Добавлено: 12.12.2015

Державная икона и державное строительство в России

В Центральном выставочном зале «Манеж» 20 ноября 2015 в рамках выставки-форума «Православная Русь. От великих потрясений к великой победе. 1914 – 1945» состоялся круглый стол «Державная икона Божией Матери и державное строительство России», организованный редакцией газеты «Русь Державная», Межфракционной депутатской группой по защите христианских ценностей Государственной думы РФ, Фондом по постановке памятника Патриарху Гермогену.

В круглом столе приняли участие священник Александр Шумский, публицист, клирик храма Святителя Николая в Хамовниках; Печерский Андрей Николаевич, главный редактор газеты «Русь Державная»; Ананьина Галина Васильевна, председатель правления Фонда по постановке памятника патриарху Гермогену; Володихин Дмитрий Михайлович, доктор исторических наук, советник директора Российского института стратегических исследований; Саулкин Виктор Александрович, обозреватель радио «Радонеж»; Забеднов Павел Владимирович, генеральный директор Объединения «Внештехника»; Медунина Виктория Александровна, православный журналист и другие.


Андрей Печерский. Очень важно, что икона Божией Матери «Державная», которая явилась в день лишения императора Николая II власти находилась после второго обретения в Коломенском. А сейчас она находится рядом с Кремлем, буквально в нескольких метрах от сердца нашей Родины. Мне кажется, что это очень знаменательный факт. Когда Святейший Патриарх Кирилл 4 ноября в День народного единства открывал выставку «Православная Русь» вместе с нашим Президентом, он так и сказал, что явление Державной иконы Божией Матери – это свидетельство того, что Россией руководит Матерь Божия.

Мы, те, кто причастен к этой теме, знаем и глубоко верим, что это действительно так. Я уже говорил и писал о том, как в 1998 году мне позвонил отец Василий Дыгалов из подмосковного села Лужки и рассказал удивительную историю о том, как на первой неделе поста, когда он вышел с прихожанами из храма после литургии, он увидел в небе над храмом явление Матери Божией, потом появились буквы, чтобы не было никаких сомнений – «Державная» и скипетр поплыл по небу. Он написал об этом явлении докладную в епархию и его благословили назвать один из приделов храма в честь Державной иконы Божией Матери. Тогда я задумался: почему в каком-то неизвестном селе вдруг является Державная икона? Оказалось, что в XV веке там стоял храм святителя Николая, который был подворьем Чудова монастыря в Кремле. Удивительные аналогии! По сути, Божия Матерь показала нам, что Она имеет отношение к власти над Россией, к Кремлю, и это Ее историческое место. Когда я услышал по телевидению, что Президент Владимир Владимирович Путин инициировал воссоздание Чудова монастыря в Кремле, я все эти вещи соотнес и понял, что все это не случайно.

Мне хотелось бы верить, что когда-нибудь, если будет угодно Господу Богу и Божией Матери, может и при нашей жизни, Державная икона Божией Матери вернется на свое историческое место, то есть в Кремль и, кто знает, может быть, нас ждут не только тяжелые испытания, но и интересная духовная жизнь.

Я недавно вернулся из поездки на Святую Гору Афон, где встречался с людьми, которых в народе называют старцами. В особенности мне запомнился игумен нашего Пантелеимонова монастыря схиархимандрит Иеремия, которому 22 октября исполнилось 100 лет. Можете себе представить? Человек около 60 лет находится у Престола Божия, более 40 лет на Афоне. Я помню, ему задал вопрос: «Батюшка, как Вы считаете, какое самое важное качество в человеке?», – и не получил на него ответа. Потом, когда буквально со всего мира съехались люди, которые поздравляли его со столетием, я услышал в его словах ответ на свой вопрос: «Мы недостаточно любим друг друга, мы все разъединены и этот недостаток любви, может быть, и объясняет наши нестроения».

Хотелось бы вспомнить владыку Санкт-Петербургского и Ладожского Иоанна. Вспоминаю последний разговор с ним, который состоялся, как оказалось, за два дня до его кончины. Мы говорили о многом и итог он подвел такой фразой: «Запомни, Андрей, пока русский народ не преодолеет в себе беса разъединения, мы ничего не сможем построить у нас в стране». Мне кажется, что эти слова можно считать его духовным завещанием, пусть и кратким. Поскольку интерес к владыке в последний год заметно оживился, мы, для того чтобы напомнить людям его основное делание, опубликовали в последнем номере газеты «Русь Державная» его статью «Державное строительство». Этой теме мы и хотели бы посвятить сегодняшний разговор.

Галина Ананьина. Когда круглый стол посвящен Державной иконе Божией Матери и когда она встречает нас на выставке – это огромное историческое событие, несмотря на то, что выставка посвящена многим явлениям XX века.

Историю первого обретения иконы многие знают наизусть, но хотелось бы сделать акцент на дате 2 марта. Патриарх Гермоген был умерщвлен тоже 2 марта. В 1917 году произошло не только отречение Царя Николая II, но и восстановление патриаршества в России, произошла революция. Поэтому, когда спустя почти сто лет, мы можем проанализировать обретение иконы Державной Божией Матери, мы совершенно по-другому можем к этому подходить, нежели подходили в 1917 году. Тогда она воспринималась только как связанная с отречением Николая II. Тем не менее, за очень короткое время, которое она пробыла в Коломенском, ее копии стали появляться не только в Москве. Ее стали возить по фабрикам и заводам. Вначале ее привезли в Марфо-Мариинскую обитель, и встречала ее Елисавета Федоровна. У отца Иоанна (Ермакова) есть икона, которую он хранит всю жизнь. Уже есть достоверные факты о том, что после революции, после первых притеснений, больше всех претерпели те священники, те миряне, у которых была дома икона Державной Божией Матери. Видимо, это говорит о том, что она имела для большевиков мистическое значение, и наказание за нее было тюрьмой, и гонениями, и смертью.

Когда я вместе с Народным собором занималась постановкой памятника Патриарху Гермогену, на антикварном рынке было выкуплено очень много образков с этой иконой. Все они были 13-14 годов, и вдруг попадается маленький серебряный образок с изображением иконы Державной и Патриарха Гермогена. О чем это говорит? Видимо такое двойное изображение и было дано в укрепление нам.

