Добавлено: 25.12.2018

Эпоха Патриарха Алексия

Именно с таким именем, несомненно, войдут в нашу историю 18 лет патриаршества Алексия II. Этот краткий, по сравнению с вечностью, отрезок времени вместил в себя множество больших и малых дел, у которых одно название – созидание.

«Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей» (Мф. 16: 18). Эти слова Священного Писания каждую минуту своей жизни утверждал Патриарх Алексий II. Свой нелегкий крест служения Церкви и православному народу он пронес с достоинством и мудростью. Тяжкое, и казалось – неподъемное, бремя досталось ему – возрождать в народе нашем почти удушенную безбожными десятилетиями веру православную, строить и украшать нашу землю храмами и монастырями.

Мне довелось знать этого удивительного человека и не раз беседовать с ним – на протяжении 16 лет, то есть почти весь срок его патриаршества.

Как будто вчера была наша первая встреча… Привел меня к Святейшему писатель Станислав Рыбас, возглавлявший в ту пору Фонд восстановления храма Христа Спасителя. Я увидел спокойного, уверенного, бесконечно доброго и доступного человека, который живо интересовался буквально всем. Он одобрительно отозвался о подготовленном мною и моими коллегами из «Правды», где я тогда работал, специальном выпуске газеты «Храм Христа Спасителя». Тогда же я поделился с ним своими мыслями о создании православной народной газеты. Испытующе глядя на меня, он внезапно спросил: «Почему именно “Русь державная”?» Помнится, я, как мог, ответил. Улыбнувшись, Святейший благословил это начинание.

Все 15 лет своего существования «Русь державная» тесно связана со служением нашей Матери-Церкви и нашего Патриарха. Воцерковлялась и приходила к вере православной Россия, воцерковлялись и укреплялись в вере и мы, грешные.

Как ступеньки к храму запомнились счастливые моменты жизни в Церкви.

Май 1992 года. Принесение в Москву Благодатного огня от Гроба Господня. Молебен на тогда еще площади Ногина перед памятником равноапостольным Кириллу и Мефодию. Пророческие слова Святейшего: «Во главе всех процессов в России должна стоять духовность!» И она действительно шаг за шагом утверждается на нашей земле.

Сентябрь 1993 года. Первый номер «Руси державной» мы с Борисом Журавским, автором оформления газеты, привезли в аэропорт Внуково-2, откуда Святейший Патриарх улетал – через всю страну – в Америку на празднование 200-летия Православия на этом континенте. Помню одобрение на лицах Патриарха и членов Священного Синода, когда мы вручали им «Русь державную».

И всего через несколько дней я вместе с сотнями верующих стоял у входа в московский Богоявленский собор в ожидании небывалого события – прибытия из Третьяковской галереи чудотворной иконы Владимирской Божией Матери. Сугубая молитва Патриарха о спасении Отечества. Горячая мольба была услышана: Господь не допустил в России гражданской войны.

Рождество 1995 года. Закладка храма Христа Спасителя. Мы читаем с дочкой «Богородице Дево, радуйся…» и оказываемся в двух шагах от Патриарха, на помосте у огромного деревянного креста. Святейший вместе с Ю.М. Лужковым опускает закладную капсулу… В этот миг свинцовые тучи над крестом разошлись – и засияло солнышко.

Август 2000 года. Юбилейный Архиерейский Собор. Прославление новомучеников и царской семьи. Освящение храма Христа Спасителя. Радостные лица наших архиереев в алтаре собора. Иконка святых царственных мучеников на память.

Крестные ходы, организованные редакцией, по благословению Святейшего, – в дни 100-летнего юбилея прославления преподобного Серафима Саровского из Курска в Дивеево, на 60-летие великой Победы из Москвы в Минск и Киев – тоже укрепляли православную веру на нашей земле.

90-летие иконы Божией Матери «Державная». Крестный ход из Коломенского на станцию Дно. Слезы в глазах императора Николая II, изображенного на иконе, и две мироточащие «Державные» иконы. Пасхальная радость сотен верующих и священнослужителей. Торжественная служба Святейшего Патриарха в Казанском храме Коломенского у чудотворной «Державной» иконы Богородицы. Во время вручения Святейшему Патриарху вновь замироточившей «Державной» иконы Божией Матери я увидел, какой радостью святились его глаза.
Он особо чтил этот образ Пресвятой Богородицы. В день празднования иконы, 2/15 марта, он обязательно служил Божественную литургию в Коломенском или в часовне «Державной» иконы Божией Матери, что рядом с храмом Христа Спасителя. Именно по его благословению начали читать акафист «Державной» иконе Божией Матери у еще действовавшего бассейна «Москва». И произошло чудо: за пять лет был воздвигнут храм Христа Спасителя.

Участники крестных ходов программы «Под звездой Богородицы», благословленной Патриархом, пронесли через всю нашу страну «Державный» Богородичный образ.

