.

В 1920 году владыка Евсевий возводится на московскую митрополичью кафедру и становится митрополитом Крутицким.

Приморье в эти годы оставалось последним оплотом Российской империи. Сюда стекались все силы сопротивления новой богоборческой власти. До 1922 года Русское Приморье жило по законам старой России. В прежнем порядке совершались богослужения, по-прежнему разливался колокольный звон над тихоокеанскими просторами. В 1922 году во Владивостоке состоялся благословленный Патриархом Тихоном Приамурский Земский собор, который восстановил монархию в России. А через несколько месяцев силы Приамурской земской рати под командованием царского генерала Михаила Константиновича Дитерихса были вынуждены оставить край под натиском красноармейцев.

В том же 1922 году 18 января (по старому стилю), отслужив накануне Литургию, владыка Евсевий завершил свой земной путь. Отпевание совершал сам Патриарх Тихон в Храме Христа Спасителя, который впоследствии был взорван большевиками.

Удивительно, что вся земная жизнь митрополита Евсевия (Никольского) длилась столько же лет, сколько просуществовало старое, монархическое Приморье – с 1860 года по 1922-й год.

…В конце минувшего века вновь воссоздается Храм Христа Спасителя. В 2000-м году прославляются Церковью в лике святых Царская Семья, тысячи Новомучеников и Исповедников земли Русской. Вновь мы обретаем память о нашей тысячелетней России. Вновь становится миссионерским краем наше Приморье.

Там, где жил владыка Евсевий на Седанке, на месте его архиерейского подворья, теперь женский монастырь – Марфо-Мариинская обитель. На территории монастыря стоит старый храм, построенный первым Владивостокским архиереем в честь священномученика Евсевия Самосатского. Там же часовня святого благоверного Князя Александра Невского. Часовня построена еще владыкой Евсевием. Теперь за часовней, напротив алтарной части, стоит крест в память о первом архиерее. К основанию креста уже при сегодняшнем митрополите Владивостокском и Приморском Вениамине (Пушкаре) была принесена землица с могилки владыки Евсевия в Новодевичьем монастыре.

Сейчас Седанка – одно из самых благоприятных мест Владивостока. Исчезли болота и мошка, воздух стал суше и свежее. Сейчас здесь по-особому чувствуется весна. Весна Великопостная, весна ранняя, весна в ожидании Пасхи.

Марфо-Мариинская обитель на Седанке, на месте прежнего архиерейского подворья, возникла уже в наше время – при нынешнем митрополите Вениамине. Сам владыка Вениамин тоже живет неподалеку. Удивительная связь, удивительная преемственность.

Владыке Вениамину в начальные годы его архиерейского служения на приморской земле была чудесным образом передана панагия первого епископа Владивостокского и Камчатского, преосвященного Евсевия (Никольского). На голубом эмалевом фоне панагии, подаренной прихожанами в 1916 году – образ Матери Божией «Знамение». На оборотной стороне – витиеватая дарственная надпись.

При митрополите Вениамине (Пушкаре) возвращается во Владивосток чудотворный образ Матери Божией «Порт-Артурская». Возвращается в 1998 году – ровно через сто лет, как прибыл в 1898 году на землю Дальней России – в Благовещенск - владыка Евсевий. Восстанавливаются построенные первым архиереем монастыри и храмы. Восстанавливается миссионерское значение Приморья, которому в 2020 году исполнится всего 160 лет.

Благодаря молитвенным трудам митрополита Вениамина, воспоминания о церковном подвиге владыки Евсевия (Никольского) ожили в Приморье и России не только в словах, но и в восстановленных церквах и монастырях, в особо значимых духовных событиях, в миссионерской устремленности и проповеднической настроенности Владивостокской епархии.

…Мы живем от Пасхи к Пасхе. Вся наша радость – Воскресение Христово видевши. И перед Пасхой, пред дверьми, сияющими райским светом, лежит небесный путь – Великий пост.

