Добавлено: 13.12.2017

Патриарх Тихон и его время

Эта персональная выставка известного московского живописца, члена центрального совета ООД «Россия Православная» Филиппа Александровича Москвитина, состоявшаяся по благословению святейшего Патриарха Кирилла, явилась выставкой-посвящением столетию возрождения русского патриаршества и избрания Патриарха Тихона (Беллавина) на патриарший престол.

На выставке было представлено более 80 полотен, среди которых иконы, портреты святителей, патриархов, полководцев, философов, писателей, церковно-исторические картины.

Отмечая столетие событий, резко изменивших ход истории России, мы отмечаем не «великую октябрьскую», а начало Русской Голгофы, явление стоических подвигов людей разных сословий, противостоявших революции, отмечаем начало трудного пути к Русскому Воскресению.

В нынешнем году также отмечается столетие возрождения русского патриаршества после почти двухсотлетнего управления Церковью Святейшим Правительствующим Синодом, столетие начала служения любимого народом Патриарха Тихона (Беллавина) (1865–1825) в тяжелейшую для Церкви годину и небывалых в истории гонений.

Выставка Филиппа Москвитина, посвящённая этим событиям, открылась в день прославления Патриарха Тихона 9 октября. С приветственными словами на открытии выступили епископ Дмитровский Феофилакт, викарий Святейшего Патриарха Кирилла; известный историк Русской Церкви, профессор, протоиерей Владислав Цыпин; историк В.С. Думин; главный редактор газеты «Русь Державная» А.Н. Печерский.

На выставке звучали мысли о том, что картины Филиппа Москвитина вносят большой вклад в формирование мировоззрения молодого поколения и помогают воспринимать историю России как историю святой Руси.

Епископ Дмитровский Феофилакт отозвался о выставке так: «Сегодня мы встречаемся с творчеством соотечественника и русского художника Филиппа Александровича Москвитина. Такие явления происходят нечасто, но они всегда радостны и благоприятны, поскольку это не просто творчество, а сотворчество. Любой, уважающий себя творческий человек всегда должен помнить, что он не индивидуален в своём творчестве, но всегда, если хочет быть настоящим, профессионалом в своём деле, он сотворчествует с Творцом. И тот, кто чувствует над собою это благословенное состояние, достигает очень значительных высот… Филипп Александрович – глубоко верующий человек и у него очень устойчивое православное мировоззрение. Когда он через свои произведения делится с нами своим сотворчеством, совершенно очевидно, что этот человек не сам по себе, что часто его десницею управляет Сам Господь… Мы сегодня, можно сказать, празднуем торжество Православия. Все его работы, совершенно очевидно, подвигают нас к богомыслию».

Эта выставка адресована самой большой аудитории: школьникам, молодёжи, всем, кто интересуется историей России. Картины, выполненные в традициях русской классической живописи, возвращают нас от навязанного нам клипового мышления к цельному миросозерцанию, к высокомыслию.

Выдающийся мастер Андрей Тарковский писал в хрущёвское время: «Если падение искусства очевидно – это как раз налицо, а искусство – душа народа, то народ наш, наша страна тяжёло больны душевно». Сегодня и в кино, и художественном мире мы видим, как эти душевные болезни даже не прикрываются, но выносятся как норма! Чем же выздоравливать? Ответ очевиден: русским классическим искусством, насквозь проникнутом евангельскими истинами.

В 1989 г. наша Церковь причислила Патриарха Тихона к лику святых. На картинах Ф. Москвитина он изображён в разных ипостасях: как миссионер – «Прощание с Америкой», как Патриарх, как святитель, исповедник, мученик – «Взятие под стражу патриарха Тихона». На одной из работ патриарх рядом с Державной иконой Божией Матери. В марте 1917 г., в день отречения Государя Николая II от престола, в селе Коломенском близ Москвы была обретена икона Божией Матери в красных одеждах, с державою и скипетром в руках. Весть об этом распространилась в народе, и всем было понятно, что с этого момента Божия Матерь стала незримо управлять Россией.