Пять «Державных» икон освятил в алтаре Казанского храма в Коломенском Святейший на праздничной литургии 15 марта 2008 года. И несколько икон тогда сразу же замироточили. А 8 июня тысячи верующих сошлись крестными ходами со всех концов страны в Москву, в Коломенское, и прошли по столичным улицам к храму Христа Спасителя, где Патриарх отслужил торжественный молебен.

Именно чудотворным «Державным» образом Божией Матери благословил Святейший Патриарх объединить в молитве весь русский народ – от Америки до Австралии. Дважды совершила Матерь Божия «Державная» этот всемирный крестный ход.

Печальная весь о кончине первосвятителя настигла меня и многих русских писателей в зале Церковных Соборов храма Христа Спасителя, где мы ожидали услышать слово Святейшего на Соборной встрече «Духовная сила слова – основа единства народа». И сразу стало понятным, почему уже несколько дней мироточит наша, редакционная, «Державная» икона Богородицы. 30 ноября тонкая струйка миро истекала из области сердца Божией Матери, то есть за пять дней до кончины Святейшего… Пречистая Дева скорбила об уходе молитвенника за землю Русскую.

«Совершение литургии – самое главное дело моей жизни», – говорил Святейший Патриарх. И он, как верный неутомимый солдат, всегда был готов служить, часто превозмогая недуг. Несмотря на тяжелые болезни, он служил литургию более 300 раз в году, то есть практически каждый день.

Юбилейные торжества в Саввино-Сторожевском монастыре пришлись в 2007 году на нещадно жаркий август. Служба под открытым небом собрала тысячи верующих. Когда я увидел Святейшего, это поразило меня до глубины души: ведь я, грешный, еще раздумывал, нужно ли выходить в такую жару из дома. «С юбилеем вас, Андрей Николаевич!» – с улыбкой сказал Патриарх, когда я подошел к нему под благословение.

Он был удивительным человеком, помнил обо всех – и больших, и малых. Именно благодаря его постоянной поддержке росла и крепла газета «Русь державная». В первые, особенно трудные, годы он, встречая меня, любил спросить: «Ну как, “Русь державная”, держишься?» Как тут не ответить: «Держусь, Ваше Святейшество!»
Последняя литургия Патриарха пришлась на праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы. Он служил ее в Успенском соборе Кремля. И в этот же день, за несколько часов до своего ухода, у мощей святителя Тихона в Донском монастыре Святейший вновь говорил о Пресвятой Богородице.

Вот его последние слова народу Божиему: «Дни памяти Патриарха Тихона совпадают с праздниками в честь Божией Матери – блаженная кончина святителя была в праздник Благовещения, патриаршая интронизация – в день Введения во храм Пресвятой Богородицы. Убежден, что молитвами Пречистой Богоматери Господь укреплял святителя Тихона в его исповедническом патриаршем служении…»

Эти слова Патриарха Алексия II, думаю, можно отнести и к нему самому.

На моем письменном столе стоит фарфоровая иконка Рождества Христова с патриаршим вензелем, подаренная Святейшим. Она согревает и вдохновляет меня на дальнейшие труды.

На Введение во храм Пресвятой Богородицы, даже в мороз, у нас, в селе Троицком, в ограде храма всегда зацветает верба. Ночью, когда я срывал с куста несколько веточек с белыми пушистыми шариками, почему-то шел дождь. Бог даст, подумалось тогда, я обязательно положу на могилу Святейшего Патриарха этот скромный букет.

Андрей Печерский


День памяти патриарха Алексия II в богоявленском кафедральном соборе


5 декабря 2018 года исполнилось 10 лет со дня блаженной кончины Патриарха Московского и всея Руси Алексия II. Его интронизация совершалась в Богоявленском патриаршем соборе 10 июня 1990 года.

Напомним слова, которые говорил Патриарх в тот торжественный день.

— В сей день, сознавая всю ответственность пред Богом и Его Церковью, со страхом и трепетом вступаю на Московский Первосвятительский престол. Ибо сознаю, что не по делам и заслугам моим выпал мне сей жребий, но по воле промышляющего о нас Пастыреначальника Господа Иисуса Христа. Исповедуя свою немощь, возлагаю всю мою надежду на врачующую благодать Божию, даруемую нам в Духе Святом. Усердно молюсь и взываю ко Господу об укреплении духовных и телесных сил. Уповаю на покров и предстательство Пречистой Божией Матери.

Молитвенно обращаюсь также ко всем святым, нашим ходатаям перед Престолом славы Божией, а наипаче к святым предшественникам моим, осеняющим Церковь нашу своими богоугодными молитвами.
Обращаюсь к вам, возлюбленные во Христе архипастыри, всечестные отцы, братья и сестры, ко всей богодарованной мне всероссийской пастве со смиренной просьбой о духовной помощи и молитвенном содействии в моем служении Святой Православной Церкви.

Вступая на предстоящее мне поприще во время, исполненное особых знамений, сознаю, что оно налагает на всех нас большую ответственность.

