Добавлено:

Снайпер – это состояние духа!

Женщины в Великой Отечественной войне

Герой Советского Союза Л. Павличенко Если спросить любого, не очень искушенного во фронтовых делах человека, что такое «снайпер», то он скорее всего ответит: «Это особо меткий стрелок». Но в словах этих будет не вся правда, ибо обучить меткой стрельбе своего товарища по разуму при его нормальных физических данных и отличном зрении хотя и трудно, но все-таки это еще далеко не всё. Метко стрелять можно и в тире, и на спортивных соревнованиях, и на охоте — попадая белке не иначе как в глаз! Не беря при этом во внимание маленький «пустячок»: тебя при этом никто не выслеживает, никто в тебя не стреляет.

На войне сверхметкий стрелок всегда был, что называется, «на вес золота». В сражениях таких лучников-арбалетчиков почитали, берегли для моментов самых важных, решительных. И современных снайперов тоже никогда не посылают в атаку вместе с пехотой: не для того их пестовали, делали мастерами экстра-класса, чтобы напрасно рисковать ими в бою. «Отстрел врага» на фронте, как ни странно, не самая первая задача людей этой уникальной профессии. Разве что в самом начале войны, когда немцы неудержимо рвались вперед, нужно было всячески наращивать их потери — чтобы росло «фрицевское» сознание, что советские пули тоже их не щадят. Затем от наших снайперов потребовалось исполнение того главного, для чего они были призваны, — сбережение своих от огня гитлеровских профессионалов, которые, увы, зачастую были обучены не хуже, чем наши. Фронтовой (а не спортивный!) снайпер — это нечто особенное, требующее от него целого набора не только профессиональных, но и психофизиологических качеств: колоссальной выдержки, нечеловеческого долготерпения, умения управлять своими чувствами, своим стонущим в засаде, умоляющим изменить его положение телом. Твердо сознавая при этом, что поддаваться таким позывам, оставаясь по многу часов в засаде, нельзя: ответом на такую «вольность» может быть только пуля.

Вот почему профессия снайпера-охотника с началом войны стала постепенно становиться прерогативой наших отважных девчат. Подобно тому, как ловко, по сравнению с мужчинами-санитарами, умели они накладывать повязки, выхаживать раненых, так сноровисто, изумительно быстро приноравливались они к многотрудной и опаснейшей профессии, которая сродни оказалась лишь навыкам следопыта, подстерегающего жестокого и чрезвычайно коварного зверя. И потерь на такой охоте было немало.

Вот что писал командир одного из батальонов 1-го Белорусского фронта в январе 1944 года в качестве приложения к похоронке матери сержанта В. Н. Никифоровой, погибшей на своем боевом посту: «Уважаемая Елизавета Никитична! С прискорбием сообщаю, что ваша дочь, а наша верная соратница в борьбе с проклятыми извергами, погибла смертью героя от выстрела фашистского снайпера. На ее счету было уже 68 фрицев. Так что она успела отомстить врагам за горе, которое они нам причинили. Мы еще сквитаемся с ними за нашу Валечку. Обнимаю вас от имени всего батальона. Капитан С. Макаров».

…Здесь, на Брянском, дуэль с немецким снайпером шла уже много дней, а счет погибшим все рос. Видно, мастер экстра-класса появился на той стороне.

— Опять в засаде. До рези в глазах изучаю малейшие детали местности, — рассказывает бывший снайпер Анна Кошевая. — Иногда над окопами мелькают головы немцев, вот даже офицер их высунулся. Так бы и влепила! Но сегодня нельзя, даже если генерал усядется на бруствере. Таков приказ командира: нужен только снайпер. И все же подстерегла его: заметила-таки, что сегодня на одном из снежных бугорков немного иначе, чем вчера, расположился комочек снега. Мой выстрел все и решил… Вскоре в ответ на это немцы вызвали замену, какого-то знаменитого инструктора из берлинской школы. Дуэль продолжалась.

