Добавлено:

Сталинградская эпопея – великий урок истории

Сталинградская битва… В памяти народа нашего, да и в сознании здравомыслящих людей всего мира это событие отпечаталось поистине золотым оттиском. Битва на Волге стала переломным моментом в противоборстве с гитлеровским нашествием. Именно тогда, 70 лет тому назад, на берегах ее забрезжила заря нашей Великой Победы.

О Сталинградском сражении написано множество статей, книг, исторических исследований. И таких, в которых с волнением и гордостью рассказывается о великом подвиге нашего народа и его Армии, и таких, чьи авторы, в угоду западным и внутрироссийским переоценщикам и пересмотрщикам Великой Отечественной сочиняют байки о якобы «случайных» ошибках германского военного руководства, которыми «при явных превосходствах в силах» сумели-таки воспользоваться тугомыслящие советские генералы.
Здесь для наших читателей нам хочется дать объективную справку об этой решающей битве по спасению нашей страны, да и всего мира от фашистской чумы, как бы с «птичьего полета» взглянуть на то, «как это было».

Противостояние на Волге как боевая операция имело огромное протяжение во времени и в пространстве. Оно стратегически разделилось на две части: оборонительную (с 17 июля по 18 ноября 1942 года) и наступательную (с 19 ноября 1942-го по 2 февраля 1943-го). Первая ее стадия была для вермахта фактором изматывающим, вторая – разгромным.
Контрнаступление началось 19 ноября ударами войск Юго-Западного фронта и 65-й армии Донского. 20 ноября в атаку двинулся Сталинградский фронт. Умело спланированные и в большой тайне подготовленные удары обеспечили уже 23 ноября соединение наших передовых группировок в районе Калача. Некоторые «легкие на перо» аналитики способны при этом беззастенчиво воскликнуть: «Три наших фронта окружили всего лишь одну, 6-ю, германскую армию под командованием того самого будущего фельдмаршала Фридриха Паулюса!»

Оставляя в стороне подобных критиков вместе с их дремучим невежеством, вкратце дадим здесь подлинную картину событий.

Во-первых, по штатному расписанию немецких дивизий, участвовавших в Сталинградской битве, каждая из них практически в полтора-два раза (12-18 тыс. чел.) превосходила нашу, насчитывавшую 8-12 тыс. чел. По армиям превосходство гитлеровских войск было еще больше – только в Сталинградском котле в одной армии Паулюса (вместе с остатками 4-й танковой) насчитывалось свыше 330 тыс. человек!

Во-вторых, в ходе операции наших войск под командованием генералов Н.Ф. Ватутина, К.К. Рокоссовского, А.И. Ерёменко под общим руководством Г.К. Жукова и А.М. Василевского, кроме «окруженцев», в котле на пути к этому «окольцеванию» были полностью сокрушены 4-я немецкая танковая, 3-я и 4-я румынская, 8-я итальянская, ряд соединений венгерской армии, фактически уничтожены все участвовавшие в сражении на Волге германские военно-воздушные силы. Прибавим к этому еще разгром группировки «Дон» под командованием хвалёного германского фельдмаршала Манштейна, пытавшегося прорвать кольцо окружения.

В этой кровопролитнейшей с обеих сторон битве противник потерял в общей сложности полтора миллиона человек. Соразмерными с этими потерями оказались, увы, и наши. Но именно такой ценой был обеспечен перелом в нашу пользу всего хода Второй мировой войны.

В горниле сталинградского противостояния закалились, обрели высокое воинское мастерство такие полководцы как В.И. Чуйков, М.С. Шумилов, П.А. Ротмистров, А.И. Родимцев. Это их героически сражавшиеся соединения стали гвардейскими, чтобы потом непобедимой суворовской поступью двинуться дальше, к логову фашистского зверя, к лежбищам его хищных, но уже запаниковавших союзников.

