Добавлено:

Бутырский крест

13 апреля 2011 года над куполом Покровской церкви Бутырской тюрьмы был торжественно воздвигнут Крест, свидетельствующий об окончании основных работ по реставрации храма. Девять десятилетий понадобилось, чтобы возродить эту святыню в самой старой тюрьме России, которая во многом определяет состояние всей системы исполнения наказаний.

Крестовоздвижение в Бутырке глубоко символично: место мучений и убийств, совершавшихся здесь при советской власти, снова превращается в место покаяния, очищения, возрождения человеческих душ, каким оно было до социальной катастрофы 1917 года. Эта отрадная перемена сейчас происходит в тысяче российских тюрем и колоний, где открылись православные храмы. Из них уже выходят другие люди – просветлённые, примирившиеся с Богом, готовые трудиться для общего блага.


Свет Христов в темнице


Трудно передать чувства, которые испытали люди, не в первый раз побывавшие на Божественной литургии в тюремной церкви Покрова Пресвятой Богородицы. Раньше они молились в странном помещении, где стены были от старого храма, а потолок – от новых построек, втиснутых в него при советской власти. Этот неестественно низкий потолок как бы придавливал душу, мешал дышать, не давал возвести очи к небу... А в этот раз входившие в храм застывали на его пороге в радостном изумлении.

Над ними раскрылся огромный белый купол, под которым сверкало десятками ламп великолепное паникадило. Совершая Крестное знамение, люди с умилением смотрели вверх и вдыхали полной грудью благодатную атмосферу храма, омытого слезами заключённых, освящённого кровью новомучеников, наполненного их молитвами о спасении России. И очень символично, что на время литургии трёхметровый Крест, который должны были воздвигнуть над куполом, временно поставили в углубление стены, где висели иконы новомучеников и исповедников российских, пострадавших в Бутырской тюрьме. Казалось, что в это время они молились над Крестом, который будет вознесён над главной тюрьмой России.

И вот заканчивается Божественная литургия, на которой исповедались и причастились многие насельники и гости тюрьмы. Двое заключённых выносят на середину церкви сияющий Крест. Перед ним становится на колени епископ Дмитровский Александр, а за ним – служители и прихожане храма. В пронзительной тишине Владыка медленно читает чин освящения Креста. И, если бы люди имели духовное зрение, то, наверное, увидели бы под куполом ликующих ангелов и бутырских новомучеников. Наконец, Владыка кропит Крест святой водой. Свершилось!

– По благословению Святейшего Патриарха Кирилла мы освятили Крест, который будет сейчас вознесён на купол, и тем самым мы вернём первозданный вид этому величественному храму Бутырского тюремного замка, – сказал Председатель Комиссии по тюремному служению при Епархиальном совете города Москвы епископ Дмитровский Александр. – Я благодарю всех, кто потрудился по возвращению исторического облика Покровского храма и, прежде всего, его настоятеля священника Константина Кобелева, который жертвенно несёт своё пастырское служение вместе с другими священнослужителями. Хотел бы поблагодарить всех благодетелей, жертвователей, благоукрасителей святого храма, которые помогали отцу Константину. Постепенно, из года в год мы видим плоды ваших трудов.

И когда мы молимся в этом храме, – продолжал Владыка, – перед нашим мысленным взором встают лица новомучеников и исповедников российских, страдальцев за веру Христову, которые находились, особенно в годы гонений, в камерах этого изолятора. Это архипастыри и пастыри, и верные чада святой Церкви, которые не дрогнули перед лицом мучителей, гонителей веры Христовой, но мужественно претерпев до конца, пребывая в голоде и холоде, в болезнях, в изгнании, в предательстве близких, остались верными Христу даже до смерти. Они являются для нас бесконечным примером для подражания…

После проповеди Владыки сияющий Крест вынесли из храма, чтобы поднять на крышу и установить в золочёную главку наверху купола. Удивительное впечатление производили два парня, несшие крест. Один – маленького роста, тихий и смиренный, в арестантской одежде работника хозяйственного отряда тюрьмы. Рядом с ним особенно смотрелся высокий, красивый атлет в стихаре служителя храма. У него было вдохновенное, прямо-таки иконописное лицо, какое редко встретишь даже в церкви на воле. И я был поражен, когда узнал, что это тоже заключённый.

