Добавлено:

Наша общая беда – травматизм!

Беседа с П.Н. Солодовниковым, известным московским врачом-травматологом высшей категории, доцентом, кандидатом медицинских наук



В народе говорят: конь о четырех ногах, да спотыкается. Мы же «на своих двоих» падаем на обледенелых, не посыпанных нерадивыми дворниками тротуарах, оступаемся в ямах, оставленных без ограждения равнодушными строителями, проваливаемся в канализационные колодцы, люки которых забыли закрыть водопроводчики… И ломаем при этом руки, ноги. А еще нас может сбить на автобусной остановке пьяный водитель или станем жертвами распоясавшихся хулиганов.

И тогда на помощь нам приходит травматология. Сегодня мы предлагаем нашим читателям беседу с замечательным человеком, травматологом с тридцатидевятилетним стажем, учеником знаменитого хирурга-новатора Г.А. Илизарова – П.Н. Солодовниковым.

Потомок сибирских речников-первопроходцев, он по окончании Якутского государственного университета целиком посвящает себя развитию здравоохранения этого отдаленного края, становится ведущим ортопедом Республики Саха (Якутия), основоположником школы ортопедии и травматологии.

Заслуженный врач этой республики, выпускник клинической ординатуры ЦИТО (Центрального института травматологии и ортопедии), он уже в течение почти десяти лет трудится на ниве здравоохранения в нашей столице.

Беседу с гостем нашей редакции мы предлагаем читателям «Руси Державной».


– Петр Николаевич, нам, в этом мире живущим, уже с детства знакомо такое понятие, как травматизм – от порезанного нечаянно пальца до ситуации, о которой говорится в одном из фильмов: «Упал, потерял сознание, очнулся – гипс». Поэтому легко можем представить себе такую картину, когда первобытного охотника заламывает пещерный медведь. И когда люди стали искать способы лечения ран, переломов. Думается, что и первым хирургом стал тот, кто каменным ножом решился вскрыть опухоль… Но вот как родилась травматология как наука?

– Путь этот был долгим. Травма, травмос – с греческого переводится как рана, повреждение. С этого, собственно, и началась наука.

История развития травматологии связана с появлением в Греции отца медицины, гениального Гиппократа (около 460-370 гг. до н.э.). О жизни Гиппократа известно мало. В его блестящих сочинениях «О переломах» и «О суставах» приводятся подробные сведения, часть которых не потеряла своего значения до настоящего времени.
Например, хорошо известно современным врачам выправление вывиха по способу Гиппократа, т.н. тенотомия – рассечение при лечении контрактур.

На Руси, как и в других странах, в древние времена при травмах накладывали повязки с использованием палочек и ветвей деревьев, тем самым создавали обездвижение отломков костей. Это был прообраз лубка. Целителями были волхвы, знахари, костоправы.

Трудно переоценить значение Николая Ивановича Пирогова (1810-1831 гг.) для медицинской науки. Н.И. Пирогов – творец основ топографической анатомии. Он принимал участие в трех войнах. Это он назвал войну «травматической эпидемией», и с его именем связано учение о травме и травматической болезни. Гипсовую повязку также впервые применил Н.И. Пирогов. Многие идеи, мысли и взгляды великого гражданина, мыслителя, человека, корифея отечественной медицины современны и останутся вечными.
В Москве в конце XIX – начале ХХ в. стационарную травматолого-ортопедическую помощь стали оказывать в хирургических клиниках и отдельных крупных больницах. Этой области хирургии уделяли много внимания В.Н. Розанов, Н.Н. Приоров, С.С. Юдин, Н.И. Бурденко, В.С. Левит, А.В. Каплан, Г.А. Илизаров. Эти имена на слуху всех медицинских работников.

Особо хочется отметить вклад известного российского ортопеда-травматолога, д.м.н., профессора, академика Г.А. Илизарова в развитие нашей российской научно-практической ортопедии и травматологии. Его имя носит Курганский центр восстановительной ортопедии и травматологии.