В первую неделю Великого поста в марте 1899 года прибыл на молодую приморскую землю первый архиерей новой Владивостокской епархии – епископ Евсевий. И всю ту постовую неделю он провел в Свято-Троицком Николаевском мужском монастыре, испрашивая Божией помощи в предстоящих великих трудах. И Господь даровал эту помощь. Даровал на многие годы, на многие поколения. На века. Даровал всем нам - ныне живущим. Господь с нами, с Россией, с Русским Приморьем и с нашими архиереями. Только бы нам самим не отворачиваться от этой помощи Божией. Только бы помнить, какими трудами и молитвами, подвигами каких великих людей и подвижников, созидалась Россия и ее миссионерская окраина – Приморье и Владивосток.
Помнить, что, может быть, и вся жизнь наша дается нам как поприще Великого поста, как трудный созидательный путь к встрече со Христом. К Пасхе Вечной.
Романов Игорь Анатольевич,
Центр церковно-государственных отношений «Берег Рус»


В единении веры и любви


О христианской миссии России на ее восточных рубежах


«Корейцы умеют ценить и ценят то, «что только истинно, что честно, что справедливо, что чисто, что достославно»… (Флп. 4,8), а потому мы не можем полагаться на свидетельство тех миссионеров, которые говорят… о равнодушии корейцев к религии… Свет Христов, просвещающий всех, да озарит через достославных благовестников души корейцев, да изольет на них обильно дары Всесвятого Духа, чтобы они стали с нами едино, и чтобы было «едино стадо и един пастырь», - свидетельствовал епископ Никольск-Уссурийский Павел (Ивановский).

Сегодня Корея привлекает всеобщее внимание, так как там усилиями США и их союзников разгорается пожар с грядущими большими последствиями. В ХХ-ХХI веках Южная Корея - один из оплотов протестантского миссионерства в Евразии. Но вспомним, что в этой стране живут не только многочисленные протестанты, на взращивание которых США еще в начале ХХ века тратило по 500 тысяч долларов в год, но и православные корейцы, которые познакомились с этой верой через Россию и ее миссионеров.

Приморье, или Южно-Уссурийский край, стал самым молодым краем России во владычестве Всероссийского Императора и хозяина земли русской. Господь дал эти территории нашей стране у берегов Тихого океана как подтверждение ее сути - христианской миссии России. Эти места сразу же, во второй половине ХIХ века стали землей миссионерской. Таковым остается этот край и в современности, спустя более чем 150 лет после присоединения к России. Одним из первых познакомился с Православным христианством через русских миссионеров корейский народ.

С 1860–х годов управители Дальней России столкнулись с массовым переселением на российский Дальний Восток корейских семей. Этот трудолюбивый народ-хлебопашец по льду замерзших рек от неурожаев и безземелья на родине переселялся в Россию семьями и со всем имуществом.

Так на территории России, ее Дальнего Востока, Приамурья и Забайкалья правительством при определенных ограничительных мерах, сдерживающих миграцию, были расселены тысячи корейских семей, которые получали российское подданство и охотно принимали православие (в отличие от китайцев, предпочитавших не принимать ни того, ни другого).

С этого периода началась деятельность русских миссионеров среди корейцев, проживающих на территории России и занятых сельским трудом. К 1917 году в Южно-Уссурийском крае существовало тринадцать миссионерских станов для миссии в корейской среде. В каждом стане в начале ХХ века было крещено до полутора тысяч человек. В Уссурийском крае крещеных корейцев оказалось больше, чем некрещеных.
В своих селениях сами корейцы предоставляли средства и материалы для строительства православных храмов, часовен. Церкви освящались в честь святителя Иннокентия, епископа Иркутского Чудотворца, в честь Богородицы. Какой восторг вызывает сегодня то, что православные корейцы в 1900 году воздвигли церковь в честь святителя Николая Чудотворца и святой Царицы Александры - святых покровителей правящих тогда Императора Николая II Александровича и Императрицы Александры Федоровны! Это была лучшая каменная корейская церковь во всем Посьетском участке Приморской области.

Расходы на строительство церковно-приходских школ с квартирой для миссионера и учителя корейцы большей частью брали на себя. Содержание учителей также осуществлялось корейцами. В Корее не было женских школ, а в России они были. Школа, по оценке просветителя корейцев отца Павла (Ивановского), являлась главной помощницей миссионера. Он говорил, что большинство миссионеров Южно-Уссурийского края заслужило любовь и благодарную память среди корейцев. Корейцы всячески выражали свою признательность любимым пастырям: подносили им драгоценные кресты, иконы, провожали их при отъезде всеми селениями, проливали при разлуке слезы, собирали деньги сиротам после смерти миссионера…

В результате переселения в 1929 году в Приморье насчитывалось свыше 130 тысяч корейцев. На начало 1990-х годов в Российской Федерации проживало около 107 тысяч корейцев и около полумиллиона в СНГ, включая Россию. Часть из них по сию пору сохраняют верность Православию. В Русской Православной Церкви есть корейцы-священники и крепкие корейские церковные общины.

