Добавлено: 19.11.2020

Битва за русское кино

Из интервью народного артиста России, президента форума «Золотой Витязь» Николая Бурляева газете «Завтра»


Недавно в Севастополе участники XXIX Международного кинофорума «Золотой Витязь» приняли коллективное обращение к президенту и премьер-министру, в котором выразили тревогу по поводу состояния отечественного кинематографа и предложили программу его реформирования. Вы, Николай Петрович, выступили одним из главных инициаторов этого обращения. Что именно переполнило чашу терпения — вашу и ваших соратников?

Николай БУРЛЯЕВ
. Чаша эта долго полнилась. Со времён перестройки стали приниматься одно за другим неправильные решения. В итоге был подписан указ об акционировании, приватизации кинематографа. Как будто всё нужно было немедленно сдать рынку! В пылу капитализации наши руководители не подумали о том, что не всё можно отдавать в частные руки, что культура и рынок — понятия несовместимые.

Атомную бомбу нельзя отдать частникам, ибо это страшное оружие. Но экран — тоже оружие, духовно-стратегическое оружие государства, которое способно формировать поколения. Однако так было сделано. Практически все киностудии акционировали, нет больше государственных студий. Ельцин нанёс сокрушительный удар по культуре, издав закон, согласно которому Министерство культуры лишалось ответственности за культурную политику. Только, как говорится, давайте деньги и оставьте творцов в покое. А творцы, мои коллеги, опьянённые вседозволенностью, обрадовались.

Что за люди вас тогда насторожили?

Николай БУРЛЯЕВ.
Сделали ставку на тех, кто был тогда якобы успешен: на продюсеров и режиссёров, которые создавали, как бы сказать помягче, не особо гениальные фильмы. Типа одиозного сериала «Школа», показывавшегося на Первом канале. Его создателям дали немалые деньги, чтобы они транслировали свою духовную порнографию на всю страну.

Мы в Общественном совете при Министерстве культуры Российской Федерации, заместителем председателя которого я был до последнего времени, проанализировали работу Фонда кино, который, отчитавшись за пять минут, отрапортовал, что у них всё замечательно, что они создали 200 фильмов, которые отвоевали у Америки 18 процентов российского кинопроката. Я тогда задал вопрос: а чем мы можем гордиться? Я, как человек, отдавший 60 лет жизни искусству кино, разбирающийся в драматургии, режиссуре и актёрском ремесле, cмог назвать всего лишь пять фильмов из созданного фондом, за которые не стыдно, которые не предают и не понижают планку того, что создавалось в эпоху великого советского кинематографа.

Это работы Михалкова, созданные при Фонде кино, фильмы Владимира Хотиненко, Александра Котта, Дмитрия Киселёва. Вполне удачной работой я считаю и комедию Клима Шипенко «Холоп».

Но перечисленного мало для нашей страны!

Николай БУРЛЯЕВ.
Конечно! Ведь если мы возьмём чаши весов и на одну положим доперестроечное кино, а на другую — всё, что снято после перестройки, то результат будет всем очевиден. Я могу безостановочно называть советские киношедевры и их авторов: Довженко, Барнет, Бондарчук, Шукшин, Чухрай, Герасимов, Кулиджанов, Ростоцкий, Панфилов, Чхеидзе, Кончаловский, Параджанов, Михалков, Иоселиани, Жалакявичюс, Герман… Такое богатство! А на перестроечную и постперестроечную чашу весов что положить? Опять же Михалков и Кончаловский, дай бог им здоровья! Александр Сокуров, Глеб Панфилов изредка снимают, но рынку не нужно их творчество. Кто ещё? В анимации Александр Петров гениальный! В документальном кино имён побольше — могу 20–30 замечательных режиссёров назвать. Но кто смотрит документальное кино, многие ли знают Сергея Мирошниченко, Валерия Тимощенко, Бориса Лизнёва, Дмитрия Чернецова, Татьяну Карпову, Сергея Роженцева?..

Дело, конечно, не в тех или иных политиках, чиновниках или великих режиссёрах, а в некой системе. Как вообще происходит распределение бюджетных средств на кино, раздача «подрядов» от государства?

Николай БУРЛЯЕВ.
Нет системы как таковой. Есть экспертные советы в Фонде кино, в Департаменте кинематографии Минкультуры. Но если мы возьмём экспертов Фонда кино, то увидим, что там из 20 его членов — три четверти прокатчиков и продюсеров, которые делят четыре миллиарда между собой, не подпуская к этой кормушке никого. К этому надо прибавить контрагентов иностранных фирм: 20th Century Fox, Sony, The Walt Disney Company. Какого лешего, простите, при нынешних удушающих санкциях против России у нас контрагенты этих студий пасутся?