После революции икона из Коломенского была передана в Исторический музей, но по очень многим воспоминаниям, ее нигде не могли найти. Даже Русская Православная Церковь не знала, где находилась эта икона. А происходила она, по архивным документам, из Вознесенского женского монастыря в Кремле, который был утрачен вместе с Чудовым монастырем. Она была черного цвета после пожара 1812 года.

Особое внимание хотела обратить на ее «новую» жизнь. В этом году исполнилось 25 лет второму обретению иконы Божией Матери. Но до этого был 1988 год, и наша страна и Русская Православная Церковь отмечали тысячелетие Крещения Руси. Это был период, который мы называем вторым крещением Руси. Я думаю, вы со мной можете согласиться, что начало второго крещения Руси и началось с передачи иконы Державной Божией Матери по просьбе владыки Питирима и Патриарха Алексия из Государственного исторического музея на временное хранение в Издательский отдел Московской Патриархии. Она простояла там два года, потом было принято решение о возможности передачи церковного имущества, и по личной просьбе Патриарха Алексия II в 1990 году она была передана в Коломенское 27 июля, накануне дня памяти святого Владимира, поэтому еще раз хочу подчеркнуть, что второе обретение совпадает с началом второго крещения Руси.

У иконы начинается вторая жизнь, своеобразный второй отсчет, потому что именно 5 декабря 1990 года на Волхонке, на месте Храма Христа Спасителя был торжественно установлен гранитный камень с высеченной надписью: «Закладной камень часовни во имя Державной Божией Матери, предтечи Храма Христа Спасителя, который будет возрожден на этом святом месте». Это было ровно двадцать пять лет назад. С этого начиналось, и молились, и все здесь присутствующие об этом скажут. Не просто молились каждую субботу, каждый день, но и ходили с этой иконой Державной Божией Матери, то есть фактически возрождение Храма Христа Спасителя шло под сенью Державной иконы. В 1995 году рядом со строящимся Храмом Христа Спасителя был поставлен деревянный шатровый храм-часовня Державной Божией Матери, где продолжались молитвы, было создано движение за воссоздание храма – Солоухиным, Мокроусовым, Крупиным, Свиридовым, Распутиным – великими именами России, которыми мы гордимся. Гордимся, что такие великие государственные люди выступили тогда за воссоздание Храма Христа Спасителя и шли до конца, несмотря на то, что кто-то верил, кто-то не верил, и своей силой духа вели всех к тому, чтобы этот храм был воссоздан.

В 2007 году произошло воссоединение церквей: Русской Зарубежной и нашей Церкви, и когда встал вопрос, какую икону везти в честь воссоединения церквей, то решили повезти икону Державной Божией Матери, и фактически перед ней молился весь мир. В этом сила Державной иконы Божией Матери, Ее покровительства, которое было и остается над Россией.

Всей стране надо напомнить о Державной иконе, о судьбе России, потому что любые юбилейные даты, а столетие – это большая дата, даны для переосмысления событий, для прогноза того, что будет впереди. В свое время точно было определено место, где должен был стоять памятник патриарху Гермогену: Казанский собор, Минин и Пожарский, и напротив Патриарх Гермоген, где мавзолей Ленина. Считалось, что это точно выверенный духовный треугольник.
Что мы имеем на сегодня? Казанский собор, Минин и Пожарский и Патриарх Гермоген в Александровском саду – абсолютный треугольник, только больше, треугольник, который прошел по Кремлю, по месту, где был Чудов и Вознесенский монастыри. Этот памятник появился в 2013, в год столетия прославления Патриарха Гермогена. Я думаю, что даже памятники появляются не просто так, что именно сегодня нашей стране столь нужен Гермоген, пример этого мужественного Патриарха, который не только не предал нашу страну и Русскую Православную Церковь, но отдал жизнь за них. Слово его было слышно из Чудова монастыря.

Сегодня нам надо объединиться и выйти с общей инициативой о подготовке к 100-летию обретения Державной иконы Божией Матери. Я думаю, что будет и поддержка на достойном уровне, как одной из важнейших дат нашей истории. 1918-й год – это столетие расстрела Царской семьи и, я думаю, что состоится объединение не только Москвы, но и других городов для создания общественного органа, комитета по подготовке юбилея.

Священник Александр Шумский. Сегодня мы произносим слово «державность», говорим о державном строительстве. Державность – это важнейший элемент русской идеологии, которую мы все хотим сформулировать. Без державности нет русской идеологии. В этой связи хотелось бы вспомнить о нашем великом национальном пророке, о величайшем писателе Федоре Михайловиче Достоевском, который говорил, что в мире (он имел мир современный ему) есть три ведущих идеи: идея католическая, протестантская и славянская. Как он говорил, католическая идея особенно реализовалась во Франции, и эта идея пришла к своему завершению и полному извращению, закончившись там полнейшим атеизмом и отпадением от Христа. Это он говорил еще про ту Европу, которая нам сегодня кажется вообще цветущим христианским оазисом, а он уже тогда замечал. Затем он говорил, что эта выродившаяся католическая идея, которая привела к атеизму во Франции, она же привела к гибели протестантской идеи в Германии. Протестантизм существовал только как реакция на католицизм. Когда тот приказал долго жить, по сути дела, то умерла и протестантская идея, тоже выродившись в атеизм. Федор Михайлович уже тогда замечал, что Европа идет семимильными шагами к полному расцерковлению, к полному безбожию. Остается только одна идея – славянская. Сегодня мы будем говорить – русская идея, учитывая те пертурбации, которые произошли в славянском мире за столетия.

Мы видим сегодня, что русская идея – это, в первую очередь, державность, и конечно эта идея сегодня является вообще единственной действующей в мире. Других идей больше нет.

В Европе их просто не осталось. Если взять за идею американскую мечту, то это не идея собственно, это в принципе производная от католической и протестантской идеи, тут ничего нового нет. Китайской идеи не существует, это чисто подражательная идея западного современного мира, то есть своих идей нет уже давно. Поэтому в мире осталась только одна русская идея, и от того, как эта идея будет реализовываться в мире, зависит его будущее.
Потрясающе, что Достоевский именно Францию тогда называл воплощением безбожия, расцерковления. Я бы хотел процитировать Николая Сербского, великого святого, который потрясающе сказал о Европе. Это интересно в связи с событиями, которые произошли недавно в Париже. Он пишет: «Если бы гадаринцы встали сегодня из гробов и начали считать, то насчитали бы в христианской Европе огромное количество своих единомышленников. Они, по крайней мере, просили Христа отойти от них, а европейцы гонят от себя Христа, лишь бы остаться наедине со своими свиньями, со своими властителями бесами». Вот вам картина современной Европы, не убавить, не прибавить. Это было сказано еще в 50-е годы прошлого столетия.