После того, как местоблюститель патриаршего престола митрополит Сергий (Страгородский) уже 22 июня 1941 года выступил со страстным призывом к народу нашему всем миром восстать против гитлеровского нашествия, а Сталин в своем первом обращении к советским гражданам 3 июля 1941 года вслед за архипастырем назвал эту вой-ну священной и Великой Отечественной, началось поистине титаническое возрождение патриотического духа всего советского народа.

Сталинград стал апофеозом этого Восхождения. Оставшиеся в живых воины той грандиозной битвы в развалинах Сталинграда до сих пор помнят, как ходили они в бой не только с именем Родины, но и с именем Господа, как, уже не стесняясь политруков, перед атакой осеняли себя крестным знамением, творили молитвы.

«Я шел с Евангелием и не боялся» - эти слова известного всему православному миру старца архимандрита Кирилла (Павлова) стали заголовком статьи в нашей газете. Это когда ему, тогдашнему пехотинцу, в дыме и грохоте боя под ноги попали страницы из растерзанного взрывами Нового Завета. Уцелевшие листки его воин с благоговением пронес у себя на груди через всю войну.

…Далеко в прошлом осталась великая битва на Волге… Новые поколения и новые умы под влиянием не всегда дружественной к нашей стране пропаганды привыкли по-разному оценивать ее непреходящее для мира значение.

Не будем ни переубеждать таких аналитиков, ни спорить с ними. Приведем на этот счет лишь два авторитетнейших высказывания наших союзников по Второй мировой войне.

«Грамота Президента США Ф. Рузвельта Сталинграду в ознаменование героической обороны города: От имени народа Соединенных Штатов Америки я вручаю эту грамоту городу Сталинграду, чтобы отметить наше восхищение его доблестными защитниками, храбрость, сила духа и самоотверженность которых во время осады с 13 сентября 1942 года по 31 января 1943 года будут вечно вдохновлять сердца всех свободных людей. Их славная победа остановила волну нашествия и стала поворотным пунктом войны Союзных Наций против сил агрессии».

Х. Джонсон, настоятель Кентерберийского собора, Великобритания: «...Напав на Россию, Германия столкнулась с противником, который не уступал ей в силе. Двадцатилетняя антисоветская пропаганда была развеяна в прах событиями нескольких недель. Нельзя больше говорить о России, как о стране, где машины «связывают веревками и проволокой», где духовный мир человека подавлен, а хозяйство находится на грани развала. Сейчас знают цену таким высказываниям. И мы не устаем изумляться количеству и качеству русского оборудования, искусству русского руководства, изобретательности русской стратегии и тактики, храбрости, единству и самоотверженности всего русского народа…»

Да, победа под Сталинградом и поныне эхом прокатывается по всей нашей планете. Не дает уйти в небытие этому великому уроку Истории. Так этому и быть!
Дорогие наши соотечественники!

Братья и сестры, люди православные и все те, кому дорога наша общая Родина – Россия!
Славные ветераны Сталинградского сражения!

Всех наших сограждан и в первую очередь тех, кто участвовал в этой исторической битве, мы сердечно поздравляем с Юбилеем победоносного сражения на великой русской реке!

Наша вечная молитвенная память о тех, кто пал за свободу и независимость нашей Родины.

Редакция газеты
«Русь Державная»



Я шел с Евангелием и не боялся...



Эта великая страшная Отечественная война, конечно, явилась следствием попущения Божия за наше отступление от Бога, за наше моральное, нравственное нарушение закона Божия и за то, что попытались в России вообще покончить с религией, с верой, с Церковью. Перед самой войной не случайно почти все храмы были закрыты. Их к этому времени оставалось на Руси совсем небольшое количество. У противников Церкви была именно такая цель – вообще все прикончить. По высказыванию Хрущева, они покончат с религией в России к 1980 году и покажут по телевидению последнего попа. Таков был вражеский замысел: чтобы всюду царил полный атеизм.

Господь провидел эти вражеские планы, и чтобы не попустить их осуществление, Господь попустил войну. Не случайно.