Недавно мы вспоминали великие для нашей Церкви события: 1000-летие Крещения Руси и 400-летие установления Патриаршества в Русской Церкви. Теперь мы стоим на пороге третьего тысячелетия Пришествия в мир Спасителя нашего Господа Иисуса Христа. В вихре совершающихся в мире перемен особенно важным представляется нам опора на вечное и незыблемое. Свое служение мы будем осуществлять, основываясь на Священном Предании, сохраняя верность догматам веры и церковным канонам, руководствуясь соборным разумом Церкви. Свою первоочередную задачу мы видим, прежде всего, в укреплении внутренней, духоносной жизни Церкви.

Многообразны средства для возрождения должного духовного состояния нашего христианского общества, опирающегося на древние традиции нашей Церкви. Мы уповаем на то, что боголюбивая паства будет исполнена стремления содействовать этому возрождению во славу Христа Спасителя и Его Святой Церкви. Достижению поставленных целей будет способствовать также управление церковной жизнью согласно нашему новому Уставу, уделяющему большое внимание развитию соборности. Перед нами стоит великая задача широкого возрождения монашества, во все времена оказывавшего столь благотворное влияние на духовное и нравственное состояние всего общества. Немало усилий потребует восстановление великих и малых монашеских обителей нашей страны. Во множестве восстанавливаются храмы, возвращаемые Церкви, и строятся новые. Этот радостный для нас процесс еще только развивается и потребует от всех нас многих трудов и материальных затрат.

Памятуя о своей обязанности научать истине Христовой и крестить во имя Его, мы видим перед собой необозримое поле катехизаторской деятельности, включающей создание широкой сети воскресных школ для детей и для взрослых, обеспечение паствы и всего общества литературой, необходимой для христианского научения и духовного возрастания. С благодарением Богу мы отмечаем, что перед нами открываются новые пути и средства для развития свободного духовного просвещения в самых различных кругах нашего общества. Мы сознаем, что движение к этим целям потребует от нас увеличения числа духовных школ, углубления духовного образования будущих пастырей, развития столь славной в прошлом отечественной богословской науки.

Церковь наша, говорил Патриарх Алексий II в день интронизации, — и это мы явственно видим — вступает на путь широкого общественного служения. На нее, как на хранительницу непреходящих духовных и нравственных ценностей, исторической памяти и культурного наследия, с надеждой взирает все наше общество. Дать достойный ответ на эти надежды — наша историческая задача.

Во время трудных, судьбоносных преобразований в стране Церковь не остается безучастной свидетельницей происходящих событий: она поддерживает благие и гуманные устремления нашего общества в решении нелегких задач построения жизни на началах законности и справедливости. В последние десятилетия наша Церковь предпринимала много усилий во внешнем миротворческом служении.

Продолжая его, мы видим ныне наш долг и в развитии внутреннего миротворчества и общественного служения в свойственных Церкви формах, среди которых следует особое внимание уделить возобновлению служения милосердия и широкой благотворительности.

Все эти стороны церковного служения нами непосредственно связываются с принятием нового, более справедливого законодательства в отношении ко всем Церквам и религиям нашей страны.

Немало предстоит сделать в утверждении справедливости в межнациональных отношениях. Будучи многонациональной, Русская Православная Церковь вместе с другими христианскими Церквами и религиозными объединениями нашей страны призвана врачевать раны, наносимые национальной рознью.
С горечью свидетельствуем о всевозрастающем беззаконии, чинимом в Западной Украине католиками восточного обряда. Положение там усугубляется расколом, возникшим в результате незаконного объявления так называемой Украинской автокефальной православной Церкви. Мы прилагаем всемерные усилия для устранения этих мучительных для Тела Христова недугов.

Как и прежде, мы будем развивать наши братские отношения с Поместными Православными Церквами и тем самым укреплять всеправославное единство.

Мы видим наш христианский долг в свидетельстве Православия, в развитии диалога и сотрудничества с инославными исповеданиями.

Для исполнения этих предначертаний нашей Церкви я нуждаюсь в братском сотрудничестве членов Священного Синода, всего епископата, клира, монашествующих и мирян. Да пребывает над всеми нами благословение Господне. И да прославится через нас Святое имя Господа нашего Иисуса Христа, Ему же слава и держава, честь и поклонение ныне и присно, и во веки веков.

5 декабря Высокопреосвященнейший Арсений возглавил Божественную Литургию в Богоявленском кафедральном соборе в Елохове в день 10-ой годовщины со дня кончины Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II.

Совместно с Его Высокопреосвященством в этот день молились духовенство и миряне из очень многих храмов и благочиний.

По окончании Божественной Литургии Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл совершил заупокойную литию у гробницы пятнадцатого Предстоятеля Русской Православной Церкви в Благовещенском приделе Богоявленского кафедрального собора в Елохове г. Москвы.
По материалам сайта
Богоявленского собора в Елохове
Фото Сергея Фарковца


Пока сердце бьётся, нужно трудиться


Из воспоминаний митрополита Воронежского и Лискинского Сергия


Мои воспоминания о Святейшем Патриархе уходят в шестидесятые годы, когда я учился в Московской духовной семинарии. В ту пору митрополит Алексий, будучи Управляющим делами Московской Патриархии, возглавлял учебный комитет. Почти каждый год он считал своим долгом побывать у нас на экзаменах. Семинаристы знали – если приезжает Владыка Алексий, с экзаменами всё будет в порядке. Его любовь к нам всех поражала. При всём старании руководства и преподавателей представить ему самых сильных студентов он часто попадал, особенно на нашем курсе, на слабачков. Когда они видели митрополита, то буквально теряли дар речи. Владыка умел наводящими вопросами убедить отвечающего, что он не так уж плохо знает предмет, поэтому ниже четвёрки ставить не благословлял.