Когда сегодня мы говорим о русской идее, идеологии, то, что искать? Это державность и всечеловечность, всеотзывчивость. Мне кажется, Достоевский, уже сформулировал эту идею – это всеотзывчивость. У англичан национальная идея – это «мой дом – моя крепость». У американцев – это господство грубой силы над всем миром, а у нас идея – всеотзывчивость, поэтому недаром прошедший недавно у нас Собор называется Всемирным Русским Народным Собором, и мне кажется, что всечеловечность – это и есть суть русской идеологии.

Сегодня было сказано Андреем Николаевичем, что у нас есть болезнь разъединения. Кто у нас сегодня выступает против державности, против всечеловечности? Либералы, националисты многие, но дело в том, что на сегодняшний день они оказались в тени, они проиграли, особенно либералы. Хотя их не надо сбрасывать со счетов, но еще надо понимать, что против державности и правильного ее понимания выступают некоторые наши патриоты, таким образом, есть соблазн и в нашей патриотической среде. Вот где бес разъединения и находится.

Давайте вспомним немного начало прошлого века, предреволюционный момент, наших черносотенцев, патриотов того времени, с которыми мы связаны генетически и в духовном плане. Но часть из них предала Царя. Например, знаменитый Пуришкевич, который говорил: «Мы за Родину, но против Царя». Этот, по сути, лозунг о том, что мы любим Родину, но против Царя, стал лозунгов многих патриотов, которые предали Царя, соединившись таким образом с либералами, которые совершили февральскую революцию, по сути, самую страшную, потому что большевистская уже была следствием этого. Был священномученик Иоанн Восторгов, который это не разделял. Один путь наших патриотов – это путь Иоанна Восторгова, когда Царь и Отечество едины, и мы не можем любить Родину, не любя и не защищая Царя. А путь Пуришкевича – ложный путь. Как это примирить? Как примирить Пуришкевича и Восторгова?

Сегодня тот же расклад мы наблюдаем и в нашей патриотической среде. Мы уже об этом говорили. Так же, как и тогда, сегодня есть патриоты, которые говорят: мы не будем поддерживать Путина и верховную власть, но мы за Родину, мы против ведения военных действий по защите законного правительства в Сирии, мы считаем, что это неправильно, пагубно для России, мы за то, чтобы ввести войска в Новороссию. Казалось бы, исходят из благородных побуждений, но это ошибочное мнение и очень опасное. Как с ними в данном случае примиряться? Получается, что не на чем. Они ненавидят верховную власть. Я не хочу называть имена этих людей, может быть, потом кто-то назовет, но мы их знаем, знаем как они действуют, кто из них воевал в Малороссии и сегодня активно выступает против верховной власти и против, кстати говоря, одновременно Православной Церкви в лице ее Предстоятеля Патриарха Кирилла. Получается так, что кто выступает против державного курса верховной власти, странным образом выступает и против Святейшего Патриарха Кирилла, нашего церковного священноначалия. Странное совпадение. Как с этим быть?

Сегодня это очень большая болезнь, и она нарастает, это мы видим. Те же наши действия в Сирии – ведь не только же политические моменты являются причиной. Есть и духовно-нравственные причины наших военных действий там: мы спасаем христианский мир – вот идея всеотзывчивости, которая проявляется в действиях верховной власти. Когда сегодня весьма большая часть патриотов против этого, получается очень опасная вещь, которая может закончиться расколом как в 1917 года. Истории свойственно повторяться в известном смысле, поэтому наша главная задача – уврачевать каким-то образом этот раскол. Как? Я не знаю, потому что очень большое расхождение между теми людьми, которые против верховной власти, священноначалия и нами. Конечно, у нас есть огромный ресурс – русский народ, который не поддерживает антидержавные, антицерковные проявления. Наш народ безмолвствует, мы в основном пока беседуем с интеллигенцией патриотической, либеральной, а народа как такового мы не очень видим. Мы знаем, что он поддерживает в целом верховную власть и Церковь и на это надеемся. Хочется закончить словами Достоевского, который потрясающе сказал о русском народе, и это очень важно для нас сегодня: «У нас, русских, есть конечно две страшные силы – это всецелость и духовная неразделенность миллионов народа нашего и теснейшее единение его с Монархом». Вот эта всецелость и неразделенность единения с Монархом – это наша сила.
Единственная ошибка была, когда народ обманули в феврале 17-го года, но народ понял свою ошибку и уже во время Великой Отечественной войны сплотился вокруг товарища Сталина, который по существу уже психологически воспринимался как царь, что бы там ни говорили. И сегодня, кто бы что ни говорил, наш Президент Владимир Путин воспринимается как Царь. Я подчеркиваю – психологически, и народ вокруг него хочет собраться, консолидироваться, в этом его сила, этого боятся на Западе наши враги, и внутренние тоже этого боятся. А патриоты дают очень опасную трещину. Поэтому вопрос: как это выкорчевывать?