Художник Филипп Москвитин говорит: «Патриарх Тихон представлен как Божий избранник. Он будет отвечать за жизни своих духовных чад, за жизнь всей Русской Церкви. Он не в ряду тех, кого мучили и казнили, он во главе гонимой Церкви. Он встаёт в этот год гонений, зная, что будут всех казнить и расстреливать, уничтожать храмы, расстреливать из пулемётов верующих, которые вышли защитить свои храмы».

Ничто не ускользает от внимательного глаза художника. Патриарх Тихон был избран на патриарший престол в праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы, а почил на Благовещение. Филипп Москвитин усматривает в этом особое благоволение Божией Матери к великому Первосвятителю – исповеднику.
Любопытен факт, что будущий Патриарх Тихон (Беллавин) и будущий просветитель Японии Николай (Касаткин) (его иконописный портрет работы Москвитина хорошо известен даже за пределами России) родились в русских деревнях на границе Тверской и Псковской губерний. Между ними какая-то сотня километров. В одно время рождённые, они в одно время понесли всему миру свет Христовой истины. Святые касаются друг друга, это не мною замечено.

Среди картин живописца есть сюжет с Патриархом Тихоном, когда он находился с церковной миссией в Америке. При нём епископская кафедра была перенесена из Сан-Франциско в Нью-Йорк в построенный им там храм святителя Николая. Воцерковляя Северную Америку, он посещал на байдарках алеутов, у него окормлялись индейцы, эскимосы, сербы. На картине изображён сюжет прощания с Америкой. Он отчасти навеян картинами Михаила Нестерова, перекликается с рембрандтовской картиной «Блудный сын».
Живопись Москвитина отражает принятие в православную цивилизацию других народов, когда в русское православие вливаются многие этносы и становятся единым народом.

Со щемящей ностальгией государственно-церковную симфонию царской России передаёт картина «Боже, царя храни. Празднование 300-летия Дома Романовых», на которой изображён Государь с цесаревичем – оба в своей офицерской форме, митрополит Тихон, светлые голубки – государыня с княжнами, казаки, встречающие их и поющие «Боже, царя храни…», а за царственными особами – вплотную идёт народ. Последний счастливый 1913 год России…

Сам художник уверен, что эпоха гонений прошла, началась эпоха прославления наших святых и подвижников. Рискну дополнить, что прошла эпоха гонений тех лет. Однако то гонение на священство московского патриархата, что мы сегодня видим на Украине, открыло новую страницу исповедничества и мученичества.

Об одной из картин Филиппа Москитина Петербургский литературный критик Валентина Ефимовская пишет: «Глядя на полотно «Арест Патриарха Тихона», мы осознаем, что в пределах земного человеческого бытия бывают времена, когда тьме удается пленить свет. Патриарх взят под стражу, но не ощущает себя побежденным и униженным даже в условиях бесцеремонно-хамского поведения прислужников новых хозяев страны, уводящих Патриарха на Лубянку. Композиция выстроена на фоне древней красной кирпичной стены Донского монастыря. Холодные чистые цвета зимнего пейзажа контрастируют с черными кожанками комиссаров, со жгучими адскими огоньками их папирос, выявляя сатанинские приметы власти темных сил. Белый куколь Патриарха и его ясное волевое лицо является смысловым центром картины, в которой, по сути, изображена трагедия временного одоления света силами тьмы, представленными непреклонными во зле большевистскими комиссарами и рядовыми ОГПУ.

О временности их власти свидетельствуют смиренные и непоколебимые в своей православной вере духовные чада Патриарха, склонившие головы под его пространственно отдаленное благословение. Это смысловое созвучие трагично и вместе с тем оставляет надежду: не одолеет тьма Вечной жизни».

Художник своим творчеством удерживает нить, связывающую царскую и сегодняшнюю, постперестроечную Россию. На картине «Обретение мощей Патриарха Тихона» изображён патриарх Алексий II, архимандрит Кирилл (Павлов), экзарх Белоруссии митрополит Филарет (Вахромеев), 90-летний священник Даниил, участвовавший в похоронах патриарха Тихона. К слову сказать, на похоронах патриарха Тихона в 1925 г. было в несколько раз больше народу, чем на похоронах Ленина в 1924 году. Художнику довелось знать людей, которые видели патриарха Тихона при жизни и которые дожили до его прославления. Благодаря им мастер соприкоснулся с той эпохой и смог передать её в своих картинах. Над темой патриарха Тихона он работает уже четверть века.

