Добавлено:

Те ли мы цветы?

Хотелось сказать несколько слов о народной музыке. Время непростое и трудное. Но всё-таки светлое. Пишу эти строки в светлый праздник Cретенья Господня. Встречается ли наш народ со своей культурой в настоящее время и каков уровень их общения? И много ли видим мы ярких и талантливых явлений, которые обретут ценность в русской культуре на долгие годы? И как они будут влиять на развитие духовности в будущем? Состоится ли эта встреча? Думаю, что да. Это от уверенности, что наш народ ещё крепок и мудр, и его глубокая история и православная культура не раз спасали нашу страну от духовного и физического истощения. А вот до светлой встречи сегодня дойти нелегко. Очень уж много по дороге к ней всяких подлых хитросплетений. Подчас коварных и неуловимых, в которых трудно понять истинные замыслы «троянского коня», десант из которого сытостью и фальшивым блеском разлагает душу русских людей отравленными идеалами о благе.

Те ли цветы мы кладём под утраченные идеалы, на которых крепла вера и духовность? Ту ли радость мы испытываем, обретая свободу материальных благ? И какая культура нас обогревает, уродуя национальное восприятие божественных истин? Думаю, что здесь надо молитвенно осознать ту духовную катастрофу личности и общественного сознания, которая на нас обрушилась, которая высвечивается из разных углов, заливая духовное пространство нашей страны брызгами алкоголя, одурманивая наркотиками, пошлостью и развратом, которая исповедует наглость и продажность. Больно осознавать, что она добилась больших разрушительных успехов в игрищах над умами молодых.

Происходит насильственный отрыв от детских ангельских восприятий мира, которые впитываются с молоком матери. Демократия старательно отрывает нас от русской песни, в которой содержится любовь божья, идущая от света и радости и великой памяти предков. Никакими супертехнологиями не измерить и не создать повторение божественного. Песня, этот младенец с глазами мудреца, вглядывается в глубокое прошлое с большой надеждой на будущее. Не это ли высокое проявление божественного? А через звуки русской колыбели пестуется познание мира, рисуя в маленькой душе небесные картины радости. Под звуки балалайки растёт духовная крепость. Не от чистой ли и светлой души, которая сохранялась всю жизнь, родились великие песни и великие музыкальные инструменты русского народа?

В этом убеждает сама жизнь. Мои поездки по России свидетельствуют об устойчивости национальной культуры. Хотя она сильно пострадала от силового давления зарубежной медиа-культуры. И слава Богу, что это ещё не самое дно, куда насильственно затаскивают национальную душу, где исчезают божьи истины и заповеди и где зарождается проклятье человечества. Народная вера в свои духовные идеалы – серьёзная защита от посягательств. И слушая русские песни и звуки родного инструмента, убеждаешься, что это мощная духовная крепость, которая спасает от катастрофы как физической, так и от духовной. Весь вопрос заключается в возможности исторического преодоления реки забвения и угасания. Испить родниковой воды православной веры и вкусить радость многонациональной культуры, не это ли опора духа.

Встречи со зрителями, как проявление тончайшей духовной связи, которая наполняет пространство общения родными и любимыми мелодиями, не только дают почувствовать человеку истинную радость, но и возможность познать себя и окрепнуть для преодоления духовного одичания, окунуться в утренний чистый воздух родного леса. Испытать сладостный трепет отеческого дома, как бы сесть на родительскую скамейку. Увидеть через окно цветущеи луг со свежим сеном, лужайку с ягнёнком и покосившуюся баню. Не здесь ли рождаются песня и музыка.… Это те цветы памяти, которые мы кладём родителям…

Талантливые музыканты, впитывающие многогранную жизнь народа, оберегают её, сердцем и душой защищая нравственный дух русской культуры. Музыка по силе влияния успешно побеждает. Она продолжает мысль слова. Она ведает словом. И создаёт полный образ бытия. Всё это видно в общении со зрителями. Особенно когда после выступления видишь перед собой светлые и чистые глаза, ощущаешь радость душевного очищения. В глазах этих читаешь не измученного бытием человека, а личность, преодолевающую внутреннюю безысходность, обретшую надежду и веру в свои силы. Не это ли очищение души, без которой не может быть будущего. Это те цветы, которые мы кладём во славу просветлённой души…

Недаром же исповедальность в музыке Чайковского и других великих русских классиков принадлежит к высочайшему состоянию покаяния, открывает дорогу любви к богу. Слушая её, внутренне исповедуешься. Она божественна, она слаще земной радости. Балалайка по-крестьянски слышит пространство России, и её неповторимый голос заставляет очнуться и вспомнить свою историческую родину, тихую деревню, в которой сердцем бьётся жизнь самой России. Балалайка любимый народный инструмент, поддерживая русскую песню, сохраняет глубокий образ русской жизни.