Андрей Печерский. Я вспоминаю 1992 год, когда только начиналось наше возрождение из духовного плена, когда вышел в недрах издательства «Правда» инициированный мной специальный выпуск газеты «Правда», который так и назывался «Храм Христа Спасителя». Патриарх Алексий написал туда передовую статью. В ней он выражал надежду на то, что когда-нибудь будет возрожден Храм Христа Спасителя. Он тогда, наверное, и не предполагал, что такое возможно. И посмотрите, какое произошло чудо: прошло пять лет и храм уже стоял, то есть была политическая воля и храм был воздвигнут в самые короткие сроки. Сейчас молодежь, которой по 20 лет, ходят мимо и, наверное, думают, что так было всегда, не было бассейна, в который, мы, грешные, даже окунались когда-то, была, как хорошо вспомнила Галина Ананьина, маленькая часовня, где люди читали акафист Державной Божией Матери. Я вспоминаю, как Святейший Патриарх в Рождественские дни 1994 года 7-го числа возглавил крестный ход, который шел из Успенского собора на освящение креста на месте строительства храма. Я шел со своей маленькой дочерью, и ребята из спецслужб говорили: «У вас нет специального пропуска, перейдите в другую колонну». Я им сказал: «Идет крестный ход и мы никуда не пойдем!» Тогда мы вместе с дочерью начали читать молитву Богородице и в результате прошли все препоны, что даже не заметили как взошли на деревянный помост и встали позади Патриарха. Я тогда подумал, почему так получилось? Потом понял, потому что во время молебна и закладки храма свинцовые тучи прямо над деревянным крестом разошлись и засияло солнце. Эти знаки нас сопровождают всю жизнь. Я вспоминаю 2008 год – год кончины Святейшего Патриарха Алексия, когда он отслужил в Коломенском, наверное, последнюю свою литургию у Державной иконы, и на трапезе очень грустно вздохнул и сказал: «Вы не представляете, отцы, братья и сестры, какую благодать изливает на нас Господь. А мы этого не ценим». Надо нам ценить то положительное, что происходит и как можно меньше заниматься пустым колебанием воздуха.

Дмитрий Володихин. Я рассматриваю Россию как государство-цивилизацию. Сверхценность ее, которой все подчиняется – это православие.

Сама организация нашего государственного строя должна быть сильной, в идеале – это самодержавная монархия, а не что-нибудь другое, опирающаяся на русский народ как на основной ресурс и на выработанную высокую культуру. Это и есть державность.

Но у этого понятия есть и другая сторона: правитель государства, правительство и в целом военно-политическая элита должны не только управлять тем, что им вверено от Бога, но еще и служить, то есть правительство, элита должны быть осознанными служильцами Господа Бога и русского народа не в демократическом смысле, не как выборные институты, а как в хорошей семье: отец семейства властвует, решает все важнейшие вопросы, но он же и служит своей семье – защищает от бед, способствует тому, чтобы люди жили в достатке, принимает важнейшие нравственные решения.

Как, когда Россия пришла к такой державности? Этот процесс затянулся на несколько веков. Первые признаки его видны во второй половине XII века при святом благоверном князе Андрее Боголюбском. Он был верным служильцем Господа Бога, крепко верующим христианином и человеком, который в условиях политической раздробленности постепенно объединял северо-восточную Русь. Этот процесс обретения державности передавался от одного правителя к другому как чрезвычайно важная задача. От Андрея Боголюбского к Всеволоду Большое Гнездо, впоследствии к его сыну Ярославу Всеволодовичу и далее к его сыну Александру Ярославовичу, которого мы больше знаем как Александра Невского. Потом он перешел к Московскому дому Рюриковичей. В этом отношении очень много сделал Дмитрий Донской и его сторонники, его служильцы. Наконец, решающие шаги были сделаны во второй половине XV века. Прежде всего, в политическом смысле, это сделал Иван III Великий, который создал единое русское централизованное государство из клочков, раздробленности, малых земель. Он создал это государство, но это было мало создать, важно было осознать свою чрезвычайно важную функцию на всемирном историческом поле, функцию фактически последней крупной православной державы, которая теперь отвечает за судьбу всего православного мира. Это произойдет чуть позднее при его сыне Василии III. С начала XVI века можно говорить, что Россия обрела державность в том смысле, о котором я говорил в самом начале. Эта державность то усиливается, например, при Федоре Иоанновиче, когда была учреждена патриаршая кафедра, то ослабевает, как например, в середине XVIII века при Анне Иоанновне, когда гнали монашество, мучили Православную Церковь и так далее, и вновь усиливается при Александре III, при Николае II и так далее. Я считаю, что в советское время у нас была квазидержавность, когда видимость есть, а суть искажена, а в некоторых случая прямо выжжена. Сейчас постепенно, очень болезненно и трудно она вновь обретается. Что касается державности, я бы хотел высказать две важные вещи:

Во-первых, понятие державности у нас с лицом пречистым. Почему? Все прекрасно знают идеи: Москва – Третий Рим, Москва – Второй Иерусалим. Они появились в XVI веке – известны послания инока Филофея из Спасо-Елеазаровского монастыря. И строительство Нового Иерусалима под Москвой в XVII веке, – все это грандиозные проекты, относящиеся к высокой культуре. Но была одна идея, которая имела более глубокие корни и с большей интенсивностью пронизывала все общество – эта идея состояла в том, что Русь, Россия – это удел Пречистой Божией Матери, это земля, которая находится под Ее особым покровительством. В старину бывало так: всякая крупная историческая область имела собственного покровителя и во имя него освящался храм в столице этой области. Тверь – дом Святого Спаса, Новгород, Киев – это дом Святой Софии, Псков – дом Святой Троицы и так далее. У нас уделом Пречистой был с начала XII века Владимир, Владимирщина, потом особое покровительство перешло к Москве и оно очень четко, явно ощущалось на протяжении многих веков.

У нас земля Московская, в последствии расширившаяся до объединенной России, до объединенного Русского государства, знавала огромное количество чудес, исходящих от Пречистой, от икон Пресвятой Богородицы. Это и покровительство Божией Матери на поле Куликовом, все знают Донское поле Божией Матери, это и многочисленные Богородичные чудеса при Василии I и Василии II, это и покровительство Богородицы при стоянии на реке Угре, покровительство Казанской иконы Божией Матери, когда Москву освобождали в 1612 году от иноземных захватчиков. Таким образом, куда ни посмотрим, в истории России видно, что всякая наша удача возможна только, когда мы молимся Господу Богу и припадаем к стопам Пречистой, чтобы Она нам покровительствовала.