Мне в 1980 году довелось участвовать в работе Всесоюзной школы молодых ученых в г. Кургане и познакомиться c профессором Г.А. Илизаровым. Тогда я рад был сообщить ему про девочку с открытым усложненным переломом голени, при лечении которой впервые в условиях Арктики нам удалось применить чрескостный внеочаговый компрессионно-дистракционный остеосинтез аппаратом Илизарова и добиться заживления перелома. Всё это высоконаучное звучание вылилось в простой бытовой факт – девочка стала ходить!

Другой случай из практики. Мальчик из одного района Якутии перенес острый гематогенный остеомиелит, гнойно-воспалительный процесс большеберцовой кости. Врачи-хирурги трижды предлагали ампутацию. И вот в 2000 году мы сделали операцию – заместили дефект кости и срастили ее. Вторым этапом – из-за укорочения ноги – мы сделали удлинение ее при помощи всё того же аппарата Илизарова.

Опытного врача-травматолога всегда отличают независимость и критичность мышления, профессиональная целеустремленность. Для того, чтобы что-то постичь, необходимо отдаваться делу, не щадя ни себя, ни своего времени, ни сил. А главное – руководствоваться знаниями и опытом. Хочется вспомнить слова Гиппократа: «искусный врач старается лечить скорее предусмотрительно, чем с безумной отвагой, скорее нежно, чем прибегать к насилию». Говоря высоким штилем, охрана здоровья – это служение народу. Выбирая медицину, человек выбирает стезю и стиль всей своей жизни, он добровольно решается на огромную, иногда мучительную самоотверженность в труде. Недаром говорят, что «можно быть плохим писателем, художником, бездарным актером, но преступно быть плохим врачом».

В работе травматолога наши пациенты видят только результат: или человек благодаря ему остался жив, или он, увы, умер. В первом случае говорят: «Это хороший доктор, а во втором можно ожидать в свой адрес суждения самые жесткие. Да, профессия травматолога очень сурова по своей природе. Она связана с кровью и болью, главное же - с огромным риском. И здесь твои союзники – профессионализм и щедрое сердце. Словом, у нас нет выбора: хотим помочь пострадавшему – нужно быть добрым к нему, стараться войти в его положение, прочувствовать его муки, а может, часть из них попросту взять на себя.

– Говорят, что лечить нужно не болезнь, а больного, и что при этом многое зависит от его нравственного состояния, силы воли – когда у пострадавшего мобилизуется весь его духовный потенциал. Давно замечено: люди верующие, воцерковленные легче, вернее, более стойко переносят физические страдания, гораздо реже проявляют душевные слабости, не склонны впадать в панику. Тем самым лучше помогают себе и лечащему врачу справиться с недугом…
Есть ли в вашей медицинской практике наблюдения подобного рода?


– Полностью согласен, что врач-клиницист должен лечить больного, а не болезнь. Судьба больного с тяжелой травмой зависит на 50% от квалификации врача или бригады врачей, оказывающих специализированную помощь, и на 50% от духовного потенциала самого больного, его силы и воли.

При тяжелой травме у пострадавшего, как правило, развивается травматический шок, приводящий к тяжелым анатомо-физиологическим расстройствам, физическим страданиям и депрессии.

В моей практике был случай, когда на моем дежурстве к нам поступил пожилой человек с травмой плеча. Он был полный кавалер Георгиевского креста, верующий. На что я сразу же обратил внимание, так это на его нравственное состояние, силу духа. Он не впал в панику. Выслушал меня внимательно, поинтересовался, что будет с ним после оказания помощи. Последовала сложнейшая операция, которую он перенес с завидной стойкостью, после которой быстро пошел на поправку и, к изумлению всех, быстро выписался на амбулаторное лечение.

Диагностикой и лечением повреждений опорно-двигательного аппарата должны заниматься травматологи. Это их область – травматология и ортопедия. Еще «патриарх» советской травматологии, профессор А.В. Каплан в своем фундаментальном труде: «Повреждения костей и суставов» (М., 1979) писал, что наша современность войдет в историю как время появления и распространения политравм. Политравма – это множественная травма. Когда, говоря попросту, человека приходится «собирать». Поэтому в оказании специализированной помощи таким пострадавшим участвуют врачи многих специальностей (хирурги, нейрохирурги, урологи и д.р.). Поэтому мы, травматологи, повторяем вновь и вновь: берегитесь травм, потому что с политравмами они выступают «рука об руку».

