Добавлено: 15.03.2018

«У меня половина братии – фронтовики»

Во время Великой Отечественной войны 1941-1945 годов существенно изменилось отношение государственной власти к Русской Церкви. Несмотря на то, что идеология новой политической системы, установившейся после 1917 года, была враждебна Православию и священство как сословие подлежало искоренению, с первых же дней после нападения нацистской Германии на советскую Россию она призвала к защите «родной земли, её исторических святынь, её независимости от чужеземного порабощения».

Именно с такими словами обратился к своей пастве митрополит Сергий (Страгородский) во время молебна о победе русского воинства в кафедральном Богоявленском соборе 26 июня 1941 года. «Родина наша в опасности и она созывает нас всех в ряды...» В ряды защитников Отчизны встали и православные миряне, и священнослужители. Встали, несмотря на то, что большинство из них претерпело жестокие гонения (преследования, ссылки и тюрьмы), а многие родные и близкие приняли мученический венец за Веру. Любовь к Родине оказалась выше нанесённых ран и оскорблений. В годину смертельной опасности нашему общему Отечеству Русская Православная Церковь была со своим народом.

Немецкие оккупационные власти пытались привлечь Церковь на свою сторону. Разрешали открывать храмы, закрытые при большевиках, не препятствовали богослужению. Однако, за небольшим исключением, православные не связывали свою свободу вероисповедания с германскими захватчиками. Многие священники помогали партизанам, укрывали красноармейцев, отказывались возносить молитвы за оккупантов.

В пинском партизанском отряде служил протоиерей Александр Романушко, настоятель церкви села Мало-Плотницкое. Пользуясь свободой передвижения отец Александр собирал разведывательные данные, отпевал расстрелянных мирных жителей и погибших партизан, призывал защищать родную землю от фашистов. Он был настоящим партизанским батюшкой. Протоиерей Александр Фёдорович Романушко был награждён медалью «Партизану Отечественной войны» I степени.

Георгиевский кавалер Первой мировой войны священник псковского села Фёдор Пузанов стал разведчиком партизанской бригады. В 1944 году, рискуя жизнью, он спас односельчан от угона в Германию. Отец Фёдор также был награждён медалью «Партизану Отечественной».

Священнику запрещено применять оружие, но не запрещено помогать защитникам Отечества от нашествия иноплеменных, спасать беззащитных детей и немощных. Во время мамаева нашествия преподобный Сергий благословил на ратный подвиг Александра Пересвета и Андрея Ослябю: «Свои обиды можно и стерпеть, а своих близких надо защищать, ибо «нет больше той любви, аще кто положит душу свою за други своя», – напутствовал игумен Земли Русской Сергий Радонежский воинов-монахов.

И в эту войну отец Иоанн Лойко, настоятель сельской церкви в Пинской области принародно благословил трёх своих сыновей вступить в партизанский отряд. Случилось так, что партизанам пришлось покинуть село. Отец Иоанн остался с односельчанами, которые не смогли уйти с партизанами. 300 прихожан вместе со своим батюшкой были сожжены карателями в храме во время богослужения.

И эта трагедия была не единственной. В Витебской области было сожжено пять церквей. Столько же в Гомельской области. Нацисты, пытаясь использовать недовольство антицерковной политикой советской власти, позволяли открывать церкви, но при малейшем подозрении на сопротивление оккупационным властям, не задумываясь сжигали их, зачастую вместе с людьми.

Но сопротивление врагу не ослабевало. Будущую победу приближали кто как мог. В Орле врач В.И. Турбин, тайный монах, организовал подпольный госпиталь для красноармейцев, которых после выздоровления, переправляли к своим. Здесь же в Орле было создано объединённое попечительство церквей.

В Ровенской области протоиерей Иван Романович, помогая партизанам и подпольщикам, в то же время старался вразумить германских пособников. В результате на сторону партизан перешёл отряд казаков из гарнизона города Высоцка и полицейская часть во главе с полковником Фоминым.

После изгнания непрошеных «устроителей нового порядка» люди благодарили Бога за освобождение родной земли от захватчиков. Так было в городе Луга, где по просьбе генерала Лобанова священник М.С. Образцов, ранее помогавший партизанам, отслужил благодарственный молебен.