Что только не приходилось терпеть нашим асам для обеспечения своей многочасовой неподвижности. Знаменитый сталинградский снайпер Василий Зайцев (недавно его прах был перезахоронен на Мамаевом кургане) даже разработал целую методику «затаивания», которая как раз и обеспечила ему победу над хваленым немецким «асом» майором Кёнигсоном; даже фильм об этой легендарной схватке был поставлен на Западе! «Зимой мерзнешь, стараешься дышать за пазуху, чтоб пар был не виден, а летом комары да мошкара заедают так, что опухший глаз к оптике не подсунешь, вернешься в окоп — товарищи не узнают! Главное — пошевелиться нельзя: там тоже зорко следят, — рассказывал снайпер-сибиряк Егор Дымов. — Тут уж на смекалку надеешься: то чайник с кипятком в сторонке поставишь для введения в заблуждение немца, то к соседним кустикам бечевку протянешь, в нужное время чуть-чуть качнешь ветку — вот он и попался: выстрелит и тут же пулю получит. Так что в этом деле мы «фрицев» вполне переигрывали. И «на солнечный зайчик» ловили, и опыт финских «кукушек» использовали… Очень многому мы при этом от наших коллег-девчат научились — до чего же они были изобретательны! Как с оружием было? Мы работали со снайперской винтовкой Драгунова образца 1931 года. Для улучшения баллистики у нее был ствол особой обработки, и патроны мы получали особые, строго калиброванные. Оптический отечественный прицел 4-кратного увеличения был, правда, малость похуже немецкого, цейсовского. Но зато наша «машинка» оказалась лучше сбалансированной для прицеливания».

Да, тонкая это наука — дела снайперские! В ней и своеобразной романтики хоть отбавляй. С трудом, но помнится, как до войны на наших экранах шел западный, еще немой фильм «Снайпер». История в нем рассказывалась прямо-таки захватывающая. В Первую мировую, где-то на франко-германском фронте, на нейтральной полосе, уже давно привычно для всех лежал труп лошади. Снайперская война только что началась, и французы ночью заменили эту лошадь на муляж — подобрав всё чин-чином, по экстерьеру, по масти. И поместили туда своего снайпера. И стал он отстреливать «бошей». В фильме подробно рассказывалось о перипетиях этого противостояния.

Но всё же француза подловили на чем-то: то ли копыто у лошади шевельнулось, то ли под дождем она вдруг стала… линять. А у немцев в окопе оказался бывший жокей, вот и заприметил эти чудеса с лошадью. Словом, попался на этом француз…

25 июля 1943 года приказом Наркомата обороны СССР была сформирована Центральная женская школа снайперской подготовки. Как писал генерал армии дважды Герой Советского Союза П. И. Батов, «1885 выпускниц этой школы воевали на разных фронтах. Они уничтожили более дивизии фашистов… 180 из них погибли, пали от огня снайперов «с той стороны».

Да, порой и они стреляли без промаха. Так, известного писателя В. П. Ставского сразил их «ас», засевший в подбитом танке «пантера»; погибла при освобождении Белоруссии, будучи отрезанной на своей снайперской позиции, Герой Советского Союза Татьяна Барамзина…

А вот история, которую рассказала на «снайперских сборах» Александра Кузьмина:
— На нашем участке очень нахально действовал немецкий снайпер. И вот вызывает меня командир полка Князев: «Головой в пекло, стеклышко, не лезь, но фрица найди и уничтожь!» («Стеклышками» нас все ласково называли в полку)… Облюбовала себе участок в кювете, между двух раздавленных пушек. Наблюдаю.