– Есть к вам, Петр Николаевич, и такой, возможно, весьма специфический вопрос. Вспоминается мне мое босоногое детство. Бывало, собьёшь где-нибудь в лесу о корягу до крови ногу, присыплешь ранку землей и не заметишь, как всё вроде бы само собой заживает. О подобном и у Гоголя читаем – как запорожцы залепляли себе раны «жвачкой» из земли и пороха. И тоже вроде бы так излечивались. Может, в те времена иная была «экология»? В почве не столь много было всякого рода вредоносных микробов?

– Да, окружающая среда из-за деятельности человека стала более загрязненной. Ее ныне привычно, но неправильно называют «экологией», хотя экология – это наука о наших взаимоотношениях с данной средой. Экология не может быть плохой или хорошей. Плохими бываем мы. Горы мусора, отходов быта, загрязнение рек, озер – это среда для усиленного размножения микроорганизмов, в том числе болезнетворных. Бороться против пагубного отношения к природе нам всем надо сообща, всем миром.

Существует народный контроль, экологическая полиция, общество зеленых и т.д. Все это хорошо, но главным остается «личностный» человеческий фактор. Хочется вспомнить крылатое выражение: «Чисто не там, где часто метут, а где не мусорят».

– У многих из нас как-то не укладывается в голове, что при переломах рук-ног можно обходиться без всяких там лубков, гипса. Так и видишь привычную картину: лежит пострадавший на больничной койке, а его залитая в раствор нога для неподвижности висит подвешенной к кронштейну. А по методу Г.А. Илизарова, при использовании аппарата его имени пациенты с переломами конечностей сразу же начинают ходить, работать руками. Слышал, что приспособление это называется очень мудрено: «аппаратом для лечения переломов и заболеваний чрескостного компрессионно-дистракционного остеосинтеза». А нельзя ли для наших читателей объяснить сущность его применения как-то попроще?

– Знакомая картина – перелом кости… На многие недели, а зачастую месяцы пострадавшего заковывают в гипс, укладывают на скелетное вытяжение на больничной койке. Издавна считалось: кости срастаются медленно, поскольку кость – это твердая ткань, обладающая пониженной способностью к восстановлению. Как уже говорилось раньше, операции Г.А. Илизарова доказали обратное: кость – одна из наиболее активных тканей, и в благоприятных условиях она не только отлично восстанавливается и срастается, но и попросту растет! Аппарат Илизарова кажется несложным: металлические спицы вгоняются в кость, обеспечивая ее неподвижность, верхнее кольцо устанавливается над переломом, нижнее – под ним, они соединены стержнями. Внешне аппарат Илизарова напоминает модель конструктора. При всей кажущейся её простоте Г.А. Илизаров долго шел к своему методу. На это потребовались многие годы напряженного труда, и только необыкновенная сила воли, увлеченность и преданность делу помогли ему добиться этой цели.

Сроки сращивания переломов, отдаленные результаты лечения всегда интересовали травматологов. Так вот - при использовании метода Илизарова сроки срастания бывают в два раза короче, чем при традиционном лечении.

Сейчас применяются: спицевые, спице-стержневые и стержневые конструкции, что позволяет избежать несращения перелома, гнойно-воспалительного осложнения, главное – достичь сращивания тяжелых повреждений костей, т.е. множественных переломов.

– Интересно, а как вы относитесь к т.н. «народной медицине»? Ведь всегда и у всех народов были если не знахари, то по крайней мере умельцы-лекаря, которые и в травах разбирались, и могли худо-бедно и рану продезинфицировать, и повязку правильно наложить… Разные методики траволечения известны, например, с глубокой древности. Есть даже книги-руководства в этой области, они так и называются – «травники». И относится это не только к терапии – когда разболелся живот, ломит спину, донимает кашель, но и к травматизму. Кто из нас не прикладывал к нарыву на ноге лист подорожника, кого не «пользовали» при ушибах всякого рода примочками, компрессами из различных отваров… Да и сегодня, если опух сустав, то от знакомых непременно наслушаешься советов: «прикладывай капустный лист» или «на ночь колено оберни лопухом». Что здесь от правды, а что – от наших житейских предрассудков?