Во-вторых, о Сирии. Если уж мы туда пришли с нашими бомбами, самолетами, специалистами, хотелось бы, чтобы мы там выполнили еще одну функцию, наряду с государственной и конфессиональной. Там всегда был довольно сильный христианский элемент. Сирия – земля христианская. Это древняя провинция Константинопольской империи, которая была с оружием в руках захвачена и в течение многих веков обращалась постепенно в мусульманство. Но там по-прежнему существует довольно много христианских храмов, силен элемент верующих христиан. Хотелось бы, если уж Россия сейчас пришла, чтобы она усилила там русский элемент, дала деньги, свое влияние и покровительство, дипломатически как-то помогла тамошним христианам, чтобы они чувствовали себя потверже, чтобы их было там побольше, и их храмы получили законные права на землю (в государственном праве в Сирии есть довольно сложные отношения относительно земли, на которой стоят храмы) и количество бы их умножилось. Если мы за пределами России не православное воинство, то все остальное под знаком вопроса, а если мы чувствуем себя православным воинством, идем туда под стягом, на котором Спас, то и действовать должны соответствующе. Хорошо, что у нас есть государственный флаг, сильная армия, но все-таки Спаса хотелось бы видеть на знаменах или хотя бы в сердцах тех, кто командует нашей группировкой и руководит всеми делами в Сирии. Это будет настоящая державность. Я хотел бы, чтобы эта идея как-то дошла до наших верхов, буду выступать об этом на радио, в газетах и прошу и вас, кто может, как-то высказываться в эту пользу.

Андрей Печерский. Очень хороший пример сотрудничества Церкви, государства и общества показывает сегодня Государственная Дума России. На счету Межфракционной группы депутатов в защиту христианских ценностей очень много благих дел. Они, может быть, не трубят об этом на всех перекрестках, но я сейчас вспоминаю визит и речь Патриарха в рамках Рождественских чтений. Она до сих пор эхом раздается. Этот визит был подготовлен именно депутатами православного толка, православными людьми, и законы, которые принимаются Государственной Думой, никогда мимо Межфракционной группы не проходят. Это огромное дело. Последний круглый стол в Государственной Думе 11 ноября – это яркое тому свидетельство, когда пришли главы комитетов и говорили о том, о чем говорит Русская Православная Церковь. Ирина Яровая говорила о едином учебнике истории. И конечно, если мы будем совместными усилиями развивать взаимодействие Русской Православной Церкви и государственных институтов, то мне кажется, что у нашей страны будет достойное будущее, и мы надеемся на наших законодателей.

Я разговаривал на Святой Горе с одним греческим старцем, и он сказал такие слова, которые, наверное, непосредственно относятся к ним: «То, что в России происходит, возрождаются храмы – это все очень хорошо, но если ваши институты власти, ваши правители будут принимать законы, которые принимаются сейчас на Западе (имеется ввиду педофилия, аборты и т.д.), то Господь заберет свое благословение от России, а если не будут принимать, то благословение останется». Такие слова передал известный греческий старец Гавриил, к которому весь православный мир прислушивается.

Виктор Саулкин. Я хотел бы вспомнить святителя Иоанна, на могилке которого случаются чудеса. Мы были там не раз с отцом Александром, молились на могиле нашего дорогого митрополита, старца. Смотришь на его лик на фотографии и такое ощущение, что он тебе в сердце взирает своими очами, необыкновенно добрыми. В то же время это великий воин Христов. Святитель Иоанн Санкт-Петербургский и Ладожский говорил, как преодолевать грех разъединения. Мы с Андреем Николаевичем наблюдали, как создавались все соборы, все движения. Тогда наш дорогой покойный Вячеслав Михайлович Клыков пытался создать Союз русского народа. Можно сказать только одно: пока под омофором Пресвятой Богородицы не объединимся, никакого единения быть не может.

В основе любого единения прежде всего любовь. Как преподобный Сергий помог монголо-татарское иго сбросить? Взирая на любовь Пресвятой Троицы, побеждать ненавистную рознь мира сего. Как мы ее будем побеждать без благодати Божией? Любовь ниоткуда не берется. Мы все это знаем, у нас даже в семье может не быть любви. Где мы после семейных ссор обретаем любовь? В таинстве покаяния. После исповеди уходит рознь, идете вместе к Чаше и назад возвращаетесь, причастившись святых Христовых Таин. Там, где недавно была рознь, уже любовь. Никакая любовь не возникнет в народе вне Церкви Христовой. Этого быть не может по определению. Никакие патриоты не объединятся вне благодати Божией. Патриоты, которые называют себя православными и ругают Святейшего Патриарха Кирилла, выступают против Церкви, это, не хочу называть их агентами, но это марионетки, которых по гордыне дергают за веревочки и эти люди будут не просто вносить рознь в наше общество, они могут вызвать только гражданскую войну.

Сегодня очень важный момент, потому что с нами ведется информационная война. У наших вероятных противников, заклятых «друзей» наших, силы специальных операций на 70% состоят из информационных войск. У них на шевроне надпись: «Наше оружие – слово», и только 30% – подготовка и ведение боевых действий. Сейчас разворачивается бригада из двух тысяч военнослужащих в Англии. Американцы выделили пять миллиардов долларов. Но, по последним сведениям, – не на навальных, макаревичей, шендеровичей, они поняли, что это выбросить деньги впустую, и на них деньги не пойдут. Как вы думаете, куда они пойдут? На всех семинарах, которые они проводят, учат: Путина ругайте, вообще власть ругайте. Что происходит в образовании, в культуре? Засилье разрушителей. Но надо же понимать, когда они там окопались в образовании и в культуре. Конечно, если сейчас это не преодолеть, то нас будут ждать страшные потрясения.

Почему первым делом все брошено на оборону? Потому что мы сейчас должны были показать нашим геополитическим партнерам, нашим заклятым «друзьям», что лучше не надеяться на быстрый глобальный удар (удар тысячами крылатых ракет по нашим основным целям без применения ядерного оружия). Сегодня Калибрами из Каспия мы ударили и показали, что действительно не надо надеяться на быстрый глобальный удар. Как хорошо сказал один военный специалист, один залп Калибров снес авианосные группировки с мирового океана. Сейчас главная задача поставлена – поднять боеспособность Вооруженных сил, потому что навязали нам после холодной войны и «реформы» образования, и «реформы» экономики и прочее. Посадили смотрящих именно потому, что у нас не было армии. Сегодня первая задача – это восстановить боеспособность Вооруженных сил, а потом подтянется все остальное. Если мы не сможем себя защитить, то никаких настоящих реформ ни в образовании, ни в здравоохранении не будет.