Александр отбывает в Бутырке небольшой срок и уже мог бы быть освобождён. Но началась реставрация храма, он стал в ней участвовать как работник хозотряда (в него набирают самых надёжных, проверенных ребят с образцовым поведением). И так радовали его душу эти работы, что он решил не покидать тюрьму до окончания реставрации.

Спасение… в тюрьме


Старший священник Покровского храма Бутырской тюрьмы иерей Константин Кобелев, которого поблагодарил за жертвенное служение Владыка Александр, всегда поражал меня удивительным состоянием радости, доброты, смирения, которое передавалось от него окружающим. Я всегда видел батюшку улыбающимся даже там, где, по нашим меркам, надо бы плакать или ужасаться.

Вот идём мы с ним по коридору Бутырки и вдруг видим под потолком плакат, на котором красными буквами написан какой-то замысловатый призыв быть вежливыми. На воле это воспринималось бы нормально, а здесь – через несколько шагов начинаются «стаканы», железные двери которых двумя рядами идут вдоль коридора. Это тесные конурки, в которых нет освещения и можно только сидеть, наверное, размышляя о том, что напрасно мы не вняли призыву быть вежливыми.

Я с ужасом говорю отцу Константину о мрачном смысле увиденного – а он с неподражаемой улыбкой развеивает мои опасения. Мол, это раньше «стаканы» использовали для того, чтобы сломить «невежливых» заключённых, а сейчас в них ненадолго помещают пересылочных во время подготовки к переезду в другое место. Просто чтобы они не перепутались и не разбежались раньше времени. И вообще отец Константин видит в современной Бутырке гораздо больше доброго и милосердного, чем это было даже в царское время, не говоря уже о советском периоде.

Он рассказал мне, что до революции 1917 года из четырёх корпусов тюрьмы со второго этажа выходили галереи к храму. Днём из камер выпускали заключённых; они могли по галереям пройти в церковь на широкие балконы, с которых можно было наблюдать Богослужение через решётку. А потом батюшка индивидуально с ними разбирался, исповедовал и причащал в камерах. Внутри же храма молились свободные люди, которые проходили в него с улицы по специальному коридору. Обычно это были родственники заключённых.

– Раньше заключённые могли только со стороны смотреть на Богослужение, а теперь они молятся внутри храма вместе с работниками и гостями тюрьмы, – сказал отец Константин. – Так что мы сейчас фактически более милосердный храм, чем до революции.
Он объяснил, что Крест, который сегодня установили над храмом, имеет такие же размеры, как и тот, что был поставлен здесь 229 лет назад. Он только расположен немного выше: раньше там, где Крест заканчивался, сейчас он только начинается. То есть храм стал выше на высоту Креста.

Поразительный символ: храм Божий, как и человек (храм Духа Святого), возрастает за счёт Креста. Мы становимся духовно выше, если, как сказал батюшка, без ропота несём свой жизненный крест. Если благодарим Бога за возможность приблизиться к Нему и сподобиться жизни вечной через крестоношение.

Отец Константин рассказал, что удивительное возрождение тюремного храма после девяноста лет запустения происходит по молитвам многих и многих людей, наших новомучеников. Семьдесят из них уже можно увидеть на иконах, висящих на стенах храма. А всего известно 216 человек. Но на самом деле этот список гораздо обширнее, потому что не ясно, в каком изоляторе Москвы были перед смертью некоторые святые, и ещё не известны многие мученики, достойные канонизации.