Утром появился немец и направился к деревьям. Но почему без снайперской винтовки, вообще без оружия? Мысли заработали: значит, думаю, он оборудовал себе место на дереве, уходит на ночь к своим, а утром возвращается и «щелкает» наших. Решила не спешить, наблюдать. Он действительно влез на дерево, но странно, ни единого выстрела. А вечером, уже в сумерки, слез и пошел восвояси. Какая-то загадка… Три дня всё повторялось, как по расписанию… На четвертые сутки устала я. Да и нервишки стали сдавать. Как только фриц появился, взяла его на мушку. Но выстрелить не успела. Послышался откуда-то сбоку щелчок. Боль во рту, на приклад закапала кровь. Чтобы унять ее, прижалась подбородком к вороту шинели. Замерла, продолжая наблюдать в прицел. Вдруг левее дерева, куда три дня подряд залезал «мой немец», спрыгнул другой, со снайперской винтовкой. Так вот кто за мной охотился, а первый, безоружный, был для отвода глаз! Попалась на их уловку, нечего сказать. Пусть думает, что я убита, высунется, не выдержит. Так и вышло. Прижался он к дереву и смотрит в мою сторону. Тут я и нажала на спусковой крючок… Командир полка поздравил меня: «Этот фриц всем фрицам фриц! Офицер, матерый снайпер. До Москвы дошел». Хоть я и рассчиталась с ним, а ранил он меня основательно. Это был мой последний, 76-й. На нем и закончилась моя война.

А вот прославленный снайпер Герой Советского Союза Людмила Павличенко, на счету которой 309 гитлеровцев, свою борьбу на фронте совместила с работой… дипломатической. В 1942 году в составе молодежной делегации она была направлена в США, Канаду и Англию. Пламенные выступления этой «русской темноволосой красавицы», как писали о ней газеты, потрясли западный мир. Призывы девушки, уже лично уничтожившей более двух сотен фашистов, к открытию Второго фронта устыдили благополучную Америку. И хотя ее политики все еще продолжали тянуть со вступлением в настоящую войну с гитлеровской Германией, в народе стало все шириться движение за открытие второго фронта в поддержку России…

А тем временем снайперы на всех советских фронтах продолжали уничтожать захватчиков. Даже «на той стороне» о них ходили легенды. Когда на участок обороны 758-го стрелкового полка прибыл наш отряд девушек-снайперов и они сразу же открыли «счет», который всё рос, немцы не выдержали, стали кричать по громкоговорящей: «Рус-Иван, убирай снайпер. Мы тоже своих уберем!» А их остряки даже анекдотцы сочиняли: «Вили, ты что это все время на тот лесок поглядываешь?» — «Да там красивая русская девушка мне глазки строит». — «А почему же все время прячешься?» — «Так она глазки через оптический прицел строит!» Когда-то генерал-лейтенант Деген, командир противостоящей нашим на Северном фронте 2-й горно-егерской дивизии, хвастливо докладывал фюреру: «Мы здесь докажем русским, что есть еще фронт, прорвать который они не в состоянии». Но именно в той самой Петсамо-Киркенесской операции, когда состоялся прорыв в оккупированную немцами Норвегию, себя блестяще проявил отряд наших девушек-снайперов. Они за короткое время выбили всех наблюдателей, разбили оптику стереотруб в окопах, начали беспощадный отстрел офицеров… Предварительная подготовка к операции была проведена безупречно.

Итоги этой «женской снайперской активности» на фронтах просто поражают. Из более чем 800 тысяч наших девушек, участвовавших в Великой Отечественной, 86 было присвоено звание Героя Советского Союза. И очень высокий процент этих Звезд выпадает на долю снайперов, таких, как Наталья Ковшова, которая храбро сражалась в составе 130-й стрелковой дивизии и 14 августа 1942 года совершила свой бессмертный подвиг — до конца удерживая оборону на своем участке, вместе со своей подругой Машей Поливановой, тоже ставшей Героем Советского Союза, они подпустили врагов вплотную и оставшимися гранатами подорвали себя вместе с гитлеровцами. До ста с лишним «единиц» довела свой счет убитым немецким солдатам и офицерам снайпер-старшина Нина Петрова, кавалер ордена Славы трех степеней… Живой легендой, поистине символом сражающейся Родины-матери, стала храбрейшая из храбрых Людмила Павличенко, о которой уже было сказано выше.

И если вам повезет и вы увидите сегодня женщину-ветерана Великой Отечественной, на груди которой сверкнет значок «Снайпер», низко-низко ей поклонитесь.

от 22.09.2020 Раздел: Апрель 2007 Просмотров: 365
Всего комментариев: 0
avatar