Генерал-полковник, начальник Главного оперативного управления Генштаба Андрей Валериевич Картаполов – верующий человек, когда у него брали интервью, спросили: «У вас здесь иконы. Их вам дарят?» Он сказал: «Почему? Я сам покупал, я православный человек, я молюсь постоянно. Какие-то иконы подарены, какие-то нет». Генерал-полковник армии Шаманов, командующий ВДВ, с первой Чеченской берет всегда благословение у священников.
Когда первый раз в вертолете падал, с тех пор без молитвы в вертолет не садится. У командующего ВКС генерал-полковника Виктора Бондарева сто вылетов в Афгане и триста боевых вылетов за две чеченские войны. И когда мне доморощенные, то ли прапорщики, то ли полковники, начинают рассказывать о том, как надо воевать в Сирии, что это авантюра, я думаю: «Ты соображаешь, о чем говоришь или нет?» У всех таких, считающих себя истинными патриотами, совершенно одинаковое отношение к Церкви Православной, как и у либералов. Однажды мне такой «патриот» говорит: «Церковь – это официальная структура, доходная, по оказанию культовых услуг» То же самое пишет «Московский комсомолец», то же самое говорят на «Эхо Москвы». Эти патриоты ругают Патриарха. Я помню, как в советское время некоторые наши такие же люди не хотели слышать, когда Патриарх Пимен зачитывал свое обращение, они выходили. «Это же прислужники ЦК КПСС», – говорили они. Потом только выяснилось, что Патриарх Пимен лагеря прошел. Патриарх Пимен – это угодник Божий, а все говорили, что это прислужник ЦК КПСС. Мы все помним, как эти «патриоты» с презрением говорили «Ну, Ридигер там сказал…», а когда Патриарх Алексий отошел ко Господу, народ стоял вдоль всей набережной под мокрым снегом, причем стояли не только воцерковленные люди. Я тогда увидел, что в нашем народе живо монархическое чувство, потому что они Патриарха Алексия II воспринимали как отца родного, а сейчас эти же патриоты говорят: «Гундяев». Это они так о Патриархе Кирилле говорят. Никогда от этих людей, которые не понимают, что такое церковное послушание любви, что такое жизнь Церкви, никогда от них никакой пользы Отечеству не будет. От них будут только свары, вести они себя будут, как пуришкевичи. Я же знаю, какие сейчас мысли у людей: «Ну ладно, Путин там что-то не понимает. Ладно, Путин – это меньшее зло, чем либералы. Когда мы его сбросим, придем к власти, тогда мы страну направим правильным путем». Но что эти люди могут сделать? Они будут как февральские генералы, думские масоны, могут закатить бучу и страну обрушить, но никакую власть у либералов они не перехватят, потому что за либералами стоит мощнейшая мировая закулиса – мировой интернационал ростовщиков.

Дмитрий Володихин замечательно сказал: «Вся история наша – это чудо милости Пресвятой Богородицы. Центр – Державная икона».

Как мы одержали победу в 1945 году? Под омофором Матери Божией. Митрополит Николай Ярушевич сказал в 1941: «Мы победим под знаменем Пресвятой Богородицы». Сегодня не смог приехать отец Николай Булгаков. Он настоятель храма Державной Божией Матери в городе русских летчиков, в Жуковском. Они вместе с Галиной Ананьиной уже давно хотели предложить эту идею: мы не поблагодарили Матерь Божию за победу в Великой Отечественной войне.

Храм Христа Спасителя поставили в честь победы 1812 года, а ведь победа 1945 года была еще более значительной, чем Победа 1812-го. Это страшнейшая война, а как одержали победу, мы знаем. Георгию Победоносцу храм поставили, покровителю русского воинства. Матери Божией храм не поставили. Думаю, что в Москве обязательно должен стоять храм в честь Державной иконы Божией Матери в память о победе в Великой Отечественной войне.

Другое предложение. Второе обретение Державной иконы установить церковным праздником.


Андрей Печерский. Действительно все решает Пречистая. Хотелось бы вспомнить те моменты, когда Храма Христа Спасителя не существовало. Люди молились у открытого бассейна, недоуменные купальщики выходили и смотрели на нас: что за странные люди, стоят на морозе, что-то читают, молятся. Было такое. И храм был возведен в считанные годы. Я считаю, что все это благодаря акафисту Державной Божией Матери. И не случайно, скорее всего, для нашего укрепления редакционная икона Державной Божией Матери, которая находится у нас с самого начала нашей деятельности, иногда мироточит. Впервые она замироточила в день прославления Царских Мучеников 20 августа 2000 года, когда я на солее оказался рядом с Ольгой Николаевной Куликовской-Романовой. Я ей звонил, приглашал ее на наш вечер, но она сейчас находится во Владивостоке. Она прислала нам поздравление, по сути дела, от императорской семьи.

Действительно, мы были удивлены, когда в 2008 году 30 ноября у нас внезапно в очередной раз замироточила икона – из сердца Матери Божией полилась струйка. Тогда мы не знали причину, а через пять дней, когда наш Союз писателей проводил заседание в Храме Христа Спасителя в Зале Церковных Соборов, объявили траурную новость, что умер Святейший Патриарх Алексий. Такие чудеса сопровождают нас всю жизнь, просто, мы, может быть, невнимательно к ним относимся. На 90-летие явления Державной иконы мы соединили крестным ходом Коломенское, где находится Державная икона, и место лишения Императора престола на станции Дно. Совместно с Фондом «Андреевский флаг» провели крестный ход на место так называемого «отречения». Те чудеса, которые там происходили, свидетельствуют о многом: замироточили в очередной раз Державные иконы, а с портрета императора из глаз ручейками потекли слезы, то есть это еще раз подтверждает, что Державная икона начинает становиться во главе важнейших процессов.

Омар Фаризов. Как очевидец и участник строительства храма-часовни во имя Державной иконы Божией Матери, я могу вам коротко рассказать, что действительно, идея строительства родились в тот момент, когда отец Владимир Ригин, мой духовный отец, молился вместе с православными, которые считали себя, даже несмотря на то, что не был еще восстановлен Храм Христа Спасителя, прихожанами этого Храма. Этот невидимый храм объединил вокруг себя людей. Настоятелем этого храма, который существовал у людей всегда и в сердце, и в душе, был отец Владимир Ригин. В один из дней мы с ним увиделись, и он благословил на строительство небольшой часовни. Перед этим отец Владимир, получил благословение Патриарха Алексея II, и все эти вопросы обсуждались и на градостроительном совете города Москвы под руководством тогдашнего мера нашего города Юрия Михайловича Лужкова. В конечном итоге решение это было принято, и нужно было его каким-то образом его реализовывать. Отец Владимир Ригин благословил на это строительство, и мы приступили к работам.