– Именно это место, на котором мы сейчас с вами стоим, в советское время было внутренней бутырской пересылкой, – объяснил батюшка. – Раньше ведь людей много было, и после суда их помещали в камеры, пристроенные к зданию храма в три этажа. Перед расстрелом, перед отправкой на Колыму или Соловки все прошли через эти стены. Поэтому наш храм тоже как Крест, ведь Крест Господень – это орудие Его страданий, а для нас – славы. Сам храм, где страдали за веру наши новомученики, это орудие их славы: пройдя через испытания, они сподобились попасть в Царство Небесное, быть рядом с Господом и молиться за нас.

По словам батюшки, в течение семидесяти лет храм как бы прятали в недрах тюрьмы всё глубже и глубже. Сначала сняли Крест, потом снесли купол. Затем надстроили один этаж над окружающими храм корпусами. А вокруг замка построили высокие дома, которые закрыли его словно ширмами со всех сторон. В девятнадцатом веке храм доминировал над окружающими строениями, был виден и с Новослободской улицы, и с Лесной – а в двадцатом веке его отгородили от окружающего мира, казалось бы, навсегда.

– Но сейчас поднятый Крест уже виден с земли, – радостно сообщил отец Константин. – Я сам ходил на это место – называется Приютский переулок. Когда рабочие были на крыше, я поднялся наверх, осмотрелся и с одной стороны увидел прохожих в переулке. Соответственно оттуда виден и наш Крест. Это символично, что тюремный храм вышел из тюрьмы, стал виден на воле.

– Теперь многие поймут, что человек, попавший в тюрьму, может использовать её как инструмент для спасения души, – сказал я батюшке.

– Конечно, так оно и бывает, – согласился он. – Очень многие приходят к Богу именно в тюрьме. Раньше они в храме только свечки иногда ставили. А здесь исповедуются и причащаются, каются в грехах и преступлениях. Некоторые становятся алтарниками, читают псалмы и Апостол. А второй вариант: были верующими, но где-то какие-то имели шероховатости, за которые лишились свободы. В тюрьме Господь их исправляет, возвращает на путь к спасению.

Храм выходит из подполья


Когда здание храма было восстановлено в первоначальном объёме, его функции поменялись на прямо противоположные. Изнутри в «барабане» под куполом видны прямоугольные ниши: в царское время там располагались окна, из которых было видно небо. А при советской власти появились пристройки, в которых томились пересыльные, мучились приговорённые к расстрелу. Теперь вокруг купола находятся больничные помещения. И служители храма приветствуют это, потому что в больницу попадают люди, не выдержавшие условия содержания, которые больше всех нуждаются в помощи. Батюшки часто ходят к ним, потому что дело это Богоугодное: «Был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне» (Мф. 25, 31—36).

– Выходит, при советской власти храм был в подполье больницы, а недавно вышел из него, когда на месте купола сняли плиты перекрытия?

– Образно говоря, так.

…Сейчас это кажется откровением: старейшая тюрьма России была задумана не как место наказаний, мучений и убийств, а как место покаяния, возрождения, исправления оступившихся людей. В 1771 году, 240 лет назад, здесь построили острог – а через одиннадцать лет в центре тюремного замка был возведён прекрасный храм, который стал как бы духовным сердцем этой темницы.

Храм и тюрьма много раз перестраивались, условия заключения менялись и до революции, и в наше время. Для нас очень важно, что на третьем этаже, под самым куполом, в 1991 году начинал своё служение отец Глеб Каледа. Потом появился храм на первом этаже. А в результате восстановления купола два храма соединились в один.
Считается, что тюремное служение здесь официально началось двадцать лет назад. Но фактически оно началось с началом гонений, в 1918 году. Потому что в помещениях храма находились новомученики. Гонимые, арестованные они продолжали своё служение, свою проповедь – среди людей, отверженных обществом, от которых оно хотело отгородиться. Очень часто тюремное начальство, желая сломить какого-нибудь нашего церковного деятеля, помещало его в камеру с уголовниками. Но нередко получалось прямо противоположное тому, что хотело начальство: под действием бесед и проповедей новомучеников десятки и сотни уголовников приходили к Богу.
– Мы почитаем Крест, как орудие страстей Христовых, – сказал отец Константин. – Казалось бы, на Кресте Господь умер, но благодаря ему Он и воскрес. И здесь, в Бутырской тюрьме, через страдания люди пришли к Богу. После суда приговорённых к смерти и лагерям направляли в помещения, пристроенные к храму. Поэтому он омыт особыми слезами, особой кровью, особыми молитвами. И эти молитвы чувствуются в наше время. Наши новомученики с нами. И их служение продолжается во веки веков.

