Добавлено: 28.12.2015

К тысячелетию Русского Афона

Русский Афон является неразрывной и важной составляющей наследия Святой Горы как вселенской православной сокровищницы.

Афон в течение многих столетий играл исключительно важную роль в развитии отечественной духовности и культуры, как в эпоху Киевской Руси, так и в последующие времена. Особенно важным было становление под воздействием Афона Киево-Печерского монастыря, который около 1000 лет назад стал своего рода «рассадником» и центром монашества, духовности, книжности, культуры и просветительства по всей Руси.

С тех пор влияние Святой Горы на духовное становление и развитие Руси играло решающую роль на протяжении всей ее тысячелетней истории. Собственно, именно Святая Гора Афон, ее наследие и традиции существенно повлияли на формирование мистико-аскетического облика самобытного русского православия, как и самой Святой Руси. Поэтому приобщиться к далеким и одновременно родным святыням Афона всегда было заветной мечтой для многих поколений русских православных людей.

Исключительно важную роль играли связи Руси с Афоном в эпоху послеордынского нашествия. В это время выдающимся афонитом, внесшим весомый вклад в развитие русской духовности и культуры, был святитель Киприан (Цамблак), митрополит Киевский и всея Руси. Во времена его святительства на Русь привозится с Афона много книг, осуществляются переводы святоотеческих трудов, проводится богослужебная реформа и т.п. Под влиянием Афона на Руси начинается период «исихастского возрождения», глубоко отразившийся на формировании самобытной и глубоко духовной культуры Руси.

Яркими продолжателями и носителями афонского наследия на Руси этого периода были преп. Сергий Радонежский и преп. Кирилл Белозерский. Плодом их духовних трудов стал новый расцвет русского монашеского подвижничества, который принято называть «Северной Фиваидой».

Наиболее ярко влияние афонского исихастского наследия на Руси отразилось в древнерусском искусстве, в произведениях Феофана Грека, Андрея Рублева и Даниила Черного, художественные шедевры которых до сих пор не перестают волновать взор и воображение своей гармоничностью, глубиной и величием.

Важный вклад в восстановление связей между Русью и Афоном совершил преп. Нил Сорский, который провел на Святой Горе около 20 лет. Вернувшись на родину, он всячески пропагандировал приобретенные на Афоне духовные ценности и выступил одним из идеологов движения «нестяжателей». Другим важным «соединительным звеном» Афона с Русью был выдающийся греческий богослов и афонский подвижник преп. Максим Грек.

Имел Афон важное значение и в деле сохранения Православия на Украине, в период печальноизвестной Брестской унии. Среди украинских подвижников того времени, подвизавшихся на Святой Горе, наиболее известны старцы Иоанн Вишенский, Иов Княгининский, блаженный Киприан Острожанин, Исаакий Борискевич, Афанасий Межигорский, Иоасаф Густынский, Иосиф Кориятович-Курцевич, Григорий Голубенко, Самуил Бокачич и многие другие. Влияние Афона на борьбу против унии и православное возрождение на Украине было столь велико, что на Киевском Поместном Соборе в 1621 г. в специальном постановлении, известном под названием «Советование о благочестии», предписывалось: «Послать за благословением, помощью и советом на Святую Гору Афонскую, чтобы вызвать и привезти оттуда преподобных мужей русских: блаженного Киприана и Иоанна прозванием Вишенского и прочих, процветающих жизнию и благочестием, а также и впредь посылать русинов, расположенных к благочестию, на Афон, как в школу духовную».

Запорожское казачество в это время тоже поддерживало тесные связи с Афоном, приглашало оттуда опытных наставников и старцев, делало щедрые пожертвования на монастыри Святой Горы, осуществляло паломничества, а нередко немало казаков и сами принимали на Афоне монашеские постриги и подвизались в обителях Афона. В частности, после того как греки завледели Русиком (древнерусским монастирем на Афоне), при поддержке запорожских казаков на Святой Горе была предпринята попытка воссоздать новый Русик. Его роль на протяжении почти целого столетия выполнял основанный запорожцами в 1747 г. святогорский скит «Черный Выр» (или «Мавровыр Русский»).