И мы видим, что война действительно обратила людей к Вере, и правители совсем по-иному отнеслись к Церкви. В особенности, когда вышел декрет Сталина об открытии храмов в России.

Это, несомненно, подвигло милость Божию к нашей стране, к нашей Церкви, к нашим людям. По-человечески, конечно, можно сказать, что победил высокий воинский дух наших солдат. И надо отдать должное руководству страны, которое воздвигло такого гениального полководца, как Жуков.

В прежние времена Господь воздвигал для России Суворова, Кутузова. В наше время Георгий Жуков – это была милость Божия. Мы обязаны ему спасением.

Сразу же поднялась, окрепла и усовершенствовалась у нас военная техника. По-человечески мы все это относим к тому, что люди объединились и успешно работали на передовой и в тылу. Это правильно. Но силу, энергию и ум дал им Господь.

Когда я читал воспоминания маршала Жукова, мне бросился в глаза момент, где он пишет о том, как он поражался в начале войны гениальности стратегических планов немецких генералов. Потом он удивлялся тем ошибкам и просчетам, которые впоследствии они же совершали.

Это со своей стороны говорит Жуков. Я со своей стороны скажу: это все совершала премудрость Божия! Господь, кого хочет наказать, всегда лишает разума, ума... И тот же человек, который вначале проявлял мудрость, когда благодать Божия отступила, – совершает ошибки.

Когда Господь уже решил дать помощь нашему народу, нашей армии, Он омрачил умы фашистам, а нашим военачальникам дал мудрость, воинскую смекалку, мужество и успех. Господь давал силы, энергию, разум нашим конструкторам и инженерам для того, чтобы одержать победу. Как говорится: «Без Бога – не до порога!»

Беда в том, что мы не видим Промысла Божия и не воздаем Господу славу за то, что Он проявлял такое промышление, такую заботу. Это печально...

Собственно говоря, ведь Россия из ничтожества поднялась, выросла до великой державы только благодатию Божией, только силою Божией, чудесами... И никто об этом не хочет сказать...

Сколько милости получала наша страна во все времена, когда нападали на Россию. И только небесная помощь спасала от конечной погибели. А мы такие толстокожие, что не разумеем этой милости Божией, не хотим возблагодарить Господа. Без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15, 5). Мы все это относим к самим себе. Говорим: «я», проявляем гордость, а это как раз и пагубно. И за это Господь отдает нас врагам, чтобы смирить нас, чтобы не забывали Бога...

В первые месяцы войны наша страна входила в нее в тяжелом состоянии: поражение следовало за поражением. Противник шел без всякого сопротивления. И дошел до Москвы, до Сталинграда.

Когда Церковь, верующие люди молились со слезами, просили в молитвах Господа о победе русского оружия, молитва дошла до Господа. И Он вскоре переменил гнев на милость.

Москва была спасена чудом... Будь немцы посмелее – взяли бы ее голыми руками. Москва на волоске висела. Действительно, Господь страхом удерживал немцев...

И когда стали открывать храмы, такой был подъем в народе. Народ шел в храмы. И я сам был очевидцем этого...

После Сталинградской битвы, когда мы прибыли в тамбовские леса на отдых, в один воскресный день я пошел в Тамбов. Там только что открыли единственный храм. Собор весь был голый, одни стены... Народу – битком. Я был в военной форме, в шинели. Священник, отец Иоанн, который стал впоследствии епископом Иннокентием Калининским, такую проникновенную проповедь произнес, что все, сколько было в храме народа, навзрыд плакали. Это был сплошной вопль... Стоишь, и тебя захватывает невольно, настолько трогательные слова произносил священник.

Конечно, такой вопль, молитва простой верующей души до Бога дошла! Я в это верю на все сто процентов! И Господь помогал...

Простым людям кажется невидимой помощь Божия. Люди Бога не видят, не знают. Но связь невидимого мира с миром вещественным – непосредственная. Господь и нужных людей воздвигает, дает им опыт и мужество. Дает успехи в тылу и на фронте...