Было принято решение, что храм будет называться храм-часовня во имя иконы Божией Матери «Державная». Были изготовлены специальные топоры по старинным технологиям и образцам. Они были освящены Патриархом Алексием II, и с их помощью построили этот деревянный храм-часовню. Поскольку храм-часовня строился как предтеча Храма Христа Спасителя и стройки шли практически одновременно, у нас появилась возможность поддержки уже от строителей Храма Христа Спасителя. Когда мы в Страстную субботу поднимали золоченые главки, нам дали кран и мы очень хорошо провели эту очень волнительную строительную операцию, тем более, что все это было накануне Пасхи Христовой. Строительство храма-часовни шло быстрее, чем строительство Храма Христа Спасителя, и многие его строители, которые не были православными людьми, впоследствии были крещены в ней. Очень любил в этом храме служить Святейший Патриарх Алексий II.

Андрей Печерский. Мы сегодня уже говорили о том, как начиналось празднование 90-летия со дня обретения иконы. Началось это с крестного хода, который мы совершили на станцию Дно, но самым мощным продолжением этого празднования была программа «Под звездой Богородицы», которую мы осуществили совместно с фондом «Андреевский флаг». Я принес с собой газету, где на первой странице материал «Под звездой Богородицы», а на последней – маршруты крестных ходов, которые пересекли всю Россию с иконами Державной Божией Матери. Когда мы обсуждали вопрос с Викторией Медуниной, она сказала: «Андрей, а какую икону надо взять?». Мы тогда предложили: только Державную. Святейший Патриарх Алексий освятил иконы в алтаре храма в Коломенском, где пребывает эта икона, и они тут же замироточили.

Виктория Медунина. Приближается уже столетие обретения иконы Державной Божией Матери, которая является символом нашего великого православного государства. Время бежит очень быстро, и действительно, сегодня Андрей Николаевич говорил о том, как мы готовили эту программу. Надо сказать, что все в руках Божиих и все готовится по Промыслу Божию, и этот небольшой крестный ход, который совершился на 90-летие обретения иконы из Коломенского в Псков, фактически предопределил и решил принятие Святейшим Патриархом Алексием этой программы «Под звездой Богородицы». Прошли восемь крестных ходов, но икон было девять. Девятая икона была освящена в Николо-Перервинском монастыре, прихожанкой которого была крестьянка Андрианова, которая и обрела в Коломенском икону Державной Божией Матери. Девятая икона сначала была доставлена в Псковскую епархию и находилась долгое время в часовне на Псковском железнодорожном вокзале, а сейчас она находится в Спасо-Елеазаровском монастыре, где построен храм во имя Державной иконы Божией Матери. Первый храм иконы Державной Божией Матери был возведен на псковской земле в 90-е годы. Существует необыкновенная духовная связь между Москвой, Псковом, Новгородом и великим равноапостольным князем Владимиром. Надо сказать, что еще в 2006 году в редакции газеты «Русь Державная» мы начали говорить о том, что в 2015 году тысячелетие преставления князя Владимира и что необходимо это также широко осветить и отметить, как и Крещение Руси.

Сегодня очень болит сердце у нас всех о святых людях, христианах Антиохии, Сирии, о тех святынях, которые там находятся. Мы должны понять, что игиловцы прежде всего стараются уничтожить святыни, такие как храм Хомса, где хранилась часть Пояса Пресвятой Богородицы. Храм разрушен, святыню спрятали. Чудом выстоял 1500-летний монастырь Георгия Победоносца, который построен на месте его мученической кончины и в котором до сих пор хранятся стулья, которые были переданы в этот храм нашим Императором святым Николаем II. Сейчас действительно идет война между добром и злом, между христианством и слугами дьявола.

Когда мы представляем себе эту землю, оказывается, что там все рядом: и Палестина, где 40-дневная гора, на которой забытый нами русский недостроенный храм, его начали строить накануне Первой мировой войны. Наверное, нам сейчас необходимо думать о том, что эта война, как в свое время Крымская война в XIX веке, – прежде всего война за православные христианские святыни и стоит, может быть, подумать, как тогда «Русь Державная» выступила инициатором пронесения по всей России иконы Державной Божией Матери, выступить и сегодня инициатором восстановления на 40-дневной горе русского храма, тем более что есть благословение наших старцев. Каждый по кирпичику во искупление своих грехов. Мы просто обязаны, там же ангелы плачут.

Мы идем к большому празднику. Наша святая земля – удел Пресвятой Богородицы. После окончания программы «Под звездой Богородицы» все восемь святых ликов были возвращены на те места, откуда они пришли: во Владивосток, в Крым, в Севастополь, Херсонес, и т.д. Вся наша земля российская теперь скреплена святыми образами. Пресвятая Богородица, Святая Мать, моли Бога о нас! А мы должны быть Ее достойны.

Андрей Печерский. Программа «Под звездой Богородицы» прошла довольно мощно по России. Восемь крестных ходов слились воедино в центре Москвы. Я помню, как мы шли из Коломенского рядом с моим другом Виктором Саулкиным с нашей хоругвью, на которой изображена икона Державной Божией Матери, к Храму Христа Спасителя, где Святейший Патриарх Алексий отслужил молебен. Это было духовное событие очень высокого масштаба. Очень жаль, что эта программа не имела своего продолжения и как бы закончилась, люди разъехались по домам, и все стихло. До сих пор к нам в редакцию приходят участники этого крестного хода. Одна из участниц прошла от Восточного края до Москвы. Это великий подвиг, она издала об этом книгу воспоминаний.

Столетие такой великой святыни как Державная икона Божией Матери не должно пройти мимо народного сознания, мимо церковного сознания, мимо людей, патриотически настроенных. Если не удастся повторить программу «Под звездой Богородицы», то крестный ход из Коломенского на станцию Дно будет общественностью проведен, тем более тогда Святейший Патриарх настолько высоко оценил эти действия, что благословил святыню, которая находится рядом с нами сейчас – Державную икону –провезти по всему миру, и провезли ее на самолете Президента России.

Поэтому мы просто обязаны собраться миром, объединить усилия, создать народный попечительский совет, создать Духовно-просветительский фонд, который будет аккумулировать предложения и средства для достойного праздновании 100-летия Державной иконы Божией Матери, потому что, наверное, здесь какая-то большая духовная тайна. Наверное, что-то должно произойти со всеми нами, если мы будем достойно к этому стремиться. Мы надеемся, что народ Божий поддержит такую инициативу и будет в ней активно участвовать.