Священник Георгий Писаренко был призван в армию и приписан к тыловой части. Однако окопы, которые готовили воины для эшелонированной обороны, оказались фронтовой полосой. Во время боя отец Георгий был контужен и попал в плен. Бежал. Был пойман. И вновь бежал...

Многие священники за мужество и героизм были удостоены правительственных наград. И как признание заслуг Русской Православной Церкви во время Парада Победы на Красной площади в 1945 году на гостевую трибуну были приглашены православные иерархи. Хотя судьба каждого из них складывалась трагически, прежде того как была изменена церковная политика государства. На встрече с руководителем страны, Верховным главнокомандующим И.В. Сталиным в 1943 году было принято решение о восстановлении Патриаршества, открытии духовных школ и освобождении православных священников, прекращении антицерковной пропаганды.

Особая заслуга в том, что государственная власть, основанная на безбожной идеологии, восприняла Русскую Православную Церковь и осознала её государствоукрепляющую роль, принадлежала патриаршему местоблюстителю митрополиту Сергию (Страгородскому). Церковным собором 1943 года митрополит Сергий был единогласно избран Патриархом Всея Руси.

Среди организаторов этого исторического собора, который казался немыслимым в предшествующие годы гонений, был митрополит Николай (Ярушевич). Монашеский постриг он принял в 1914 году. В следующем году он стал духовником санитарного поезда, а затем священником лейб-гвардии Финляндского полка. Во время Великой Отечественной владыка Николай управлял Киевской а затем Московской епархиями. В 1942 году под его редакцией была издана книга «Правда о религии в России». В том же году он принимал участие в работе государственной комиссии по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков, в том числе расстрелу польских офицеров в Катынском лесу. В 1944 году митрополит Николай сопровождал на фронт танковую колонну «Дмитрий Донской», созданную на средства православных верующих.

Ещё одним участником Поместного собора 1943 года был архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий). Путь военного врача он начинал ещё во время русско-японской войны заведующим хирургического отделения госпиталя Красного креста. В 1921 году принял священный сан. Был трижды арестован и сослан. Сразу после нападения Германии он написал письмо председателю Верховного Совета М.И. Калинину с просьбой прервать ссылку и направить в военный госпиталь. Владыка Лука был назначен в красноярский эвакуационный госпиталь. Несмотря на преклонный возраст владыка проводил по три-четыре операции в день. При этом он продолжал работу над книгой «Очерки гнойной хирургии». В феврале 1945 года архиепископ Лука был награждён медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне». А в декабре того же года Постановлением СНК СССР с формулировкой «за научную разработку новых хирургических методов лечения...» профессору Войно-Ясенецкому была присуждена Сталинская премия I степени. Однако, во время хрущёвской перестройки владыка Лука был вновь подвергнут гонениям. В 2000 году архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий) был причислен к лику святых мучеников и исповедников Российских.

Ещё одним участником Поместного собора 1943 года (и тоже участвовавшим в русско-японской войне) был архимандрит Александр (Толстопятов). Тогда он служил мичманом Российского Императорского флота. В 1920 году принял монашеский постриг. В последующие годы претерпел несколько арестов и ссылок. В годы войны владыка Александр нёс епископское служение в Пермской епархии.

Многие наши архипастыри и пастыри ещё будучи людьми светскими, а иногда и вовсе «неверующими» (до времени), встретили врага с оружием в руках.

Самый известный из них лейтенант Иван Павлов – архимандрит Кирилл, «всероссийский духовник». Во время Сталинградской битвы он командовал взводом. Некоторые считают, что знаменитый «дом Павлова» получил наименование в его честь. Другие это факт оспаривают и называют иного воина. Ненужный спор. Весьма вероятно, что за время многомесячных боёв в этом доме воевали оба Павлова. Важно другое. Здесь, среди сталинградских развалин Иван Павлов нашёл (обрёл) книгу, которая повела его к победе над врагом – видимым и невидимым. Сначала в Европу, освобождать землю от фашистской чумы, затем в Троице-Сергиеву лавру – для спасения души своей и многих тысяч обездоленных, притекавших к нему сюда со всего мира. . Эта книга называется «Евангелие».

В том же воинском звании прошёл по дорогам войны и лейтенант Николай Глазов. От Курска до венгерского озера Балатон. В боях он получил тяжёлые ранения, был награждён орденами Отечественной войны и Красного знамени. В 1947 году принял постриг в Киево-Печерской лавре с именем Нифонт. Окончил своё земное служение архимандрит Нифонт (Глазов) в Новосибирской епархии.