Я помню, как в начале войны наши танки, самолеты горели, как фанерные. Только появится мессершмитт, даст очередь – и наши самолеты валятся. Больно и печально было на это смотреть.

А позднее, во время Сталинградской битвы, я был прямо восхищен: катюши, артиллерия, самолеты наши господствовали, и было радостно за страну, за нашу мощь. Чувствовался подъем в войсках. Все были воодушевлены. Это Господь помогал нам! И потом, слава Богу, прошли мы всю Украину, освобождали Румынию и Венгрию, Австрию...

После освобождения Сталинграда нашу часть оставили нести караульную службу в городе. Здесь не было ни одного целого дома. Был апрель, уже пригревало солнце. Однажды среди развалин дома я поднял из мусора книгу. Стал читать ее и почувствовал что-то такое родное, милое для души. Это было Евангелие. Я нашел для себя такое сокровище, такое утешение!..

Собрал я все листочки вместе – книга разбитая была, и оставалось то Евангелие со мною все время. До этого такое смущение было: почему война, почему воюем? Много непонятного было, потому что сплошной атеизм был в стране, ложь, правды не узнаешь. А когда стал читать Евангелие – у меня просто глаза прозрели на все окружающее, на все события. Такой мне бальзам на душу оно давало.

Я шел с Евангелием и не боялся. Никогда. Такое было воодушевление! Просто Господь был со мною рядом, и я ничего не боялся. Дошел до Австрии. Господь помогал и утешал. А после войны привел меня в семинарию. Возникло желание учиться чему-то духовному...

В 1946 году из Венгрии меня демобилизовали. Приехал в Москву, в Елоховском соборе спрашиваю: нет ли у нас какого-нибудь духовного заведения. «Есть, – говорят, – духовную семинарию открыли в Ново-Девичьем монастыре». Поехал туда прямо в военном обмундировании. Помню, проректор отец Сергий Савинский радушно встретил меня и дал программу испытаний.

И я с большим воодушевлением начал готовиться. Ведь я же к церковной жизни не был приобщен. Вырос в крестьянской семье, родители были верующие. Но с 12 лет я жил в неверующей среде, у брата, и растерял свою духовность.

Господь дал мне такую энергию, такое желание! Многое надо было на память выучить. Молитвы, чтение по-церковнославянски. Я, невзирая ни на что, работал, учил все с таким желанием. Горел.

На экзамене дали мне наизусть читать пятидесятый псалом... Только половину прочитал – хватит, спасибо. Прочитал по-церковнославянски. Тоже хорошо. Затем сочинение было на евангельскую тему. А я Евангелие хорошо знал. На «пять» написал сочинение. И мне прислали извещение, что я принят.

Тогда уже я шинель снял и в фуфайке поехал. И все мы, кто там тогда был: кто, как и я, с фронта пришел, кто с угольных шахт, были испытанные жизнью...

Одним словом, я считаю, что наше неверие, наше невежество, наше незнание Бога, а также нарушение нравственных законов не могут оставаться безнаказанным. Мы не ведаем, что Господь промышляет не только о каждом человеке, а вообще о всей стране. Поэтому и война была. И это не без попущения Божия.

Если и волос с нашей головы не упадет без воли Божией, то тем более война. Это попущение Божие за нашу безнравственность, за наше безбожие, отступление. Господь попустил, чтобы это пресечь. Потому что пытались совсем задушить веру. Храмы все закрыты. Думали, покончили. Нет! Не тут-то было! Трудно идти против рожна.

Так и в будущем. Господь знает, чем смирить врагов. Попустил военные испытания, и вынуждены были вновь открыть храмы. Потому что этого требовал народ...

Сегодняшний хаос – это тоже, конечно, попущение Божие. И все эти войны на окраинах России – тоже. Если народ не опомнится, глубоко не раскается, не прекратится разложение нравов, то хорошего ждать нечего. Можно ждать только гибели.