Естественным продолжением этой традиции было основание на Афоне Свято-Ильинского скита, у истоков создания котрого стоял выдающийся выходец из семьи казачьих священников, преподобный Паисий Величковский. Основанная им монашеско-аскетическая школа, осуществленные ею титанические труды по переводу святоотеческих творений на славянский язык, возрождение утраченных традиций православного старчества и исихазма дали мощнейший импульс не только к возрождению подлинного монашества и духовности на Святой Руси, но и к возрождению православной русской культуры, ее возвращению к традиционным христианским устоям и ценностям. Именно последователи афонской школы преп. Паисия (Величковского) – знаменитые старцы Оптиной пустыни серьезнейшим образом повлияли на формирование мировоззрения многих русских культурных и общественных деятелей XIX века, что существенно сказалось на их творчестве и деятельности.

Особенно тесными и плодотворними были традиционные связи с Отечеством у Русского на Афоне Свято-Пантелеимонова монастыря. После непродолжительного пребывания обители в руках греческих монахов, в начале XIX ст. она возрождается как непререкаемый центр русского монашества на Святой Горе. Эта святая обитель по праву считается твердыней Святой Руси на Афоне, в Уделе Божией Матери. Еще одной цитаделью русского православия на Афоне в XIX веке был Свято-Андреевский скит.

Под духовным водительством опытных старцев Свято-Пантелеимоновой обители Иеремии (Соломенцова) и Макария (Сушкина) в XIX веке начался процесс возрождения и подъема русского монашества на Афоне. Уже к концу XIX века численность русских монахов на Святой Горе становится равной численности греческих, а в дальнейшем стремительно растет и начинает значительно превосходить ее. В 1913 году число русских монахов на Афоне составило 5000 (из них свыше 2000 — в Пантелеимоновом монастыре), тогда как греков на Святой Горе было 3900, болгар – 340, румын – 288, сербов – 120 и грузин – 53.

Так расцвел такой духовно-исторический феномен, как «Русский Афон». В 1913 г. на повестке дня стоял даже вопрос о предоставлении русскому Свято-Пантелеимонову монастырю статуса Лавры, а русским Андреевскому и Ильинскому скитам – самостоятельных монастырей. Однако последующие печальные события не дали этим планам осуществиться.

Важно отметить, что уже к концу XIX века все три русских обители на Афоне – Пантелеимонов монастырь, Андреевский и Ильинский скиты фактически объединились в одну большую общину. Пройдя через внутренние искушения и разногласия, оба скита признали духовный авторитет Русика, к которому даже обращались за помощью в урегулировании внутренних споров. К этому времени между ними сложились очень тесные, братские и единодушные отношения. Один из игуменов Ильинского скита даже писал игумену Пантелеимонова монастыря о. Андрею: мы, три Русских Обители на Афоне, как Троица Святая – единосущны и нераздельны!

К сожалению, после трагических событий 1917 г. и началом богоборческих гонений на православие в России, очень сильно пострадал и Русский Афон. Из-за отсутствия в течение 80 лет притока новых монахов из Отечества все три русские обители на Святой Горе оскудели численно. В результате, Андреевский и Ильинский скиты, а также многочисленные русские келлии и каливы на Афоне опустели, подверглись разрушению или отошли к грекам. Эта же угроза висела и над Свято-Пантелеимоновым монастырем, но чудом Божиим обитель устояла, оставшись на сегодняшний день единственным островком Святой Руси на Афоне.

Ныне, когда на Святой Горе вновь возрождается русское монашество, а вся Православная Русь готовится торжественно отметить в 2016 г. его 1000-летний юбилей, очень важно восстановление памяти о роли и значении Афона в истории Русской Церкви и Святой Руси. Ведь подлинное возрождение возможно только через обращение к собственному духовному наследию и первоисточникам, где Святая Гора Афон всегда занимала одно из ведущих мест.

Как справедливо отмечает духовник Русского на Афоне Свято-Пантелеимонова монастыря иеромонах Макарий: «Русская земля связана со Святою Горою непосредственным духовным родством, поскольку русская монашеская традиция является летораслью, или отростком, святогорского монашества, пересаженным на русскую землю Божией, а не человеческой рукою. В силу этого духовного родства Русь искони имела пристанище, богодарованный уголок в Уделе Пречистой Девы Богородицы - русскую обитель, которую видимо хранил на протяжении веков Промысл Божий, судивший и определивший быть ей достоянием и отчиною наших соотечественников, ищущих спасения на Святой Горе».