А они что, даже в экспертных советах наших заседают? В том числе при Фонде кино?

Николай БУРЛЯЕВ.
Представьте себе, да!.. Теперь возьмём экспертный совет при Минкультуры. Вот сейчас мы проводили в Севастополе нашу конференцию, где приняли обращение к президенту. Там присутствовали два члена этого совета. Они нас удивили: «А мы не знаем, как это всё распределяется. Мы голосуем за одно, а в результате каких-то «подковёрных» игр и телефонных звонков решается всё как-то иначе…». То есть средства выделяются абсолютно другим людям. Что происходит? Я полагаю, что не должно быть в экспертах тех, кто лоббирует свои интересы и распределяет деньги между собой.

Экспертами должны быть люди социально значимых профессий: медики, представители правоохранительных органов, духовенства. Медики, например, могут сказать, читая сценарий, что этот фильм увеличит процент суицидов в обществе. Правоохранители могут предупредить о пропаганде насилия, воспевании воровского уклада и так далее.

Нельзя допускать, чтобы из-за порочных кинофильмов росли социальные пороки. Ведь если бы учителя посмотрели заранее сценарий «Школы» Гай Германики, то не было бы столь мощного удара по нашему образованию.

В программе, которую вы предложили, есть и пункт о введении цензуры...

Николай БУРЛЯЕВ.
Наши оппоненты уже по всем каналам трубят: «Бурляев цензуру предлагает!». Я не предлагаю тотальную цензуру, от неё и сам лично достаточно натерпелся. Из 70 моих фильмов 20 пролежали на полках в общей сумме 250 лет. Как я могу быть за цензуру в обычном понимании? Но я за нравственный контроль общества!

Что такое «цензура» как термин? С латыни переводится как «рассмотрение, строгое суждение, взыскательная критика». Разве государство не вправе, заботясь о грядущих поколениях, иметь своё строгое суждение о том, что делают люди творческие, живущие в нашем Отечестве и имеющие влияние на души и умы? Напомню, что писал о цензуре Александр Сергеевич Пушкин: «Я убежден в необходимости цензуры в образованном нравственно и христианском обществе, под какими бы законами и правлением оно бы ни находилось… Нравственность (как и религия) должна быть уважаема писателем».

Ведь недаром главным цензором России был великий русский поэт и дипломат Фёдор Тютчев, почитая это служение важнейшей миссией своей жизни.

Как нравственная цензура может быть реализована? Какие механизмы тут могут включиться?

Николай БУРЛЯЕВ.
«Строгое суждение» должны выносить люди, не продавшие душу дьяволу и рынку. И они есть. Эксперты должны знакомиться со сценарием и определять, можно или нельзя давать деньги на предлагаемый проект.

Я не против того, чтобы люди снимали то, что они хотят. Но государство деньги должно выделять только на социально значимые проекты. Сейчас Фонд кино выделяет на социально значимые фильмы всего 5 процентов! О детском кино только одни разговоры, а практического движения на этом фронте нет со времён Швыдкого, при котором уничтожили «Центральную киностудию детских и юношеских фильмов».

Государство должно сделать несколько шагов.

Первое: издать указ о выведении государственной культуры из рыночных отношений. Культура и рынок, как мы уже говорили, — несовместимые понятия. У культуры задача — поднимать дух нации, передавать нетленное наследие грядущим поколениям. А задача рынка — делать деньги, чем многие кинематографисты и занимаются. Второе: увеличить бюджет на культуру, ибо культура — одна из важнейших линий обороны государства — оборона души. Потеряем душу — потеряем государство. Третье: воссоздать Роскомкино (Госкино), которое уничтожил всё тот же Швыдкой.

И конечно, пришло время создать Роскинопрокат.

Лично у меня возник вопрос, когда я увидел выступление Грефа на Валдайском форуме, где он открыто утверждал с присущей ему клинической улыбочкой, что не следует людям давать культуру, ведь тогда ими будет трудно управлять. Как после подобных заявлений можно держать человека на посту главного банкира России? Он вторгается в сферу образования, прибрал к рукам бесценный кинофонд «Союзмультфильма». Что теперь будут снимать мультипликаторы? Ясно, что с них не потребуют повышать духовный уровень народа, которому «не нужно давать культуру».

Следующее наше предложение: в российских кинотеатрах нужно показывать для начала не менее 50 процентов отечественных фильмов. А когда российский кинематограф избавится от прочно прописавшейся в нём вседозволенности и пошлости, можно будет демонстрировать до 85 процентов наших фильмов. Тарковский утверждал: «Следует создавать шедевры». Россия может и будет создавать шедевры, только поддержка должна быть серьёзнее.
от 25.11.2020 Раздел: Ноябрь 2020 Просмотров: 36
Всего комментариев: 0
avatar