Добавлено:

Только любовь может победить в этой войне

Эта война намного более опасная, жестокая и лукавая, чем Великая Отечественная.
Битва против каждого из нас, против народа Украины и России! Если мы это не поймем, то бойня на Донбассе – начало конца. И для Украины, и для России…


В «общепланетарном сознании» относительно событий на Украине доминирует точка зрения американских и прозападных СМИ – мол, ничего страшного, идёт борьба с сепаратистами, которых науськивает на НАТОлюбивую Украину коварная Россия. Мы же, евроинтеграторы, вмешиваться не будем: пусть Порошенко наводит порядок. (О том, что тот же Запад под угрозой страшных кар запрещал Януковичу применять силу на Майдане, вся либеральная общественность давно и благополучно забыла.) В условиях тотального диктата глобальных СМИ правда просачивается снизу – от человека к человеку.

Именно таким образом и действовали священники Патриаршего Подворья Русской Православной Церкви в Тайване, рассказывая своим прихожанам (преимущественно китайцам) правду о событиях, происходящих на юго-востоке Украины. И на далёком острове возникла идея: собрать гуманитарную помощь для беженцев Донбасса.

Благородный почин тайваньцев поддержали и филиппинцы. В 2013 году острова приняли на себя основной удар тайфуна Йоланда, принёсшего огромные разрушения и смерть почти шести тысяч человек. Священник Кирилл Шкарбуль, настоятель Патриаршего Подворья Русской Православной Церкви в Тайване, сразу после стихийного бедствия привозил для пострадавших филиппинских семей гуманитарную помощь, собранную верующими. Теперь здешние жители, сами весьма небогатые, решили помочь беженцам в борьбе с последствиями разрушительного социального тайфуна по имени «Оголтелый нацизм».

Ростов. Встречи с беженцами и добровольцами


Тайваньцы и филиппинцы собирали для беженцев деньги и продукты питания, вещи и предметы первой необходимости, лекарства и витамины. Контейнер с «предметной гуманитаркой» ещё в пути. А денежную помощь решено было в России конвертировать в медикаменты, чтобы потом передать их нуждающимся. И о. Кирилл отправился на самолёте сначала в Москву, а после – в Ростов.

Представители одной из общественных организаций помогли священнику закупить в городе всё необходимое и решить «транспортный вопрос» – загрузить в автобус-пазик ящики с лекарствами и мешки с продовольствием. Здесь же, в Ростове, у о. Кирилла были многочисленные встречи с беженцами. По его признанию, услышанные истории стали для него настоящим шоком:

«Люди рассказывали о том, как они по кускам собирали своих родителей и детей… Я говорил с очевидцами гибели беременной женщины, смерти молящегося на коленях священника. Многие люди потеряли всё: дома, имущество, работу, близких, страну. Сердце обливается кровью от услышанного!»

В Ростове священник познакомился и с парнями-добровольцами, решившими отправиться на Донбасс и пополнить ряды ополченцев. В основном это молодые ребята, от 20 до 30, самых разных специальностей, из разных мест России, как правило, без военного опыта, зачастую даже не служившие в армии. Каждый из них воспринимает происходящее на Украине как трагедию, как начало борьбы Запада с Россией, и считает своим долгом и обязанностью встать на защиту Родины. Некоторые из добровольцев не решились сказать родным правду, «замаскировали» поездку легендой о командировке или отпуске. Разумеется, никакого оружия у них нет.

6 августа вместе с добровольцами (чуть больше десятка человек) о. Кирилл миновал пропускной пункт «Изварино» и на автобусе-пазике въехал на территорию Луганской Народной Республики.

Передача гуманитарки и первые впечатления


Священник, уже участвовавший в гуманитарной миссии на Филиппинах, представлял, что и на Луганщине будет примерно то же самое: он сможет раздавать медикаменты нуждающимся из «рук в руки». Но на Донбассе такой подход оказался невозможным. И вот почему. В сущности, о. Кирилл увидел не войну, а абсолютно немотивированную бойню , уничтожение мирных жителей. Ни один населённый пункт в зоне так называемой АТО не может быть гарантирован от внезапного миномётного, артиллерийского обстрела или бомбёжки со стороны киевских силовиков. При этом совершенно не важно, присутствуют ли в данном городе или посёлке ополченцы или их там никогда не было. Страшная бомбёжка Новой Кондрашовки и Станицы Луганской 2 июля 2014 года (которую, кстати, так и не признали руководители АТО), это никакой не «вывих» сознания, не ошибка пилота или разведки, а просто наиболее яркий пример основных целей АТО. Их две: 1) уничтожение и сгон с земли коренных, «расово-неполноценных жителей» Донбасса (т.е. материализация плана Юлии Тимошенко «огородить москалей колючей проволокой и сбросить на них атомную бомбу»); 2) запугивание остальных русскоязычных областей Украины данными зверствами, дабы окончательно сломить в стране волю к сопротивлению режиму в Киеве.

Потому никакое свободное передвижение «человека с крестом», с инсулином и «засвеченного» высказываниями в интернете против украинских нацистов на Донбассе невозможно, поскольку просто-напросто небезопасно.

Как таковой единой линии фронта не существует – есть некое «лоскутное одеяло», чересполосица, оперативная обстановка меняется очень быстро, и в таких условиях можно легко попасть под огонь или в окружение.