Воспитание благотворителей


Меня удивило и обрадовало, что тюремный храм воспитывает не только заключённых и служителей изолятора, но и многих людей с воли, в том числе очень влиятельных – государственных чиновников, директоров заводов, бизнесменов, которые добровольно помогают Бутырской церкви. Когда закончилось торжественное воздвижение Креста, гости храма собрались в столовой за скромной трапезой (было время Великого поста), чтобы поделиться друг с другом своими впечатлениями.

– Событие сегодня историческое – не только для следственного изолятора, но историческое и для города, историческое для Русской Православной Церкви, – сказал начальник управления Федеральной службы исполнения наказаний РФ по Москве полковник Виктор Алексеевич Дежуров. – 90 лет на храме не было Креста. И сегодня эта историческая несправедливость устранена. Не случайно более двух веков назад именно на территории тюремного замка был построен этот замечательный храм. Видимо, создатели замка и храма ставили задачу, чтобы этот храм наставлял на путь истинный оступившихся людей, возвращал их обществу. Я абсолютно уверен, что и сейчас он выполняет эту функцию. После того, как храм обрёл свой исторический статус, он будет и дальше нести эту замечательную миссию.

Эту мысль продолжил начальник следственного изолятора № 2 Главного Управления Федеральной службы исполнения наказаний по городу Москве Сергей Вениаминович Телятников. По его мнению, «храм наставляет на путь истинный» не только заключённых, но и тех, кто их опекает, искренне желая помочь оступившимся людям:
– Я считаю, что именно для нашей системы духовное воспитание очень важно, потому что ничто не поможет, никакое наказание, пока человек сам не начнёт внутри себя копаться, обратится к себе и этим самым обратится к Богу. Только после этого можно говорить о каком-то изменении своих взглядов. Поэтому сегодня действительно сделано очень большое дело. Это подтверждается тем, что у нас регулярно на Богослужение – вы не поверите – очередь стоит всегда. Мы выводим по 35-40 человек два раза в неделю. Постоянно люди хотят ходить в храм… Мы стоим на этом пути и будем стоять, чтобы люди именно верили. А когда человек верит, он будет жить, будет стремиться, будет становиться лучше.

Кстати, на празднике в Бутырке присутствовал бывший начальник СИЗО № 2 подполковник Николай Фёдорович Дмитриев (2001-2003, 2005-2007 годы). Собравшиеся с благодарностью вспоминали, что именно при нём в камерах появились душевые, холодильники, вентиляторы, которых раньше не было. Закончились ужасы прошлых лет, когда в камерах содержалось в два-три раза больше людей, чем положено по норме, и приходилось спать на кроватях по очереди. Каждый подозреваемый или обвиняемый получил свою койку, а в перспективе он будет иметь четыре квадратных метра площади.

…Нам могут возразить, что сотрудники системы исполнения наказаний должны заботиться о своих подопечных, даже если их не призывает к этому Церковь. Да, но когда слышится такой призыв, эти заботы бывают гораздо искреннее и плодотворнее. Наконец, есть люди, которые не служат в этой системе и не обязаны помогать тюремному храму, но делают это добровольно, потому что они православные и знают, что, посещая узников в темнице, они посещают Господа. А помогая заключённым восстанавливать храм, спасать свои души, благотворители ещё больше помогают своему спасению.

Начальники и насельники Бутырки очень благодарны генеральному директору ОАО «МТЗ Трансмаш» Николаю Анатольевичу Егоренкову, который оказал огромную помощь и финансами, и техникой в восстановлении храма. Здание уже выглядит вполне достойно, а дальше запланирован ремонт крыши и приведение в первоначальный вид фасада, чтобы купол был виден со всех сторон на внутренней территории изолятора. И всё это во многом благодаря Егоренкову. Он почти двадцать лет руководит огромнейшим предприятием, сам верующий человек и с душой относится к возрождению храма, показывая пример другим благотворителям.