Мы встречались с ним в разные времена: и когда я был священником, и когда стал епископом. Он абсолютно ровно держал себя с человеком, независимо от его статуса. Всегда чувствовались уважение, любовь и доверие к собеседнику.

Когда я трудился на посту заместителя председателя отдела внешних церковных сношений, мне приходилось общаться со многими членами Синода, и должен откровенно сказать, что самые конструктивные рабочие отношения были именно с митрополитом Алексием. Конечно, положение обязывает, и член Синода окружён своеобразным ореолом, но Владыка Алексий всегда подскажет, как лучше поступить, и никогда он не отмахивался: мне-де некогда, уйдите, я занят. Это всегда была помощь старшего собрата. Запомнились долгие беседы с ним на самые разные темы. Он всегда вёл себя как отец, а я – как сын по отношению к нему.

Помню Поместный собор в день голосования. Мы шли с ним к Троицкому Собору в Троице-Сергиевой лавре, где покоятся мощи преподобного Сергия Радонежского. Я говорил ему, что нет никакого сомнения в том, что именно он будет избран главой нашей Церкви. С глубоким смирением и кротостью он выслушал меня, после чего сказал: «Владыка, есть ведь много примеров, когда и Святитель Алексий, и Преподобный Сергий отказывались от первосвятительского служения. Но если Господь возложит служение на мои немощные плечи, то это воля Божия». Этот наш разговор очень трудно передать, его нужно пережить, чтобы почувствовать глубину веры этого человека, который не просто бросал в пространство какие-то слова, а говорил с большой ответственностью и убеждённостью.

Когда избрание состоялось и все подходили поздравлять его, Святейший нашёл для каждого нужные слова, и все почувствовали, что это отец, который будет заботиться о Церкви.

В июне 1996 года, когда я был назначен постоянным членом Священного Синода и Управляющим делами Московской Патриархии, началось каждодневное наше общение. Я всё время удивлялся мудрости этого человека, который очень терпеливо выслушивал меня, и если я что-то не так понимал, давал отеческий совет. Никогда я не слышал от Патриарха плохого слова ни про одного архиерея, который, быть может, вполне заслуживал осуждения. Напротив, он всякий раз оправдывал его, старался понять, почему он так поступил или оступился.

Святейший был очень скромным в быту. Матушки, помогавшие ему, снискали его любовь и заботу. Он вёл себя одинаково уважительно и по отношению к архиереям, и по отношению к обслуживающим его людям. Всякий благодарил Бога за общение с таким великим человеком.

Стол его был прост - никаких особенностей или изысканностей. Пост всегда соблюдал очень строго, не давая себе никаких послаблений даже во время болезни.

Его жизнь очень поучительна для всех нас. Всенародная любовь к нему, сотни тысяч людей, пришедших проститься с ним в Храм Христа Спасителя, - всё это созидалось годами.

Когда Владыка Алексий стал патриархом, народу было, образно говоря, не до Патриарха и не до Церкви. Разваливалась страна, к власти пришли люди, которые вели себя не по-государственному. И он сумел заговорить от лица Церкви так, что люди стали глубоко уважать и признавать Церковь и Патриарха. Слабому человеку не под силу было бы такое. Патриарх Алексий обладал сильнейшей энергетикой. Наша Церковь много невзгод перенесла за свою историю, но в неё был заложен мощнейший потенциал жизненной силы.
Энтузиазм и потрясающая работоспособность были присущи Святейшему Патриарху до самого последнего вздоха. Помню, я разговаривал с ним за несколько недель до кончины и просил поберечь себя. На что он ответил: «Пока сердце бьётся, нужно трудиться». И этот настрой первоиерарха всегда заставлял работать с удвоенной энергией.

И то, что мы потеряли такого человека, это, конечно, беда.

Он всегда уделял внимание простым людям. Если посещал монастырь, обязательно навестит больных матушек, с детьми поговорит. Незнакомый ребёнок уже после нескольких слов Святейшего не отходил от него. В любой его программе посещения всегда был детский дом или дом престарелых. А ведь это совсем не патриарший уровень.

Что касается иконы Державной Божией Матери, то само явление этой святыни свидетельствует о том, что именно Державная Божия Матерь опекает нашу Родину. И поэтому Святейший, который был горячим патриотом Отечества и любил эту икону, молился за свой народ перед ней и изливал перед ней свои просьбы и свою боль, чтобы Матерь Божия, которая взяла попечительство о России, услышала его молитвы.