Разве допустимо, чтобы в нашей стране, на Руси Святой, сейчас дали свободу бесовщине. Колдуны, маги, экстрасенсы, секты различные... Это, естественно, подвигает Божию правду на гнев. Господь с этим не может мириться. В Евангелии говорится: Ибо открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков, подавляющих истину неправдою (Рим. 1, 18).

Господь дает испытание: образумьтесь! обратитесь ко Мне. А то, что бесовщину допустили, – это страшное дело! И я не знаю, что и ожидать?!

Потому что, согласно библейскому сказанию, семь ханаанских народов были истреблены только за то, что они допустили поклонение бесам. Грехи человеческие – это по немощи. Но когда люди стали обращаться к темной бесовской силе, тогда Господь этого не потерпел. А у нас открыли им дорогу. Раньше колдунов сжигали на костре. И совсем еще недавно в нашем Уголовном кодексе за черную магию подвергали наказанию. А сейчас экстрасенсы кодируют людей. Это страшное дело. Мы стоим на грани жизни!

И если не образумимся, не раскаемся, не осудим себя, не обратимся к Богу, наказание неминуемо постигнет. Пока же Господь все это терпит за счет верующих. Церковь еще существует. Она молится и умоляет Господа: не попускай, молю Тебя! А всю нечисть Господь уничтожит!

Человек сам виноват в том, что отошел от Бога, от истины, ко лжи приобщился. А ложь никогда не дает человеку удовлетворения. Ложь есть ложь. Поэтому люди и задыхаются – оттого что во лжи пребывают. А если к истине обратятся, то почувствуют жизнь, радость!

Записал Андрей ПЕЧЕРСКИЙ
«Русь Державная», № 7-9 (19) 1995



Таинственное знамение над Сталинградом



Этот недавно найденный архивный документ времен Великой Отечественной войны по-своему уникален. В отчете уполномоченного Совета по делам Русской Православной Церкви сообщено о чуде, свидетелями которого были солдаты и офицеры целой воинской части, участвовавшей в боях за Сталинград.

После сокрушительного поражения под Москвой в декабре 1941 года германское командование рассчитывало нанести главный удар на южном участке – прорваться через Ростов к Сталинграду и на Северный Кавказ, а оттуда – к Каспийскому морю. Этим путем немцы надеялись достигнуть источников кавказской нефти и повести дальнейшее наступление на север вдоль Волги. Поэтому оборона Сталинграда представлялась советскому руководству важнейшей стратегической задачей.

В середине июля 1942 года в район города была срочно перегруппирована 62-я армия генерала Чуйкова, на которую легла основная тяжесть борьбы с 26 дивизиями противника. Предприняв в сентябре два штурма крепости на Волге, фашисты теперь готовились к последнему, генеральному. К этому времени в их руках уже находилась часть Сталинграда. Атаки врага следовали одна за другой. 15 октября гитлеровцам удалось овладеть Сталинградским тракторным заводом и на узком двухкилометровом участке выйти к Волге. Положение наших войск осложнилось: те части, которые действовали севернее завода, оказались отрезанными, но героическая борьба продолжалась, в течение месяца шли тяжелые уличные бои за каждый квартал, дом, за каждый метр сталинградской земли.

11 ноября фашисты предприняли очередную попытку штурма города. В этот день они смогли занять несколько корпусов завода «Баррикада» и пробиться к Волге. Героически сражавшаяся армия генерала Чуйкова оказалась рассеченной на три части. И вот в самый критический момент битвы бойцы на одном из участков сражения увидели над Сталинградом нечто такое, что заставило их содрогнуться: в ночном небе появилось некое таинственное знамение, указывающее на спасение города, армии и на скорую победу советских войск. К сожалению, в найденном документе нет конкретных сведений о том, что именно увидели воины в сталинградской небе, – было ли то явление Божией Матери, указующее путь отступления немецких войск, как это случалось не раз во время других сражений, или же какое-то другое знамение, свидетельствующее о явной помощи Божией нашему народу.