Уголок Святой Руси на Афоне

Русский монастырь на Афоне – это воистину уникальное духовно-культурное сокровище, одновременно принадлежащее и Святой Руси, и Святой Горе. Он по праву считается древнейшей русской духовной твердыней в Уделе Божией Матери, на Святой Афонской Горе.

Первое известное письменное упоминание о древнерусском монашестве на Афоне относится к 1016 году. Под этой датой в одном из святогорских документов, хранящихся в библиотеке Великой Лавры Афанасия Афонского, мы находим подписи игуменов всех монастырей Святой Горы. Среди них такая надпись: «Герасим – монах, милостью Божией, пресвитер и игумен монастыря Росов. Собственноручная подпись».

Уже с 1030 г. к наименованию «Обитель Росов» присоединяется собственное имя монастыря: «Богородицы Ксилургу». Последнее слово (от греч. – плотник или древодел) означает, что основным родом занятий здешних монахов было плотничество. Этот факт также свидетельствует о русских корнях обители, ведь только русичи изначально обустраивали свои жилища, храмы и монастыри из дерева, тогда как греки – из камня.

По сути, Свято-Успенский монастырь «Ксилургу» – древнейшая русская православная обитель не только на Афоне, но и в мире, учрежденная вскоре после Крещения Киевской Руси.

По преданию, «Ксилургу» был основан попечением святого равноапостольного князя Владимира Киевского, Крестителя Руси, и его супруги, византийской царевны Анны.

Из «Повести Временных лет» мы узнаем, что в 988 г. Великий князь Владимир отправляет посольство в Иерусалим, а в 989 г. – в Константинополь. Вскоре близ Иерусалима и на Святой Горе Афон появляются два монастыря, имеющих одинаковое название: Русский Богородичный монастырь. Русская обитель в Палестине спустя три столетия перестала существовать, Обитель же на Святой Горе существует до сих пор.

Ныне это общежительный скит, принадлежащий Русскому на Афоне Свято-Пантелеимонову монастырю. Он находится на восточной стороне Святой Горы Афон на расстоянии одного часа пути от Кареи.

Соборный храм Русской Богородичной обители Ксилургу посвящен Успению Пресвятой Богородицы. Как известно, и основанная преподобным Антонием Печерским по его возвращении с Афона Киево-Печерская обитель, как и соборный храм монастыря, тоже символически были посвящены Успению Божией Матери. Позже, под влиянием преп. Антония, аналогичный Свято-Успенский Богородичный монастырь основывается и в Чернигове, куда на некоторое время переезжает жить «отец русского монашества», и где на Болдиных горах он искапывает новую пещерную обитель, сохранившуюся до наших дней.

Подобное совпадение в названиях не случайно. В пределах русской земли это было как бы символической проекцией первообраза – Свято-Успенской русской святогорской обители «Ксилургу» и ее соборного храма на Святой Горе, где, по преданию, духовно возрастал и принял постриг будущий авва и «начальник русского монашества».

Продолжая эту традицию, в дальнейшем главный храм Русской Свято-Успенской Богородичной обители «Ксилургу» послужил прообразом многих Успенских Соборов Русской Земли, в частности во Владимире и Москве.

Все эти храмы имели особое значение для Руси. Величественные монументальные здания Великой Печерской церкви в Киеве, Успенских соборов в Чернигове, Владимире и Московском Кремле были не просто наследованием традиций древнейшей русской обители на Афоне, но и, посредством ее, попыткой сакрализации пространства новообращенной Руси, созданием, так сказать, «русской иконы» Святого Афона – как Удела Божией Матери на Руси, благодаря чему русская земля и получила право на столь ответственное наименование – Святая Русь.