Многие из картин Филиппа Москвитина вполне можно воспринимать как фрески в храмовой росписи, поскольку они иконописны, иконографичны, лишены политичности, плакатности. К слову сказать, Филипп Москвитин возглавляет Комиссию по религиозному искусству в Московском отделении Союза художников России. В целом всё творчество художника выдержано в традиции, присущей лучшим образцам классической живописи. С этой точки зрения Москвитин в настоящее время является продолжателем традиции Виктора Васнецова и Михаила Нестерова. Важно для нас и то, что на лицах героев живописца «свет вечной жизни», как говорил митрополит Антоний Сурожский.

Выставка знаково начинается картиной «Семнадцать апостолов, миссионеров и просветителей…», на которой изображены святители, в предреволюционные десятилетия служившие с просветительской миссией по всему миру. Здесь и святитель Николай (Касаткин), создавший японскую православную Церковь, крестивший со своими учениками 30 тысяч японцев; святитель Нестор Камчатский; святитель Иннокентий (Вениаминов); святитель Иоанн, митрополит Тобольский; митрополит Софроний Иркутский; епископ Таврический Гурий; святитель Иона, епископ Ханькоусский чудотворец… Святителю Нестору Камчатскому в то время Государь дал разрешение свободно перемещаться в любой конец страны. На картине он изображён в митре из бивня мамонта, которую ему сделали камчадалы, крещённые им в православие.

По картинам художника Москвитина можно и нужно изучать отечественную историю. Она живо предстаёт перед зрителем в ярких, пронзительных образах выдающихся людей своей эпохи. Изображённый на картине митрополит Нестор Камчатский участвовал в Первой мировой войне, ходил в атаку, причащал умирающих, выносил раненых с поля боя, был награждён Государем двумя воинскими орденами и священническим крестом на георгиевской ленте. Он первый, кто построил храм святым Царственным страстотерпцам – в 1936 г. в Харбине, перевёз туда мощи святой преподобномученицы Великой княгини Елизаветы Фёдоровны, зверски замученной большевиками в Алапаевске.

Это митрополит Нестор Камчатский пытался в 1917 г. собрать верных офицеров и спасти Царскую семью. Но всё уже летело с колёс, слишком мощной была машина террора, развязанного революционерами.
За каждым из святителей и просветителей на этом монументальном полотне условно изображён храм или фрагмент природы того края, где они несли свою миссию: Аляска, Америка, Япония, Китай, Камчатка. Например, над Нестором Камчатским – северное сияние. В руках у святителя Гурия Крымского развёрнут свиток с надписью на китайском языке «Идите и научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28,19). Святитель Гурий переводил тексты Священного Писания. Вот где мощь и величие русского духа! Великие страницы русского подвижничества! Почти все эти архиереи – прославленные святые. Представители той России, о которой Чернышевский устами своего героя говорил: «Жалкая нация, нация рабов, сверху донизу – все рабы…».

Изображён в этом ряду и архиепископ Ювеналий Ижевский и Удмуртский, служивший в 1920-е и 30-е гг. в Харбине, затем в Сербии, а в 1940-е и 50-е гг. – на Дальнем Востоке, на Иркутской, Омской, Ижевской кафедрах. Рядом – чудотворец, владыка Иоанн Шанхайский, один из лидеров русской эмиграции первой волны. Пути святительского служения этих двух выдающихся подвижников пересекались, как это часто бывает. Сонм просвятителей, потрудившихся до революции, смыкается с сонмом просвятитетей, продолжавших служение в годы гонений, военных и революционных тягот, русского рассеяния по всему миру. Эта картина отражает Торжество Православия, которое единственно способно объединить народы – во Христе. «Россия – отдельная цивилизация и ключ к этой цивилизации – Православие», – говорит художник Филипп Москвитин.

Тема новомучеников едва ли не самая важная в контексте революционных событий, да и всей истории России. Она проходит красной нитью этой выставки. Среди представленных работ Москвитина изображены те, кто открыл первую страницу мученичества: Государь Николай II, Великая княгиня Елизавета Феодоровна, митрополит Киевский Владимир, убитый, по разным версиям не большевиками, а бандитами или самостийниками.