– Были, конечно, в народной медицине (да и бывают) знахари, умельцы-лекаря. Об этом свидетельствуют и труды, и народные поверья, и практика по оказанию помощи при различных неотложных состояниях, когда до медиков не «рукой подать». Это правда, что при колотых ранах целесообразно прикладывать лист подорожника и тысячелистника. При незначительных ушибах, растяжениях связок (дисторсия) прикладывают лист капусты, при температуре пьют морс из брусники и т.д. Все это происходит от правды, так как это относится к народной медицине, к опыту, проверенному веками.

К народной медицине есть, увы, негативное отношение, что зависит скорее от наших предрассудков. Например, схватила острая боль в животе. Если следовать предрассудкам, то некоторые люди дома начинают самолечение, используют сильные обезболивающие лекарства. Боль-то они этим снимают, но причина ее тем самым не устраняется. Затем вдруг может развиться осложнение, как, скажем, при остром аппендиците, переходящее в разлитой перитонит, т.е. воспаление брюшной полости. Словом, в этих вопросах нужна бдительность и бдительность! Самолечение, как таковое, – всегда опасно.

– Нам, людям, далеким от медицинской профессии, всю жизнь приходится довольствоваться ролью пациента. Но все-таки хотелось бы быть пограмотнее в вопросах своего здоровья. Прежде всего – в части травматизма. Что бы вы могли посоветовать нашим читателям не в смысле самолечения при травматизме, а в смысле первичных действий при оказании помощи себе и другим?

– Они должны складываться из следующих моментов:

Оценка состояния здоровья и самочувствия;

Определение тяжести травм;

Обработка вокруг раны раствором йода слабой концентрации, чтобы не вызвать химический ожог, при этом нельзя лить «в рану» этот раствор йода;

Промывание раны проточной водой, наложение повязки;

Если рана глубокая, т.е. повреждены все слои кожи и даже глубже, нужно ехать в ближайший травмпункт или травмотделение ближайшей больницы для оказания квалифицированной помощи и проведения профилактики от столбняка, т.е. особо опасной инфекции.

– Хотелось бы внести в нашу беседу такую важную, на мой взгляд, составную часть, как статистика. Видимо, она-то и характеризует в первую очередь и состояние здоровья народа, и само наше здравоохранение. Утверждают, что травматизм (особенно по Москве!) уже решительно вышел на второе – после сердечно-сосудистых заболеваний – место среди всех хворей, которые нас одолевают. Какая картина здесь вырисовывается? И еще: какие меры напрашиваются в борьбе с этой поистине катастрофической ситуацией?

– Вы правильно подметили, что в нашей стране травмы занимают второе место, уступая лишь сердечно-сосудистым заболеваниям. В РФ динамика снижения травм не прослеживается и составляет 13 миллионов в год! В структуре смертности травмы держатся у отметки 205,9 тысячи.

При дорожно-транспортных происшествиях (ДТП) она выглядит следующим образом: 2006 год – 26,8; 2009 – 21,2; 2011 – 21,2. На месте ДТП от травм в г. Москве гибнет 57%. По РФ ежегодно гибнет до 30 тыс. человек и более, из них пострадавшие дети составляют 12 тысяч. Травмы носят множественный характер, тем самым составляя высокий процент первичной инвалидности и летальных исходов.

Мне приходилось заниматься изучением смертности и летальности от травм по заданию НИИ травматологии и ортопедии им. Р.Р. Вредена в г. Санкт-Петербурге. Эта тема изучалась и в других регионах РФ. После проведенного научного изучения статистики по данным бюро судебно-медицинской экспертизы на базе историй болезней, протоколов вскрытия пострадавших мы пришли к следующему:

а) травмы и ранения, не совместимые с жизнью – смерть на месте, особенно опасны как в момент получения, так и при транспортировке в стационар;

б) отрицательно сказывается на общей картине неоказание неотложной экстренной медпомощи на догоспитальном этапе по причинам: дорожные пробки, отсутствие свободных бригад «03» на данной территории, а также недостаточное наличие специализированных бригад ССПП для оказания помощи пострадавшим при ДТП (борьба с шоком, интенсивная терапия, остановка кровотечения и т.д.)