...Среди руин Сталинграда единственным уцелевшим зданием оставалась церковь в честь Казанской иконы Божией Матери с приделом преподобного Сергия Радонежского. И здесь, в Сталинграде, они явили свое заступничество пред натиском врага. Это подтвердили и дальнейшие события в ходе войны – разгром немцев и контрнаступление наших войск.

Без каски – в терновом венце



«Самый суровый военный 43-й год... После училища я оказался под Сталинградом, на Заячьем острове. Помню непрерывный грохот, какое-то хаотичное движение людей и машин. Кончилась белоснежная зима – кругом было сплошное месиво из грязи, снега и крови», – так вспоминает пожилой фронтовик, семнадцатилетним парнишкой, выпускником военного училища, попавший на знаменитый Сталинградский плацдарм. Каждый день его недолгой войны (до Победы 45-го – целых два года!) росло в нем беспокойное чувство последнего смертного часа. Потом он будет вспоминать, что страха тогда не было, – напротив, приближение гибельного конца даже прибавляло сил и отваги. Среди множества фронтовых рассказов о Сталинграде не затерялся и этот, записанный дедом для внука. С детской верой в истинность чуда припадем и мы к этим сокровенным воспоминаниям, как к источнику, в зной утоляющему жажду.

«Под моим началом была противотанковая батарея. В то утро, которое останется в моей памяти до конца жизни, мы залегли за бугорок в ожидании немецких танков. Но их все не было... Я вжимался в недавно выпавший снег – и вдруг с какой-то ясной пронзительностью почувствовал, что меня сегодня убьют».

Рыхлый снежок, припорошивший землю, черные стволы деревьев. А за ними, за каждым бугорком – фигуры залегших солдат. «И вдруг я вижу совсем незнакомого солдатика (поднявшегося во весь рост!) с винтовкой наперевес – лицо его было необыкновенно светлым, оно прямо-таки сияло. Я хотел ему по-командирски крикнуть: «Без каски! Ложись!» Но крик неожиданно застрял в горле.

А солдат этот, проходя мимо, провел рукой по моей ноге (как раз в том месте, где у меня теперь вмятина-шрам от пулевого ранения) – и неспешно удалился в сторону передовой, скрывшись в предрассветном тумане...»

Удивительная деталь: рассказчик до сих пор сохранил в памяти то дивное разлившееся в воздухе благоухание, которое ощутил он тогда, в момент столь неожиданной встречи с незнакомцем: оно напоминало свежий, легкий аромат спелого арбуза – какой-то неизвестный или забытый запах.

«Страх исчез, уступив место спокойствию и уверенности. Я хотел крикнуть ему вслед: «Назад!» – и даже схватился за кобуру, чтобы сделать в воздух предупредительный выстрел, но вдруг увидел появившиеся немецкие танки. Что тут началось – трудно даже представить! Сплошное месиво из комьев земли, обломков деревьев, человеческих тел... Помню, как меня что-то молниеносно ожгло и отбросило в вязкую жижу».

Он свято верит, что это было настоящее чудо: остался жив в том кромешном кошмаре и был только ранен в ногу, в том самом месте, которое как бы обозначил утренний незнакомец. «Он спас меня!» – утверждает фронтовик. И подходит к своей любимой домашней иконе: Христос в терновом венце – в глазах Спасителя всемилостивое сострадание и нескудеющая любовь к людям. Вот Он, Тот Самый Солдат, который спас его, семнадцатилетнего, в 43-м под Сталинградом!

Чудом было и то, что тогда его подобрали санитары, а ведь можно было истечь кровью или замерзнуть. «Тебе повезло, парень, тебе повезло», – твердил натолкнувшийся на него пожилой санитар. Но теперь-то он знает, Кто истинный его Спаситель! Господь может совершить любое чудо. И дается оно нам по вере нашей.

Из сборника
«Чудеса на дорогах войны»

от 20.01.2018 Раздел: Февраль 2013 Просмотров: 385
Всего комментариев: 0
avatar