Николай Колосов как сын священника был отчислен из школы, но в армию призван. Свой первый бой он принял в 1943 году на Тульской земле. Впоследствии он вспоминал: «Повсюду тела убитых и раненых. В воздухе сплошной стон. Стонут люди, стонут лошади. Я подумал тогда: «а ещё говорят, что ада нет. Вот он, ад». Видимо, тогда и определил солдат, будущий протоиерей Николай, свой дальнейший путь; из ада – к Царству Небесному.

Не будем забывать и того, что Начальник Генерального штаба, маршал Советского Союза А.М. Василевский тоже был сыном священника Михаила Василевского и в молодости окончил Костромскую духовную семинарию.

В октябре 1941 ушёл на фронт псаломщик Преображенского собора города Павловска Алексий Коноплёв. 5 мая 1942 он получил ранение, а после излечения вернулся на передовую. При увольнении в запас ему была вручена грамота Маршала Л. А. Говорова с благодарственной записью и медаль «За боевые заслуги». После войны окончил Московскую Духовную Академию. С 1978 года возглавлял Калининскую епархию. С 1981 года уже в сане митрополита.

Известно, что одним из основателей Свято-Тихоновского института является протоиерей Глеб Каледа. Однако, не все знают, что до принятия духовного сана он был признанным учёным, доктором геолого-минералогических наук, а в годы войны служил в гвардейском дивизионе реактивных «Катюш». Миномётчик Глеб Каледа участвовал в сражениях под Волховом, Сталинградом, Курском и Кёнигсбергом. За мужество проявленное в боях отец Глеб был награждён воинскими наградами.

Война – не женское дело. Однако, в дни тяжёлых испытаний многие женщины и даже молодые девушки уходили на фронт. Екатерина Михайловна Опарина (матушка София) прошла с боями от Москвы до Берлина. Под Кёнигсбергом она стала свидетельницей Божией помощи нашим воинам. Вот как это было: «Во время боя группа священников и монахов в облачениях вышла на передовую с иконой Казанской Божией Матери. Солдаты посмеивались: «Ну, батюшки пошли. Дело будет». И только монахи запели – стихло всё. Стрельбу как отрезало. Наши опомнились и за какие-то четверть часа прорвались... Когда у пленного немца спросили почему они перестали стрелять, он ответил: «Оружие отказало». Один знакомый офицер сказал мне тогда, что до молебна перед войсками священники молились и постились неделю».

Наталья Владимировна Малышева в годы войны служила разведчицей. Воевала под Курском (в штабе Рокоссовского) и Сталинградом. Дошла до Берлина. После войны она окончила Московский авиационный институт (откуда ушла на фронт с 3 курса) и всю жизнь проработала в конструкторском бюро С.П. Королёва. В конце жизни, желая все свои силы посвятить восстановлению Пюхтицкого монастыря, ушла на пенсию. В 2000 году приняла постриг с именем Адриана.

С первых дней Отечественной войны Русская Православная Церковь призвала своих чад встать на защиту Родины, осознавая, что жестокие гонения, которым она подверглась, не дают основания поддерживать чужеземных завоевателей, чтобы «отомстить своим гонителям». Это привело бы к гибели и страны, и Церкви, и означало бы предательство своего народа. Русская Церковь понимала, что немецкие самолёты со свастикой, танки с крестами и солдаты с надписью на бляхах «С нами бог» несут на родную землю не христианские ценности, а оккультный обман и смерть. По Промыслу Божиему верховная власть осознала пагубность антицерковной политики и призвала Церковь к сотрудничеству на благо страны. И хотя влияние марксистско-ленинской безбожной идеологии оставалось господствующим, Православная Церковь получила право на существование в стране Советов... Вплоть до «хрущёвской оттепели» и новых гонений. Но времена уже изменились. Люди изменились. Наместник Псково-Печерского монастыря архимандрит Алипий (в миру Иван Михайлович Воронов), фронтовик-орденоносец ответил гонителям: «У меня половина братии – фронтовики. Будем отстреливаться до последнего патрона».

И отстояли! Монастырь, Страну, Веру.

Владимир Анищенков
от 18.10.2018 Раздел: Март 2018 Просмотров: 129
Всего комментариев: 0
avatar