Примечательно, что и на Святой Горе среди Русских монахов значение Успенской церкви обители Ксилургу было настолько символично и священно, что перемещаясь постепенно из обители в обитель, они возводили его аналог и там. При переселении русской братии в Нагорный Руссик в 1169 году при игумене Лаврентии Успенский собор Богородичного монастыря будет воспроизведен и там. А спустя еще более шести столетий, в начале XIX века, при игумене Савве, когда будет возведен новый Прибрежный Руссик, Успенская церковь вновь будет также перенесена и туда, причем с сохранением статуса собора.

Этот храм памятен и священен тем, что именно в нем зажглась первая русская лампада на Афоне; тем, что у алтаря этого собора принес иноческие обеты первоначальник русскаго монашества преподобный Антоний Печерский; тем, что именно отсюда он принял и перенес благословение Святой Афонской Горы и своего старца, Игумена Герасима, постригшего его, на Русскую Землю и, таким образом, навеки соединил Святую Русь и Святой Афон узами духовной благодатной преемственности.

По слову духовника Русского на Афоне Свято-Пантелеимонова монастыря иеромонаха Макария: «Первая русская обитель на Святой Горе – обитель Древоделя или Ксилургу – это величайшая святыня Русского Православия и Русского Афона. Она есть колыбель русского монашества. О значении Богородичной обители Ксилургу для Святой Руси свидетельствует не столько приток в нее насельников и материальных средств, сколько то огромное обратное влияние, которое оказала обитель на наше Отечество».

Преп. Антоний – отец русского монашества

В последнее время в литературе утвердилась мысль, будто бы преподобный Антоний Печерский на Афоне подвизался в монастыре Есфигмен, чему в качестве подтверждения демонстрируется небольшая пещерка с надстроенной над ней в конце XIX века церковкою во имя святого Антония Есфигменского.

Однако действительно ли эта пещера принадлежала киевскому Антонию? И действительно ли Антоний Есфигменский тождественен преподобному Антонию Печерскому? Вопрос этот до сих пор остается открытым, поскольку весомых доказательств есфигменской гипотезы, распространившейся с середины XIX века, представлено так и не было.

Помимо известной ныне пещеры Антония Есфигменского существовала на Афоне в XIX веке и другая пещера, которую тоже приписывали преподобному Антонию Печерскому, - неподалеку от Великой Лавры святого Афанасия.
По мнению большинства исследователей, здесь имела место попытка благочестивых русских паломников, активно начавших приезжать на Афон в XIX веке, самостоятельно отыскать место подвига почитаемого на Руси «начальника всех русских монахов». Но если Великая Лавра отказалась признать паломническую идентификацию пещеры, находящейся в ее пределах, то обитель Есфигмен - сочла это возможным и позволила российским паломникам над пещерой воздвигнуть храм во имя святого Антония Есфигменского.

Уже сразу после своего появления в XIX веке есфигменская гипотеза подверглась острой критике со стороны ряда известных церковных историков и археологов. В частности, сомнения в ее достоверности выражали епископ Порфирий (Успенский), немало потрудившийся в архивах святогорских монастырей; архимандрит Антонин (Капустин), изучавший обители Святой Горы в 1859 году; профессор Евгений Голубинский и другие. Все они, независимо друг от друга, пришли к выводу, что есфигменское жизнеописание и предъявляемая есфигменцами пещера не являются аутентичными и были «изобретены» в канун приезда в 1843 году на Святую Гору великого князя Константина Константиновича Романова с целью привлечь внимание знатных российских паломников к их обители.

Изданное в этот период есфигменское жизнеописание преподобного Антония в первоначальном своем варианте страдало существенными хронологическими неточностями, так что невольно возникал вопрос: об одном ли и том же преподобном говорят греческое и русское жития? Так, в соответствии с греческой версией, преподобный Антоний был не русином, а греком по национальности и пришел в монастырь в 973 году, а сам постриг принял в 975 году от игумена Есфигменского монастыря Феоктиста.

Однако русские списки жития однозначно утверждают, что преподобный Антоний Печерский был не греком, а русином, и родился он в 983 году в Любече на Черниговщине. Таким образом, грек Антоний Есфигменский никак не может быть тождественен любечанину Антонию Печерскому, поскольку первый пришел в Есфигмен на 10 лет раньше, чем родился наш Антоний Печерский.