Несмотря на тревогу общественности, меры по этой тяжкой проблеме по-настоящему не принимаются. Иными словами, у нас организационно не налажены:

1. Всеобщая культура поведения в быту, на улице, правила перехода улиц, работа с детьми как в школах, так и в учебных заведениях.

2. Строгие меры по безусловному исполнению водителями правил дорожного движения.
Статистика травм от лихачествующих водителей (пьяных и трезвых) удручает.

3. Эффективная санитарно-просветительская работа – через прессу, радио, телевидение, с обязательным привлечением к этому делу врачей, работников ГИБДД, всех, кто обеспокоен ужасающим уровнем травматизма в нашей стране.

4. Организация лечебной работы на догоспитальном, госпитальном этапах, профилактическое оказание медицинской помощи.

5. Создание ортопедических реабилитационных центров по всем регионам. В Москве такой центр должен стать всероссийским, образцовым.

– Петр Николаевич, последний вопрос к вам. При всех сложных жизненных ситуациях в обществе нашем неизбежно всплывает вопрос: «Что делать?» В СМИ утверждают, что для борьбы с травматизмом, нашим чуть ли не национальным бедствием, правительство намерено принять самые решительные меры. Готовится закон, резко повышающий ответственность людей за рулем при вождении автотранспорта в пьяном виде, за причинение травм гражданам будут удесятеряться штрафы, увеличиваться всякого рода «сроки». Власти намерены более решительно бороться с хулиганством как первопричиной криминального травматизма. И еще: ожидается увеличение спроса с коммунальных городских служб за состояние тротуаров, улиц, подъездов, всех тех «точек», которые всё больше поставляют пациентов для наших больниц и травмпунктов. Ждёте ли вы от всего этого серьезного улучшения той печальной статистики, которая так беспокоит сегодня нашу общественность?

– Как мне представляется, всё нужно начинать с самих себя. Наше поведение взрослых - дома, в быту - должно быть образцово-показательным для детей, подростков. Сегодня за руль многие садятся в состоянии алкогольного опьянения. Это уже преступление и правовую оценку ему даёт суд. Но нужно сделать так, чтобы пьяный водитель изначально не смел садиться за руль, т.е. профилактика. Для этого есть общественные организации, но к их работе нужно привлечь всё наше население консультироваться с ним, совместно обсуждать принимаемые меры.

Радует, что сейчас началась модернизация здравоохранения в Москве. Происходит объединение ряда поликлиник и создание хорошей амбулаторной службы с передовой технологией. Это позволит значительно улучшить и оснастить поликлиники современной аппаратурой, такой, как компьютерная томография. Другими словами, из поликлиники больные будут поступать сразу на специализированное лечение и обследование, и койко-дни в стационарах будут использоваться рациональнее.

Я вам поведал печальную статистику о ДТП и их последствиях. Для борьбы с травматизмом и ДТП особенно нужно принять самые решительные меры. Последние события в Москве, когда на автобусных остановках были сбиты – со смертельным исходом! – дети и взрослые, показывают, что мы действительно приблизились к национальному бедствию.
Нужно бороться, как вы сказали, и с криминальным травматизмом. Кто сегодня обращается за медицинской помощью вечером и ночью в травмпункты и травматические отделения городских больниц? Это, прежде всего, пострадавшие от хулиганов (причина – так называемая «бытовуха»). Большинство пострадавших находилось в состоянии алкогольного опьянения. Это еще одна серьезная проблема для нашей России.

– Сердечно благодарим вас, Петр Николаевич, за эту очень важную и полезную для наших читателей беседу.

С нашим гостем беседовал
специальный корреспондент
«Руси Державной»
Валентин Николаев

от 17.11.2018 Раздел: Февраль 2013 Просмотров: 432
Всего комментариев: 0
avatar