Примечательно его трогательное отношение к преподобному Серафиму Саровскому. Он любил приезжать в Дивеевский монастырь как простой паломник. Многочисленные чудеса, происходившие там, он воспринимал как милость Божию к нам. Он вёл себя очень скромно и смиренно, всё время уделяя молитве и духовным размышлениям. Всё это дорогого стоит.

В одном из выступлений Святейшего есть слова: «Патриархом не рождаются, Патриархом становятся». Это заключение было сделано им из личного опыта. Патриотизм Святейшего был огромен. Он всегда ассоциировал Церковь с Россией. Все события в стране сопровождались его сердечной болью.

Иногда некоторые его высказывания по тем или иным вопросам шли вразрез с общепринятыми мнениями. А потом оказывалось, что это правда. Его служение всегда было остриём меча. Все острые вопросы Патриарх поднимал таким образом, что они не разделяли общество, а объединяли его.

Заповеди Святейшего


5 декабря 2008 года отошел ко Господу Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II.
Это были народные похороны.

Наша история не помнит таких похорон со смерти И.В.Сталина.

Народ прощался с ним – всё шел и шел к восстановленному по его благословению, его заботой Храму Христа Спасителя…

Народ многого может не знать, но душу его не обманешь. Народ, как дитя, чувствует, когда его любят. И на любовь, на заботу отвечает своей любовью, своей благодарностью.

Народ показал этим прощанием, что он хочет правды. Что он ценит самоотверженность и порядочность, ценит веру и патриотизм.

Народ показал, что он хочет отца. Настоящего. Любящего. Любимого.

Когда на Поместном Соборе нашей Церкви в 1917 году решался вопрос о восстановлении патриаршества, один из крестьян сказал просто:

– У нас нет больше царя, нет отца, которого мы бы любили, Синод любить невозможно, а потому мы, крестьяне, хотим Патриарха.

У нас тоже нет царя. Но у нас был Патриарх. И народ любил его, как отца.

Эта общая вера, общая молитва – Патриарха за народ и народа за Патриарха – сроднили нас с ним. И потому эта утрата коснулась сердца. Мы ощутили это родство, это сыновство.

Проявилось, казалось бы, очевидное: общая литургическая молитва, общая Чаша соединяет людей связью самой прочной, неумирающей.

В дни прощания с Патриархом вспоминалось именно служение святителя Тихона, перед мощами которого в день интронизации Патриарха Московского и Всероссийского Тихона Святейший Патриарх Алексий II совершил свое последнее богослужение. Тогда тоже было смутное время, и тоже – вера, молитва, спокойствие, доброта, великое внутреннее равновесие, самоотверженная забота о пользе Церкви, дух любви и смирения. То есть всё противоположное духу революционному.

Это и раздражало его критиков: почему, мол, он молчит, почему бездействует, почему не противостоит власти?

А он-то как раз не бездействовал. Он был великий труженик. Он просто трудился иначе.

Триста литургий в год!

Когда раздавался этот ропот, старец Троице-Сергиевой лавры иеросхимонах Моисей (Боголюбов; +09.12.1992 г.), с досадой говорил:

– Ну что же они против Патриарха? Ведь нам же нужно царя выбирать!

А кто будет помазывать на царство? Конечно, Патриарх.

И чтобы нам была дана эта милость, нам нужен дух смирения, сыновнего послушания.

Мы проходили с ним экзамен на готовность к монархии.

Он был великим строителем. Он любил повторять слова из Библии: Время разбрасывать камни, и время собирать камни (Еккл. 3, 5), добавляя, что ныне – время собирания камней.

Это – его заповедь: консерватизм больше строит, чем любая революционность.

Революционный дух всегда связан с неверием и маловерием.

Вера, твердая вера в Бога рождает великий консерватизм.

Первая часть жизни будущего Патриарха прошла в Таллине. Старый Таллин – это был очень тихий город даже и в советское время. Вековая тишина его узеньких улочек с крошечными, почти не существующими тротуарами, древними домиками с островерхими крышами, словно из сказок Андерсена... Но каким же тихим он должен был быть, как говорили местные жители, «в эстонское время» – в юные годы будущего первоиерарха! Он набирался там тишины – на будущие бурные годы своего служения. Она в нем навсегда осталась.

Он шел на компромиссы не ради выгоды, а ради мира, ради пользы Церкви, страны. Так, как сказал Патриарх Тихон: «Пусть мое имя погибнет в истории, лишь бы Церкви была польза».

И он был, как святитель Тихон, тверд там, где нельзя было идти на компромисс – как это было в вопросе о «екатеринбургских останках».


Более тяжелых крестов, чем крест Патриарха Русской Церкви и крест русского царя, на земле, наверно, нет.
Но каких милостей Божиих он сподобился за эти 18 лет!

Чудеса происходили непрерывно.

10 июня 1990 года состоялась его интронизация.

14 июня – прославление святого праведного Иоанна Кронштадтского.

Это сейчас для нас привычны его иконы в храмах, его почитание. А в советское время его имя было запрещено – как и имена многих других «реакционеров», включая святителя Тихона.