Но помимо миссионерской работы в среде корейцев – подданных Русского Царя, русские священники просвещали Светом Христовым и жителей самой Кореи или «Страны утренней свежести».

Из самого молодого и миссионерского края России – Южно-Уссурийского – направлялись священники и просветители для работы в самой юной Православной Духовной Миссии России – Корейской, основанной в 1897 году.

Путь миссионеров в Корею шел через Владивосток – по суше или по морю. Книга путешественника-миссионера архимандрита Хрисанфа (Щетковского), знакомящая русских людей с жизнью, привычками и бытом корейцев называется «От Сеула до Владивостока». Во Владивостоке находился Восточный институт, где священники изучали азиатские языки. Во Владивостоке печатались богослужебные и просветительские книги на корейском языке. В ведении архиепископа Владивостокского Евсевия (Никольского) с 1908 года находилось управление Корейской духовной миссией. Владивосток выполнял свою просветительскую задачу и предназначение.

В начале ХХ века наблюдался рост авторитета христианства в Корее. Православные миссионеры появились в Стране утренней свежести лишь в начале ХХ века, хотя с католицизмом корейцы познакомились еще в XVII веке путем самостоятельного изучения христианской литературы, привезенной из Китая. Первые протестанты стали появляться в Корее с 1880-х годов. Но популярность христианства была связана не только с активностью миссионеров, а с растущим японским влиянием и японской оккупацией. В отличие от Китая, куда европейские миссионеры пришли вместе с отрядами солдат-колонизаторов, в Корее христианство не связывалось с западными экономическими интересами и завоеваниями, присутствие американских и европейских компаний в корейской экономике было не столь явным. Корея куда больше страдала от Японии. Потому христианство стало идеей, объединившей корейцев в их стремлении к национальной независимости. Об этом писал известный миссионер и священномученик Иоанн Восторгов.

Глава Корейской миссии в 1917-1930 годы архимандрит Феодосий (Перевалов) также отмечал, что условия для проповеди Православия в начале ХХ века в Корее были благоприятные из-за слабости позиций буддизма, нераспространенности в народной массе конфуцианства. «…Нельзя не назвать условия эти весьма благоприятными для успеха православной проповеди там…», – писал он в своем очерке по истории Корейской миссии.

К 1925 году из 17 миллионов корейцев - христианами стали почти 340 тысяч.

В условиях первоначальных дружественных отношений России и Кореи в конце XIX века, при личной заинтересованности в этом деле Всероссийского Императора Николая II, в 1898 году в Страну утренней свежести была направлена первая Русская миссия, имевшая в своем штате трех лиц. Создание миссии в Корее было официально утверждено Государем и Синодом в 1897 году. Но в связи с изменением политических обстоятельств и начавшимся влиянием Японии на корейский двор, функционировать Русская миссия в Сеуле начала лишь в 1900 году. Тогда же состоялось первое православное богослужение в столице Кореи.

Главными задачами первых начальников Корейской миссии были: организация храма в Сеуле для богослужения, строительство зданий Миссии и снабжение ее всем необходимым; перевод богослужебных книг и молитвословий на корейский язык, устроение школ для корейских детей, налаживание работы миссионерских станов и катехизаторов, поездки по корейским селам с целью благовестия, подбора сподвижников и помощников из среды местного населения, организация церковной общины из корейцев.
В этих делах наиболее преуспели три начальника миссии, память о которых по сию пору жива в среде православных корейцев: архимандрит Хрисанф (Щетковский), отец Павел (Ивановский), ставший епископом Никольск-Уссурийским, викарием Владивостокского архиепископа Евсевия (Никольского), архимандрит Феодосий (Перевалов), возглавивший миссию в тяжелейший период революции и материального бедствия. В семьях православных корейцев, близких к первым начальникам миссии по сию пору варят борщ, солят огурцы, пьют чай из самовара.

Духовная Миссия была главным центром православной жизни в Корее, а ее начальники выступали представителями Русской Православной церкви в стране.