Писатель Василий Дворцов, посетивший выставку Москвитина, говорит: «Мы уже столетие живём вне религиозных императивов: цареубийство, первая в мире легализация абортов, поощрение отцепредательства…. Когда “нравственность выводится из интересов классовой борьбы”…. А ещё вспомнить, что к 1917 году количество сектантов и православных в России оказалось сопоставимо, плюс чуть ли не половина архиереев соблазнилась обновленчеством… От того и вычищаемся. И выздоравливаем новомучениками. Слава Богу за всё».

Среди картин Москвитина святитель Иларион (Троицкий). Он был правой рукой патриарха Тихона. На картине святитель изображён на фоне Соловков и – с другой стороны – Сретенского монастыря, написанного таким, каким он был до революции – с надвратной колокольней. Так каждая живописная работа несёт максимум информации о событиях того времени и судьбе героя картины.

Живописец Филипп Москвитин в частной беседе вспоминал такой эпизод с художником Виктором Васнецовым, которого спрашивали: «Вы 17 лет пишите богатырей. Зачем на это потратили такую большую часть жизни?». Он отвечал: «Россия огромная, но незащищённая. Я пишу защиту святой Руси». Филипп Москвитин уверен: «Сегодня защита святой Руси – это новомученики. Я пишу новомучеников Церкви Русской, миссионеров Церкви Русской и они мне всегда помогают, я чувствую их помощь. И чувствую, что именно их молитвами многие вещи сегодня в России меняются».

Протоиерей Павел Мурзич, настоятель двух подмосковных храмов, в своём приветственном слове на открытии выставки сказал: «На этих картинах мы видим, за что выступает наша православная Церковь, что есть наша Церковь. Наша Церковь выступает за то, о чём говорили все наши святые отцы… Если посмотреть на внутреннее состояние любого произведения Филиппа Александровича, то мы видим, что это не фотографические работы, а работы человека, который имеет чёткие, выверенные убеждения, правильный вектор, который для православного христианина направлен только к Царствию Небесному. Его картины – плод его трудов – показывают нам внутреннюю красоту человека: святых прошлого времени или людей, которые сегодня ещё только творят русскую историю…».

Среди картин этой выставки есть цикл «Святые и герои Смутного времени», среди которых патриарх Гермоген, Минин и Пожарский.

Самый почитаемый на Руси Патриарх, перед Тихоном, – Гермоген. Патриарх Тихон в 1917 г. отчасти оказался в похожих обстоятельствах, он писал воззвания к народу против большевиков, поэтому Ленин сказал тогда: «Мы не дадим Патриарху Тихону сделаться вторым Гермогеном». О том, чему противостал святой Патриарх Тихон, описал Нестор Камчатский в своей книге «Расстрел Московского Кремля». Это было самое начало гонений на Церковь, начало уничтожения русской элиты, а затем русской деревни и полнокровного русского крестьянства.

В Смутное время поляки, как известно, морили голодом патриарха Гермогена, который обращался с воззваниями к народу. Тогда народ смог подняться и победить иноземное иго. Целью поляков было сделать Россию частью Европы, чтобы прекратила существование русская православная цивилизация. Воззвания патриарха Гермогена тогда дошли до новгородских посадских людей, собравших ополчение. Имена князя Дмитрия Пожарского и купца Козьмы Минина навеки остаются в народной памяти как имена освободителей, спасших русскую православную цивилизацию. Их портрет, написанный Ф. Москвитиным, не раз выставлялся на тематических выставках. Присутствует он и на нынешней выставке. В этом же ряду на выставке представлена написанная Москвитиным Казанская икона Божией Матери, которая явилась в Казани во времена Иоанна Грозного. Спустя столетие, Патриарх Гермоген привёз образ Казанской Богородицы в Москву, где она стала широко почитаема. Список этой иконы патриарх отправил в ополчение Дмитрию Пожарскому и ополченцы каждый день молились ему перед боем. В день Казанской иконы был взят Московский Кремль. «День народного единства, посвящённой этому событию, как и дату победы над Наполеоном, я считаю таким же Днём победы, как и 9 мая», – говорит художник.