Вскоре, 27 июля, по ходатайству Патриарха Алексия II была возвращена в Коломенское Державная икона Пресвятой Богородицы.

Святейший почитал эту икону, служил в день ее явления, как и во многие другие праздники икон Божией Матери: Всех скорбящих Радость, Споручница грешных, Нечаянная Радость… Чувствовалось, что он очень опирается на помощь Заступницы Усердной.

В конце того же, первого года его патриаршества, великая радость была дарована с небес нашей Церкви, ее новому предстоятелю – неожиданное обретение святых мощей преподобного Серафима Саровского.

Может быть, одним из самых счастливых дней в жизни Патриарха был день 1 августа 1991 года, когда в Дивеево, на паперти Троицкого собора, в который накануне вечером была торжественно внесена рака со святыми мощами преподобного Серафима, Святейший с архиереями и духовенством под ярким солнцем и ослепительно голубым небом служил Божественную литургию. А потом, после крестного хода вокруг собора с мощами, с пением стихир Пасхи, возгласил:

– Христос воскресе!

Перед этим в Арзамасе, где стояли мощи святого для всенародного поклонения (так это было внове – весь народ шел в храм!), на пресс-конференции Патриарх сказал о преподобном Серафиме:

– Он был носителем особой любви к людям. И эту любовь он черпал в радости Воскресения Христова.
Воскресение Христово – основа нашей веры. Преподобный Серафим был носителем этой пасхальной радости в течение всей своей жизни… Я убежден, что второе обретение мощей преподобного Серафима Саровского как никогда важно именно сегодня, когда у нас нетерпимость, противостояние, озлобленность.

Любимыми словами Святейшего, которые он чаще всего тогда повторял, были слова саровского старца: Стяжи дух мирен, и вокруг тебя спасутся тысячи.

На той пресс-конференции он назвал важнейшей задачей – избавление нашего народа от разрушительного зуда.

– Надо возрождать русскую деревню, – сказал Патриарх. – И одна из форм возрождения ее – возрождение монастырей, где был высокий уровень сельского хозяйствования.

То были особые дни… Мы помнили пророчество преподобного Серафима о том, что он своими мощами придет в Дивеево, воскреснет – а там и конец.

Святейший сказал тогда, что мы должны трудиться, делать всё для России, даже если бы оставались последние часы до самого конца.

Он всегда стремился к людям, к народу. И лежать решил среди людей – в Елоховском соборе.

В те годы, когда народу жилось особенно трудно, в одной из поездок по стране простые люди его попросили:
– Ваше Святейшество, помолитесь, чтобы Господь дал нам терпения.

– Ведь могли попросить похлопотать о каких-то материальных благах, – рассказывал Святейший. – Нет – о терпении. Такому народу надо в ноги поклониться!

19 февраля 1992 года в Донском монастыре неожиданно были обретены святые мощи святителя Тихона, Патриарха Всероссийского.

24 мая 1992 года, в день святых равноапостольных Мефодия и Кирилла, делегация нашей Церкви, объехав многие славянские земли, доставила из Иерусалима в Москву, в Кремль, Благодатный огонь. На ступенях Успенского собора Святейший встретил его.

Вот запись того времени:

«Божественная литургия в Успенском соборе. Многолюдный крестный ход с Благодатным огнем, с иконами кремлевских соборов, под звон колокольни Ивана Великого, во главе со Святейшим Патриархом (когда он поравнялся с нами, мы услышали, как он запел тропарь Успению Божией Матери: В Рождестве девство сохранила еси…) Крестный ход со множеством духовенства в сверкающих на солнце облачениях направился от Успенского собора к Спасской башне. Проходим сквозь недоступные православному народу 75 лет Спасские ворота (словно мы уже не на земле, словно уже закончилась наша земная жизнь, какое чудо!) На Красной площади возле мавзолея – красные советские флаги, портреты Ленина, – кому-то это торжество света, эта пасхальная радость, увы, не по душе. Звонит колокольня собора Покрова Божией Матери (св. Василия Блаженного), мимо которого выходим на Варварку. По сторонам улицы – женщины в ярких народных костюмах. Весь крестный ход поет: Христос воскресе из мертвых… На Варварской площади (бывшей - Ногина, теперь – Славянской) – сверкающие на солнце трубы оркестра военных моряков, гирлянды разноцветных шаров, горящие буквы «СВЕТ МIРУ». Взлетающие ввысь ракеты фейерверка, голуби, выпущенные в яркое голубое небо… В постамент только что открытого памятника святым равноапостольным Кириллу и Мефодию работы Вячеслава Михайловича Клыкова торжественно водружен светильник с Благодатным огнем. Слова Патриарха об историческом рубеже, которым является этот день…»

В начале 1992 года, на Богоявление, несколько человек собралось в Троице-Сергиевой Лавре в келье отца Моисея. Старец сказал: «Надо армии помогать». И изрек свою формулу: «Если армия соединится с Церковью, Россия будет непобедима». Начали тут же писать первую статью об этом «На острие меча», которая вскоре была опубликована в «Русском Вестнике», положила начало книге «Православие. Армия. Держава». С архимандритом Кириллом (Павловым), со старцами Лавры, с отцом Валерианом Кречетовым тогда думали, искали пути: что делать?