Первый православный храм был создан в 1900 году в доме Дипломатической миссии – в одной из жилых зал – и освящен в честь святителя Николая – небесного покровителя Императора Николая II. Но нахождение храма в жилом доме вызывало большие неудобства для богослужения и исполнения треб. В 1903 году Миссия обрела собственный дом и церковь.

Земельный участок для Духовной миссии был куплен в 1898 году через посредство русских дипломатов у разных владельцев. В самом центре Сеула, близ русского дипломатического представительства. Большая часть земли принадлежала местной французской католической миссии.

Покупка земли у французских католиков производилась под видом надобности русско-корейского банка. Иначе представители «непогрешимого Рима» никогда бы не продали землю под нужды Православной Церкви. Когда католики узнали об истинном предназначении земли, на головы покупателей и посредников, устроивших сделку, обрушились «громы и молнии», но было уже поздно… «Одни только русские, – говорил через много лет католический епископ Мютель, – могли меня так провести, и, кажется, никто более».

В 1903 году на купленном участке была выстроена Корейская Духовная Миссия. Среди корейцев она была известна как «русский монастырь» (Араса-савон) или «русская церковь» (Араса сени-дан). Прихожане заходили в Миссию с улицы Чони-донн Тэйдо через входные ворота в китайском стиле. Участок Миссии был огорожен невысокой кирпичной оградой. Внутри двора располагалось школьное здание с квартирой для учителя и классной комнатой, и другие постройки. Школа приспособлена под церковь, при ней устроена звонница для колоколов. Причем шесть колоколов для звонницы отливались еще в 1901 году в Москве. Все свободные от построек места на участке разбиты под сад и огород. Тенистый и прохладный сад Миссии особенно приятен жарким сеульским летом.

Сегодня мы можем судить о зданиях Миссии только по фотографиям, воспоминаниям и отчетам ее начальников. С их слов, строения Миссии были кирпичные на каменном фундаменте, довольно красивые и солидные.

Местоположение Миссии было одним из лучших в Сеуле – рядом с Русским дипломатическим представительством, близ королевского дворца, неподалеку от иностранных консульств. Вблизи почты, железнодорожного вокзала и остановок городского транспорта.

Русско-японская война и последующие непростые дипломатические отношения России и Японии помешали планам начальников Корейской миссии выстроить отдельный православный храм в Сеуле. По мнению отца Павла (Ивановского), сеульский храм должен был стать усыпальницей для героев русско-японской войны в Чемульпо (экипаж крейсера «Варяг», канонерской лодки «Кореец»). Но выстроить храм до революции не успели и церковь до самого разрушения в ходе войны 1950-1953 годов продолжала ютиться в школьном помещении, мало пригодном для богослужений, не вмещая всех молящихся.

Православная миссия в сравнении с инославными миссиями в Корее была одной из беднейших – она финансировалась из средств Синода и немногочисленных пожертвований. И расходы на ее содержание не идут в сравнение с объемами средств, поступавших из США на обеспечение сектантских миссий. Потому ее статистические успехи были довольно скромными.

Но русские миссионеры были учителями непостыдными для корейцев. Епископ Павел (Ивановский) с любовью говорил об этом народе и о том, как он принимал Христа всем своим сердцем.
Романова Владислава Николаевна,
Центр церковно-государственных отношений «Берег Рус»


Глинистые берега реки Туманной, что впадает в Японское море, укрыты белыми клубами утренних туманов. У самого устья этой реки встречаются три великие державы. Россия, Корея и Китай. Здесь границы трех государств. Китай – за рекой. А Корея – вот она – пешком, на машине по гравийной дороге. Или поездом по железнодорожной магистрали. Совсем рядом северокорейская станция Туманган.

Наше Приморье и Корейский полуостров неразрывно связаны. И природа в наших Посьете, Барабаше, Славянке, Хасане – очень схожа с корейской. Давняя дружба связывает русский и корейский народы. И самый прекрасный плод этой доброй дружбы – православие, распространившееся среди корейцев. История православия в Корее только начинается. Семя, брошенное на благодатную корейскую почву, еще должно принести свои плоды. Но в этом деле духовного культивирования необходим опыт. Опыт, который был обретен предыдущими поколениями русских и корейцев. И этот безценный опыт еще требует глубокого осмысления.
от 18.10.2018 Раздел: Март 2018 Просмотров: 157
Всего комментариев: 0
avatar