Главный редактор газеты «Русь Державная» А.Н. Печерский назвал художника великим гражданином: «Филипп Москвитин своим творчеством наступает на мрак нашего неведения. Открытие этой выставки несомненно приурочено и к столетию явления Державной иконы Божией Матери. Патриарх Тихон имеет непосредственное отношение к этому, потому что он написал акафист Державной. За хранение Акафиста Божией Матери Державной арестовывали и даже убивали. Мы сейчас живём в другое время. На эту выставку должны ходить школьники с экскурсиями… Через эту выставку люди должны увидеть истинную цену православной Церкви. Выставка помогает утверждению веры в наших сердцах».

Трагическую историю 20-х гг. XX века отчётливо представляют три портрета «Адмирал Александр Васильевич Колчак», «Генерал Пётр Николаевич Врангель», «Генерал Николай Николаевич Юденич». Колчак и Врангель изображены над пропастью – Колчак над студёной иркутской иорданью, Врангель на выступе крымской скалы. Генерал Юденич – под тяжёлым серым небом у двух свеженасыпанных могил с крестами, связанными из берёзовых колышков. Это могилы его соратников. За этими трагическими фигурами в воображении зрителя безмолвно встают и позорный Брестский мир, и отданная Лениным Прибалтика, и отданная Троцким Армения, такой кровью отвоёванная русскими воинами, в основном, казаками на Кавказском фронте. Но за ними ещё встают миллионные жертвы раскулачивания, расказачивания и Второй мировой войны, о которых пророчески говорил Достоевский, о которых писал владыка Иоанн (Снычёв) уже в 1990-е. Художник Филипп Москвитин, повторяя мысль протоиерея Александра Шаргунова, говорит: «Если бы не убили Царскую семью, не было бы Второй мировой войны».

Церковный историк, протоиерей Владислав Цыпин, выступая на открытии выставки, сказал о том, что более всего его впечатлили и показались особенно пронзительны портреты героев Первой мировой войны, ставших потом вождями Белого движения и портрет патриарха Тихона в красной рясе, цвета мученичества. Пусть он не был мучеником, хотя, причина его кончины так и не установлена, как говорит отец Владислав, но сердце его болело за своих духовных чад, погибших от рук революционеров.

Да, можно возразить, привести факты того, что белые генералы пользовались немецкими деньгами для спасения России от большевиков. Однако эта поддержка ничто, в сравнении с теми финансовыми вливаниями, на которые Ленин и Троцкий совершали «русскую» революцию, нанимая латышей и финнов, китайцев и японцев потому что русские зачастую не могли стрелять в русских…

Мы имеем то, что имеем. Трагической страницей отечественной истории остаётся русский исход, со всей трагичностью изображённый в творчестве Филиппа Москвитина. Надо сказать, что поколение, рождённое в 70-х гг. XX в., к которому относится художник Москвитин, духовно и нравственно уже не могло вмещаться в рамки с таким трудом строившегося, но так и не построенного социализма. Это наше поколение остро почувствовало, что тогда, с Российской империей, мы утратили ощущение святости русской культуры и истории, её имперское величие, которым и обусловлено подлинное национальное достоинство великого русского народа. Поэтому и благодарны мы своим учителям, сохранившим связь с культурой того времени.

«В Академии живописи было много преподавателей, – рассказывает художник Филипп Москвитин о своём творчестве, – но тех мощных личностей, чьи знания повлияли на моё становление, было несколько: сам Илья Сергеевич Глазунов, лично принявший меня в академию, учивший нас и собиравший каждую неделю в своём кабинете для создания эскизов на скорость. Вера Григорьевна Брюсова, раскрывшая нам многие тайны древнерусского искусства. Николай Николаевич Третьяков, давший нам основы композиции. А самым важным для меня был профессор отец Владислав Цыпин. Мне было семнадцать лет, я закончил МСХШ при институте им. В.И. Суриков и рисовать умел, прочитал всего Лескова, всего Достоевского и душа требовала воцерковления. На моё решение пойти не в Суриковский, а в Академию повлияло то, что Ильёй Сергеевичем были введены два предмета – Священная история Ветхого и Нового завета и История Церкви. Как же я был счастлив слушать эти лекции, а по субботам и воскресеньям, молясь на службах в Донском монастыре возле мощей Патриарха Тихона, у меня рождались замыслы будущих картин. Работа над ними началась с 1992 года, они выросли в полотна и были собраны в 2006 году в большую выставку в Музее Храма Христа Спасителя. Теперь она снова проходит в этих залах и благодарность учителям наполняет моё сердце, ведь они всё сделали, чтобы я служил единому нашему Учителю – Господу и Богу нашему Иисусу Христу».