1 июня этого же года, в день памяти святого благоверного князя Димитрия Донского («Случайность – это псевдоним, под которым Бог действует в мiре», – говорил Паскаль), мы, трое мiрян, встретились с одним из наших генералов. Он посоветовал:

– В армии все решается сверху. Если Патриарх встретится с министром обороны, они договорятся, примут решение – мы будем исполнять.

И мы поехали в Чистый переулок.

Приезжаем – к Патриарху очередь посетителей.

Видим, как из подъезда выходят различные важные особы. Прямо чуть ли не физически ощутилось то давление, которое испытывает Патриарх.

Ждем и ждем. Тут же, в подвале, монахини нас заботливо накормили. Спрашиваем их:

– Как ваши имена, за кого помолиться?

Они говорят – скромно, искренне:

– Молитесь лучше за Святейшего.

Наконец пошел народ: офицер из Севастополя, монахини какого-то монастыря… Подумалось: «Теперь, наверно, насколько же легче ему стало…»

А наша очередь все не подходит.

И вот уже к подъезду Патриарха подают его машину – сейчас он поедет в Елоховский собор служить всенощную накануне дня своего небесного покровителя.

Святейший выходит. Бросаемся к нему за благословением. Он спрашивает:

– Кто вы и откуда?

Показываем ему газету «Русский Вестник» с фотографией, на которой Патриарх запечатлен с нашим офицером. А одновременно – одним предложением, на одном вдохе – говорим:

– Ваше Святейшество! Генерал Филатов сказал сегодня, что хорошо бы вам встретиться с министром обороны для решения вопроса о взаимодействии Церкви и Армии.

Святейший молчит.

Общаясь со старцами, мы уже знаем, что на такие вопросы мгновенно не отвечают…

Пауза длится.

И тут один из нас спрашивает у него четко:

– Ваше Святейшество! Так будем встречаться с министром обороны?

И Святейший отвечает еще более четко:

– Да!

Садится в машину и уезжает.

А нам больше ничего и не надо!

Мы – на Арбат, в приемную министра обороны, с этим сообщением. Что с нас взять? Мiряне, гражданские люди! Дежурные офицеры удивляются:

– Вас что, сюда по бородам пускают?

Потом – еще раз в Чистый, еще на Арбат… Передали из Лавры для министра икону преподобного Сергия – благословение отца Моисея.

Святейший тот разговор, конечно, запомнил. Когда общались потом с владыкой Арсением, викарием Патриарха, в его тогда крохотной комнатке-приемной, узнали, что Святейший спрашивал у него:
– А кто это, генерал Филатов?

И вот в 1994 году состоялась встреча Патриарха с министром обороны, было подписано соглашение о начале взаимодействия.

Потом было освящение храма преподобного Ильи Муромца и великомученицы Варвары в штабе Ракетных войск стратегического назначения во Власихе под Москвой, совещание в поддержку ядерной мощи нашей армии в Даниловом монастыре, конференции в Военной академии генерального штаба, многое другое…

В том, насколько важно это единение, мы еще раз убедились, когда вручили протоиерею Николаю Гурьянову книгу «Сим победиши!» – с воином, держащим икону Божией Матери, на обложке. Батюшка взял книгу и стал, улыбаясь, ею нас благословлять – и несколько раз давал к обложке с иконой приложиться.

В 1995 году Святейший Патриарх благословил начать восстановление храма Христа Спасителя – и завершить к 2000 году.

Это было удивительно: как, всего за пять лет?! Его строили двадцать лет, двадцать лет расписывали… Но, раз Патриарх благословил – значит, с Божией помощью будет к 2000 году храм.

31 декабря 1999 года состоялось его малое освящение, перед которым Святейший сказал:

– Сегодня утром мне позвонил Борис Николаевич Ельцин, пригласил приехать к нему и в моем присутствии передал исполнение обязанностей президента Российской Федерации Владимиру Владимировичу Путину.
Патриарх был самым авторитетным человеком в стране. Именно он, как никто, оказывал положительное влияние на власть. Его добрым отношением дорожили, боялись потерять его расположение больше самой острой критики.

Он считал, что больше добра можно сделать не обличением, а терпеливым созиданием, не раздором, а примирением.

Он оказался прав.

Его великие труды дали свои плоды.

Народ стал лучше, народ стал ближе к Богу.

Один Господь знает, скольких наших соотечественников его улыбка привела к храму.

В то время, когда многие люди почти ничего не знали о церковной жизни, по этой улыбке, по его глазам они узнавали о том, что у них есть Мать – Церковь.

Сегодня мы оглядываемся на годы его патриаршества, на эту совершенно неповторимую эпоху в жизни Церкви и страны. С завершением земного пути Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II она встает перед нами во все большем величии. И мы вновь убеждаемся, как Господь милостив к нам. Как Он точно выбирает именно того, кто нужнее всего Церкви, народу именно в это время.