– Сегодня замечательный праздник, – сказал Николай Анатольевич. – Ведь что такое крестовоздвижение? Это фактически законченный храм. Как без крыши нет дома, так и без Креста нет храма. Не важно, есть стены в нём или он держится на столбах. Но если Крест есть, значит, это уже храм. Дальше идёт новый иконостас, роспись и прочее – это уже отделка. Но основное – это именно Крест. Особое чувство переполняет тебя, когда видишь, как Крест поднимается над людьми, ощущение знаменательного события. Отец Константин сказал, что наш Крест уже виден с воли. И я хотел бы пожелать, чтобы он, в конце концов, был виден отовсюду.

…Удивительно, как православный храм выявляет достойных людей. В народе бытует мнение, что большие начальники – воры и карьеристы, заботятся только о себе и своих приближённых, а бедных людей притесняют, заставляют тяжело работать за нищенскую зарплату. И вдруг выясняется, что какой-то начальник ходит в храм Божий и не ради моды или создания имиджа. Что, выполняя заповедь Христову, он жертвует огромные средства на восстановление храма, на помощь самым несчастным и обиженным – заключённым и больным.
Интерьер храма восстанавливался в течение шести лет по проекту и под надзором главного архитектора Центральных научно-реставрационных проектных мастерских Сергея Васильевича Демидова. Все работы выполняла архитектурно-реставрационная мастерская «Аркада» (генеральный директор – Владимир Александрович Белавкин), которая безвозмездно построила главку храма, изготовила и установила Крест: сначала запросили за это небольшую сумму, а потом отказались и от неё.

Раб Божий Андрей, инвалид с детства, за три недели рассчитал в соответствии с проектом и изготовил металл главки. Рабочие мастерской Вячеслав, Александр, Феодор, Николай десять дней прожили в общежитии при Бутырском изоляторе и выполнили все подготовительные работы, необходимые для установки Креста, который делал кузнец Сергий. А золотил Крест известный мастер, художник-реставратор Александр Аркадьевич Марьин.

Бизнесмены Владимир и Зоя пожертвовали икону «Неупиваемая чаша» (список со знаменитой иконы Серпуховского монастыря) – это главная святыня Бутырского храма, которая помогает зависимым от алкоголя, табака, наркотиков. На ней висит множество крестиков – благодарность людей за исцеление. Иконописец Серпуховского монастыря Владимир Артемьев сначала отказывался написать для Бутырки этот образ восемьдесят сантиметров высотой (в Бутырском храме все главные иконы такие): мол, больше размера оригинала я не пишу. Но потом он сказал: «Ну, так и быть, для тюрьмы сделаю». А незадолго до смерти раб Божий Владимир признавался, что это лучшая икона в его жизни.

И таких благотворителей у храма было много. Как сказал Владыка, «теперь мы будем за них молиться».

Но труды по возрождению церковной жизни ещё не закончены. Сейчас в храме стоит скромный одноярусный иконостас отца Глеба Каледы, который двадцать лет назад начал здесь тюремное служение. Но иерей Константин уверен, что скоро будет установлен великолепный трёхъярусный иконостас пропорциональный объёму храма.

– Мы надеемся, что с помощью вашей, дорогие друзья, закончим эти работы, – сказал батюшка. – Благодаря вам наш храм приобретает всё большее значение как центральный храм системы исполнения наказаний. А всех наших братьев, которые сейчас пришли из камер, мы призываем держаться покрепче за ризу Господню. И как сказано: «С Господом мы и в темнице свободны, а без Бога и на свободе тюрьма».

Михаил ДМИТРУК
Фото автора


от 14.12.2018 Раздел: Июнь 2011 Просмотров: 570
Всего комментариев: 0
avatar