Опять склоняюсь к Афону. Я разговорился с одним иеромонахом, который был рядом с нашим Президентом, когда он в 2005 году посетил гору Афон. Он обнял Владимира Владимировича и сказал ему: «Наверное, Вам очень тяжело нести такой крест». Путин повернулся, лицо просветленное, духовное: «Если бы Вы знали, какой это тяжелый крест». Я считаю, что тяжесть креста нашего Президента, нашего Патриарха весь народ Божий должен разделить. Мы просто обязаны не пройти мимо такого великого события и объединить наши усилия.

Павел Забеднов. В нескольких выступлениях сегодня прозвучали очень важные мысли, которые хотелось бы попытаться аккумулировать. С моей точки зрения – как человека, который занимается предпринимательством, мы можем говорить об идеях, о русской идее, но если в своих делах мы используем прямо противоположный этим идеям финансово-экономический механизм, то успеха не будет. Всем нашим идеям, которые мы начнем претворяться в дело, противостоит иная основа, на базе которой мы хотим построить что-либо. В борьбе между красными и белыми побеждают негодяи. Негодяи присоединяются к победителям. При любых наших нестроениях побеждают негодяи, которые встанут на сторону победителей.

Нам нужно попытаться осмыслить, как можно уйти от использования экономической системы, построенной на ссудном капитале, и возможно ли это сделать? Причем, на мой взгляд, это абсолютно возможно и для этого есть уже конкретные научные предпосылки, но строить эту систему в противовес действующей мировой системе невозможно. Мы ее можем выстраивать только как параллельный процесс в рамках пилотного проекта, который можно начать, например, с создания фонда. Фонд можно утвердить не только в честь столетия обретения Державной иконы Божией Матери, и как основополагающий фонд Державной Божией Матери для изучения возможности построения той самой Православной Руси, о которой мы много говорим, но, с точки зрения экономических предпосылок, ничего не делаем.

Все, что мы пытаемся построить, мы строим на чужом фундаменте. Этот фундамент изначально не наш.
Это нужно четко понимать – строить реальные дела нужно исходя из понимания того, где мы используем чужие технологии как необходимые для нашего дела, а где мы пользуемся реально заложенным провокационным решением, которое, как ни крутись, все равно рано или поздно выстрелит против нас.


Это должно быть основанием для того, чтобы хотя бы в таком кругу сначала определить, что нам действительно нужен фонд Державной Божией Матери, который бы занялся аккумулированием таких идей и средств, чтобы эти идеи можно было воплотить в рамках пилотного проекта, пусть на небольших территориях, как альтернативу. Для этого нужно обращаться к Президенту и прежде всего показывать, что для этого нужна другая экономическая система, которая позволит решить основную задачу – как построить жизнь в России, в которой были бы достойные люди и которая служила бы примером для других.

Анатолий Макарчук. Идет война духовная. Это война не за экономические и политические интересы. Это война за души, потому что для Христа нет белых и красных.

Есть битва за Христа и против Христа. Я иду от Новороссии, потому что Новороссия – это срез России. Поэтому когда начинают хаять наше руководство, и говорят, что Путин в паре со Святейшим и т.д., я всегда отвечаю так: «Если вы православные, вы должны отдавать себе отчет в том, что Россия под покровом Божией Матери Державной и соответственно, Она нам ставит Патриарха и Президента.

Если они нам чем-то не нравятся, мы должны молиться. А если кто-то не хочет молиться, пусть подойдет такой умник к иконе Матери Божией Державной и скажет: «Матушка, почему ты меня не послушала? Как же так? Я-то умный, я-то лучше знаю, кто должен быть на месте Президента и Патриарха…». Это маркер, который определяет, кто человек действительно православный, а кто неправославный.

Я из нашего храма повез икону Державной Божией Матери в Новороссию. И хотелось бы рассказать о чудесах, которые происходили, когда мы везли туда икону Державной Божией Матери. Все машины на обратном пути пострадали, но икона дошла по назначению и вовремя. Последняя машина была расстреляна ночью, а икона лежала в машине перед рулем. Когда стреляли, а били с короткого расстояния, пуля изменила траекторию, ушла в рулевую колонку. Над ней лежит икона, а за иконой ополченец, который остался жив и после этого начал активно воцерковляться. Казаки ему объяснили, что там, где Державная, туда может прилететь, но обязательно не попадет. В машине залепили скотчем все пулевые отверстия. А меня предупредили: куда ты едешь, там же такое творится… Я сказал, что все будет нормально, я не первый раз Державную везу. Действительно, пока я находился на позициях, туда ничего никогда не прилетало. Как только мы оттуда уехали, так начался обстрел.

Затем буквально через неделю прилетел снаряд 120-миллиметровый, лег в метре от машины, а за этой машиной стоят дома. Расстояние до них метров 40. Во всех выносит двери и окна, а на машине вообще нет ничего. Это реальные чудеса.

Мы были в нескольких храмах в обычных шахтерских поселках. Казалось бы, на отшибе, обычные люди, «ватники», но они просят газету и берут по два-три экземпляра. Там молятся о нашем руководстве, сугубо о Президенте и Патриархе. Спаси нас всех Господи, Пресвятая Богородица, моли Бога о нас!

Священник Александр Шумский. Давайте подведем итог. Слово державность одинаково близко и государству, и Церкви. Мы видим, что сейчас происходит соработничество Церкви и государства. Мы хорошо видели это на Русском Народном Соборе, когда выступал Святейший Патриарх Кирилл. Он показывал это единство Церкви и государства в державном строительства. Это очень важно подчеркнуть.

Сегодня мы говорили о том, что мы защищаем в Сирии христианский мир. Башар Асад, который не принадлежит к христианской вере, сказал: «Путин сегодня единственный защитник христианства в мире». Путин – это олицетворение России. Державная Россия сегодня защищает весь христианский мир. Будем за это молиться, чтобы Божия Матерь дала нам силы для нашего державного строительства. Аминь.
Фото Ларисы Беляевой
от 13.12.2018 Раздел: Декабрь 2015 Просмотров: 1054
Всего комментариев: 0
avatar