Редко услышишь звуки этого инструмента по радио. Но её душа живёт. Удивительное дело, когда в глубинке звучат народные напевы на струнах балалайки, всё вокруг превращается в свежую атмосферу народного единения и радости. Сколько раз видел это в Кемерове, в Кузбассе, в приполярном Норильске и в теплом Таганроге. И не только в России, но и в Болгарии, в Сербии, в Греции. А как тонко чувствуют балалайку японцы! Хотя порой не каждый поднимается до понимания музыки, идущей из трёх струн, как бы наполненных душой народа.

Хочу вспомнить одну из многих поездок в Японию. Как после концерта в пригороде города Нагое, где мы с Евгением отыграли два отделения, к нам подошла пожилая японка с маленьким внуком. Она очень просила исполнить русскую народную песню «Вот мчится тройка...». Мы, конечно, согласились. Пока мы играли, она держала руку внука и ему что-то рассказывала. Я обратил внимание на её лицо. Она порозовела и помолодела, у неё неожиданно выступили слёзы. Она волновалась так, будто переживала очень дорогие минуты своей жизни. К концу мелодии она уже не стеснялась и вытирала слёзы платочком, при этом тихо на ухо что-то шептала внуку. Меня это заинтересовало. Я решил спросить у переводчицы, которая была с нами. Она слышала, о чём говорила японка. Меня потрясло то, о чём она нам поведала. Оказывается, японка рассказывала о дедушке, который был в плену во время войны. Он находился в лагерях в Сибири около города Иркутска. И что самое интересное, что они жили в бараках и приходили с работы поздно ночью. Уставшие и измотанные, они лежали на нарах и пели русские песни. И те, кто не пел русские песни, не выжили. А кто пел, те остались живыми! Особенно была любимая песня «Вот мчится тройка удалая». Японка приезжала к мужу после войны, когда его амнистировали. Пока ехали домой в Японию, пели эту русскую тройку. Это чудо, которое свершается соприкосновением с русскими песнями. Пожилая японка ещё со слезами на глазах немного постояла около нас, потом по-японски поблагодарила и ушла, крепко держа маленького мальчика. Эта встреча была неожиданной, и меня она потрясла. Даже врагам наши песни помогают преодолеть тяжёлые невзгоды. Здесь есть о чем задуматься. Есть ли у нас желание вместе с детьми побывать на концерте русских музыкантов? Не является ли препятствием наша душевная пассивность, которая уничтожает желание защитить не только себя, но всё наше духовное пространство? Не теряем ли мы важное чувство соборной радости общения как основу русской жизни.
Побывав практически во всех уголках этой удивительной страны Японии, мы везде встречали уважительное отношение к русской песне, а уж к балалайке особенное. Такую любовь, пожалуй, и в России не встретишь. В чём загадка этого явления? Мне, кажется, что они достигли глубокого понимания нашей культуры, расшифровали и пополняют что-то важное, недостающее в сосуд своей национальной культуры. Мне пришлось наблюдать, как они сами и с какой любовью, стараются тоже играть на балалайке. Нет ни тени вульгарного подражательства, ни надругательства, ни кривляния во время игры, изображая пьяного медведя, что характерно для некоторых западных исполнителей, унижающих нашу культуру. А сколько искренности и уважения они даруют нашему инструменту. Играя на нём, словно нежно осыпают окружающее цветами сакуры. В этом национальная культура Японии, которую преданно любят. С таким же трепетом они относятся и к русской культуре. Нам стоит только позавидовать…

Но не всё потеряно. На Северном Урале я испытал нечто подобное, глядя на мальчишек, которые бежали за машиной, которая увозила артистов после концерта. Машина медленно двигалась по каменной дороге. И долго дети с улыбками махали руками, бежали рядом. Кричали, мол, приезжайте ещё, нам плохо без вас. И сколько света было в их лицах. Они пели песни и изображали игру на балалайке с каким-то особым восторгом. Мне подумалось, что этот край ещё не захлестнул мутный поток чуждой цивилизации. И это надежда на выживание. Только чистые помыслы и искренняя любовь делают поистине чудеса игры на инструменте, мелодиями которого в наше непростое время удаётся не только сохранить это уникальное искусство, но и обогатить его. Это есть те цветы, которые мы храним в своей памяти…

«Вот услышала балалайку-то…»,– тихо сказала старушка как-то после концерта в далёкой сибирской деревне, которая ещё царя помнила. Словно с детством повидалась и родителей помянула, и душе легче стало...

Без трепета в душе эти слова не услышишь. Какие глубокие чувства они отражают! Это и есть цветы любви к своей национальной русской культуре…

Юрий Клепалов

от 12.12.2018 Раздел: Июнь 2011 Просмотров: 293
Всего комментариев: 0
avatar