Во дни прощания со своим Великим господином и отцом Россия стала старше, стала умнее, стала чище. Россия слезами умылась.

Протоиерей Николай Булгаков


Без любви к народу не может быть настоящего служения


Протопресвитер Матфей Стаднюк знал Святейшего Патриарха Алексия II более 50 лет и долгое время работал его секретарем. В дни прощания со Святейшим Владыкой в декабре 2008 года о. Матфей поделился своими воспоминаниями о нём.

«Смерть Святейшего Патриарха глубоко потрясла сердца верующих не только у нас в России, но и во всём мире. С кончиной Святейшего Патриарха прервалась целая эпоха патриаршества, потому как он олицетворял всё доброе, что есть в Православии. Наш народ видел в Патриархе человека, который всей душой и сердцем служил Церкви Христовой, народу и государству российскому. Он неоднократно говорил, что мы являемся сынами Церкви православной и сынами нашего Отечества. Сотни тысяч людей в скорбном молчании стоят у Храма Христа Спасителя, чтобы в последний раз поклониться его честным останкам. Это - дань любви народа Божия своему архипастырю.

Сейчас по всей России и за рубежом звучат молитвы об упокоении его души. Молятся православные люди, молятся в своих храмах и инославные. Он это заслужил. Его патриаршее служение было непростым. Он вписал в историю Русской Православной Церкви одну из самых ярких её страниц. Я много лет трудился со Святейшим Патриархом, трудился ещё при Патриархе Алексии I, при Патриархе Пимене. Все свои силы он отдавал на алтарь служения Божия.

С особым чувством вспоминаю, когда Святейший Патриарх совершал рукоположения во иерея. Он, вручая ставленнику частицу тела Христова, произносил такие слова: «Прими залог сей и сохрани его цел и невредим до последнего твоего издыхания...». Он говорил эти слова каждому ставленнику, и я хорошо помнил их, хотя он говорил их не мне, уже священнику, а другим.

Я думаю, ни один из рукоположенных им священников никогда не забудет слова, которые с таким сердечным чувством произносил их Патриарх.

Святейший очень любил детей и никогда не оставлял их без пастырского внимания.
Не было ни одного предмета, человека или события, который не интересовал бы его. Это был высокообразованный человек. Он находил общий язык не только со священнослужителями, но и с государственными и с общественными деятелями. К его голосу прислушивались все. Он искренне помогал людям.

Служение Святейшего Патриарха выпало на архисложный период истории нашего государства. «Кто не любит своего Отечества, тот не может быть настоящим христианином», - говорил он.

В тяжелом 1993 году, когда страна была на грани гражданской войны, Патриарх возглавил в Даниловом монастыре переговорный процесс между противоборствующими сторонами. Это был единственный в современной истории случай, когда для спасительной молитвы была привезена из Третьяковской галереи икона Владимирской Божией Матери. Молитва Церкви, молитва Патриарха погасила дух злобы, который витал тогда в воздухе.

В непростые годы управлял Патриарх делами Русской Православной Церкви, когда один за другим закрывались храмы, сотни людей со всех концов матушки-России приезжали в Москву в поисках защиты и спасения своих храмов. Я был свидетелем, когда эти несчастные приходили в Патриархию. Ни одного человека Владыка Алексий не отпустил без приёма, без помощи. И эти чуткость, внимание к пастве своей, отзывчивость на её беды и горести были лишь одной из причин, почему его избрали главой нашей Церкви.
Святейший Патриарх, не считаясь ни с временем, ни с недомоганиями своими, посещал самые отдалённые приходы, самые глухие уголки нашей страны. И везде он прежде всего шёл к людям. Даже в тех случаях, когда в целях безопасности ему не рекомендовали этого делать.

К нему относились с большим уважением во всех странах, где ему довелось побывать. Нельзя сказать, что страна наша богата, но, видимо, силой Божией воздвигаются всё новые и новые храмы, возжигаются всё новые лампады. И эта духовная радость давала Святейшему Патриарху силы для дальнейшего служения. Он был не очень здоров физически, но несмотря на это неутомимо вёл корабль нашей Церкви.

Он радовал мою душу, также как радовал души всех людей. С ним было легко и радостно служить литургию. Он никогда и никому не сказал плохого слова. Для каждого человека находил добрые и проникновенные слова.

Даже во время зарубежных поездок, когда свободного времени практически не было, он находил возможность написать поздравительную открытку, письмо, поделиться радостью о том или ином впечатлении, встречах. В наше время так вроде бы уже и не принято делать - всё захватила техника. Он лично и письменно поздравлял сотни людей с праздниками, днём ангела, юбилеями. Я буду хранить эти его послания всегда. Буду всегда просить в своих молитвах, чтобы Господь воздал ему Венец Правды, который он заслужил.

Господь спросит каждого из нас, как мы провели свою жизнь. Об этом надо всегда помнить.

Протопресвитер Матфей Стаднюк
от 19.01.2019 Раздел: Декабрь 2018 Просмотров: 52
Всего комментариев: 0
avatar