Выставку неслучайно завершают портреты двух фронтовиков Василия Андреевича Старцева (деда художника) и Всеволода Андреевича Шубина, заслуженного геолога РСФСР. Но прежде них – фронтовик, ставший духовником трёх патриархов, великий русский старец Кирилл (Павлов). Это лица людей, не озлобившихся на тогдашнюю власть, но честно служивших своему народу. Таких были миллионы. Их ордена и медали – это заслуженная Победа, наследники которой – мы. Наряду с портретами фронтовиков – портреты великого государственного деятеля Петра Столыпина и великого русского философа Ивана Ильина. Всё это – слава и мощь России.

Нынешний нелёгкий год столетия революционных событий переполнен выставками, публикациями, телешоу, посвящёнными этой теме. И лишь в редких исключениях эти мероприятия могут дать возможность спокойного осмысления: а что же с нами произошло? Выставка во многом отвечает на этот очень важный вопрос.

Невозможно не заметить такую параллель: святой патриарх Тихон дан был русской Церкви и русскому народу как духовная опора и удерживающая сила в роковой час русской истории. На таком же роковом витке нашей истории – в канун 1990-х – русскому народу был дан владыка Иоанн (Снычёв), оставивший нам в своих работах («Державное строительство», «Будь верен до смерти» и др.) руководство к сохранению нашего государства. Удивительно, как святые связаны друг с другом. Патриарх Тихон был наставником будущего владыки Мануила (Лемешевского) и с его благословения противостоял обновленцам. А спустя годы митрополит Мануил стал духовным наставником владыки Иоанна (Снычёва). Неслучайно и то, что выставка Ф. Москвитина открылась в день 90-летия владыки Иоанна. Его портрет работы Ф. Москвитина известен и распространён во многих печатных изданиях.

Состоявшаяся выставка «Патриарх Тихон и его время» – это по сути начало экспозиции музея, посвящённого святому Патриарху. Он непременно заслуживает того, чтобы ему был посвящён специальный музей, где будет отражена его эпоха. Борьба с революционерами, борьба с обновленцами, заступничество за православный народ, сохранение Церкви – всё это сошлось в одном человеке. «То, что сегодня Церковь сохранилась такой, какой она была при святом митрополите Московском Петре, и даже при святом князе Владимире – это заслуга святого патриарха Тихона», – уверен Филипп Москвитин. Его исторические портреты и картины, которые выполнены так, что вполне могут быть помещены в храм, посвящённый Патриарху Тихону.

Художник уверен, что если мы будем молиться нашим новомученикам и исповедникам, будет меняться атмосфера в обществе, у нас будет другая рождаемость, другая армия, другое образование и медицина.

Многие зрители, видя экспозицию картин, высказывали мысль о том, что выставку необходимо возить по всей России. В виду того, что народ выстаивает многочасовые очереди на морозе, чтобы попасть на выставки классиков, пора задуматься людям, отвечающим за культуру в нашей стране, о том, что Москве и другим городам необходимы отдельные музеи – Васнецова, Нестерова, Сурикова, Серебряковой, Кустодиева и многих других любимых народом живописцев.

Русской живописью не меньше интересуются и зарубежом. Выставка Филиппа Москвитина в ближайшее время пройдёт в Америке, где чтут Патриарха Тихона как своего святого.

Выставку Ф.А. Москвитина можно считать визитной карточкой современного русского реалистического искусства, поскольку она достойно представляет традиционную русскую живопись в мозаике мировой культуры. Сам же художник в своей гражданской позиции являет нам пример собирания и удержания русского национального сознания.

Ирина УШАКОВА
от 18.01.2018 Раздел: Декабрь 2017 Просмотров: 118
Всего комментариев: 0
avatar