Вероятнее всего, Антоний Есфигменский действительно существовал и даже подвизался в известной пещере на склоне неподалеку от Есфигменской обители. Однако нет никаких оснований отождествлять его с преподобным Антонием Печерским.

Как было сказано, помимо довольно поздних легенд о существовании пещер преподобного Антония Печерского возле Великой Лавры и Есфигменского монастыря, на Афоне имеется еще одно, более давнее и правдоподобное предание о том, что будущий отец русского монашества изначально подвизался на Святой Горе не в греческом, а в русском монастыре Успения Богородицы «Ксилургу».

Архивариус и библиотекарь Русского на Афоне Свято-Пантелеимонова монастыря схимонах Матфей (Ольшанский) еще в XIX столетии, вскоре после того, как впервые была обнародована «есфигменская гипотеза», высказал недоумение от лица русской святогорской обители и ее старцев иеросхимонаха Иеронима (Соломенцова) и схиархимандрита Макария (Сушкина). Ведь среди русских монахов на Святой Горе издавна было популярным предание о том, что преподобный Антоний Печерский подвизался именно в древнерусской обители Ксилургу.

По преданию обители, именно здесь принял постриг родоначальник древнерусского монашества, выходец из Черниговской земли преподобный Антоний Печерский, а позже отсюда, по благословению старцев обители, перенес афонский устав и на Русь, основав по афонскому образцу Киево-Печерский монастырь, ставший центром и школой древнерусского монашества и просвещения для всей Руси.

«Господи, да будет на месте сем благословение Святой Афонской Горы и молитва моего отца, который постриг меня», - изрек преподобный Антоний на месте основания Киево-Печерской обители.

Кто же был этим великим старцем-игуменом, постригшим преподобного и благословение которого сыграло столь решающую роль в судьбе не только Киево-Печерской обители, но и всей Русской Церкви и самой Руси? Вопрос этот остается открытым. Однако, вероятнее всего, им был тот самый преподобный старец Герасим, «пресвитер и игумен монастыря Росов», первый настоятель обители «Ксилургу», оставивший свою подпись на вышеупомянутом святогорском акте 1016 года.

Из житийных списков известно, что на Афон преподобный Антоний (в миру Антипа; род. 983 г.) прибыл еще в совсем юном возрасте (ок. 1000 г.). Уже в 1013 году он в первый раз возвращается в Киев со Святой Горы. Побыв немного в Киеве, в 1015 году, вследствие междоусобной смуты после смерти святого князя Владимира и убийства святых Бориса и Глеба, он снова возвратился на Афон, где подвизался до окончательного возвращения в Киев (по одним данным это произошло после 1030 г., по другим - после 1051-го).

Очевидно, что родоначальник древнерусского монашества начинает подвизаться на Святой Горе до 1013 года. Подобные путешествия с Руси на Афон в те времена невозможно было совершать самостоятельно. Поэтому, несомненно, преподобного Антония должны были сопровождать в столь дальних и небезопасных странствиях и другие спутники. Всё это подтверждает, что первые русские монахи появились на Афоне задолго до 1013 года. По всей видимости, именно они и составили в 1016 году братию первого древнерусского афонского монастыря, игуменом которого был вышеупомянутый Герасим. Судя по всему, именно он и был духовным наставником и старцем молодого Антония, постригшим его в иночество и позже благословившим основать «представительство» русского святогорского монастыря Успения Богородицы в Киеве.

Преемником преподобного игумена Герасима был, по всей видимости, игумен «Русика» Феодул, оставивший свою подпись на взаимном акте обителей Есфигмен и Ксилургу за 1030 год. Аналог этой грамоты до сих пор хранится в архиве Русского на Афоне Свято-Пантелеимонова монастыря. Вероятно, именно при новом игумене Феодуле преподобный Антоний окончательно возвратился на Русь и основал здесь Киево-Печерскую обитель в честь Успения Божией Матери, в подражание, а может, на начальной стадии, и как «подворье» или «представительство» афонского Свято-Успенского Богородичного монастыря «Ксилургу».

Редакция портала
«Русский Афон»


Продолжение в следующем номере
от 20.04.2018 Раздел: Январь 2016 Просмотров: 1149
Всего комментариев: 0
avatar