В гостях у «Якута»


Первые сутки о. Кирилл провёл среди ополченцев под Краснодоном, в подразделении командира с позывным «Якут». Священник рассказал, что в глубине души он ожидал увидеть «на странной войне» вместе с идейными бойцами всякую людскую «накипь» – наёмников, бандитов, уголовников… Ничего подобного: «Временами мне казалось, что я – среди своих прихожан. Очень много людей – под 90 процентов – верующих и православных, тоскующих по церковной жизни. Я привёз иконки, молитвословы, ленты с текстом 90-го псалма («Живый в помощи Вышняго…»), и всё это ополченцы у меня разобрали. Многие подходили под благословение, просили провести молебен, стояли в очередь приложиться к мощам, исповедоваться, на помазание елеем. Поразительны осмысленность и зрелость их суждений о том, что происходит на Украине. Эта война для них – столкновение сил добра и зла, света и тьмы. Они видят ситуацию глубже, чем многие политики: для бойцов происходящее на Украине – это не просто столкновение военных или экономических интересов, борьба олигархических кланов или следование командам из Вашингтона. Это, прежде всего, прельщение силами зла, искушение ложным, массовое умопомрачение, охватившее не только политический класс Украины, но и в значительной части само общество. На их глазах разыгрывается трагедия духа, материализовавшаяся смертями и увечьями, пожарами и разрушениями, убийствами и преступлениями».

О. Кирилла поразил не только высокий моральный дух ополченцев, позволяющий им удерживать намного превосходящие силы противника, но и гуманизм бойцов «Якута». Священник стал свидетелем бесед с тремя пленными – двумя солдатами и одним сотрудником СБУ. Поверженных врагов не избивали, не пытали. Армейских после жесткой профилактической беседы отпустили домой, спецслужбиста, скорее всего, ждёт обмен.
Но, конечно, у людей, потерявших своих близких, есть и ненависть, и боль, и желание мстить. В подразделении «Якута» воюет женщина – она пришла сюда, когда после артобстрела у неё убили дочь. Девочке оторвало руку, смерть наступила от болевого шока и потери крови…

Вот так и делают людей бесстрашными «сепаратистами»: этой женщине больше нечего терять, самое дорогое в её жизни у неё уже отняли, потому смерть для неё – не ужас, а избавление.

Священник рассказывает, что большая часть бойцов в подразделении – граждане Украины, причём не только с Донбасса, но и из других регионов. Есть и россияне – из необстрелянных добровольцев. Они со временем становятся опытными бойцами. Кто-то, конечно, возвращается и домой – по разным причинам. Так, на обратном пути о. Кирилл познакомился с мусульманином – уроженец Узбекистана, он провоевал чуть более двух недель, но теперь в Ростов приехала его мама, узнавшая, что сын вовсе не в командировке по работе, и пообещала ему, что двинется в район боевых действий, если он не покинет Донбасс…

На передовой и в штабе у Игоря Плотницкого


О. Кирилл очень хотел познакомиться с новыми властями Луганщины – гражданскими и военными, понять, что это за люди, какие цели они перед собой ставят. Священника пообещали отправить в штаб к Игорю Плотницкому (на тот момент – министр обороны республики, с 14 августа 2014 года – глава ЛНР). Двинулись в путь. И – оказались на передовой, где и пришлось провести ночь. Вместе с бойцами ополчения священник трижды попадал под внезапный минометный огонь. К счастью, никто не пострадал, обошлись даже без раненых. А один из ополченцев с позывным «Казак» в критический момент артобстрела даже прикрыл священника собой. «Это меня поразило необыкновенно, очень тронуло, признаётся о. Кирилл. Кстати, «Казак» – человек верующий, в мирной жизни делает оклады для икон».

Наконец тревожная ночь на передовой миновала. В сопровождении ополченцев священник отправляется в штаб обороны республики.

Беседа с майором Плотницким произвела на о. Кирилла сильное впечатление: «Это человек убеждённый, образованный, вдумчивый, глубокий. Он прекрасно понимает не только военную сторону дела, но и чутко прислушивается к настроениям и чаяниям луганчан».

Вот некоторые цитаты из этой беседы. Игорь Плотницкий: «Мы боремся со злом. Идеология украинского нацизма пропагандировалась долгое время на Украине, и многие люди ослеплены ею. В ней нет любви, нет патриотизма, только слепое обожествление нации и стремление уничтожать и порабощать людей. Идея украинского нацизма основана на ненависти к России. Мы противостоим идеологии ненависти и человекоубийства. Только любовь может победить в этой войне». И дальше: «У нас нет ненависти к врагам. Всех пленных мы отпускаем с условием, что они не будут больше воевать на стороне нацгвардии. У нас запрещены пытки. Почти все пленные, попадающие к нам, находятся в состоянии наркотического воздействия, мы помогаем им выйти из зависимости». И, наконец, о самосознании повстанческой армии: «Мы – православные христиане. Нам Христос заповедовал прощать и любить наших врагов. Для большинства ополченцев – это фундаментальный принцип, которым они руководствуются. Мы не хотим воевать, у нас нет ненависти к врагу. Самое главное, что у нас есть – христианское всепрощение. Это стержневая идея и дух Новороссии, наш фундамент. В этом наша сила».

Возвращение


Мы встретились с о. Кириллом в Москве на импровизированном брифинге – послушать рассказ священника собралось несколько столичных журналистов и наших коллег из Латвии и Украины.

– Мы должны понять, что началась война против Украины и против России, не формально, а по сути, – говорит священник. – Украина и Россия – один мир. Этот мир в огне, там разрываются бомбы, баллистические ракеты, уничтожаются целые города, сотни тысяч беженцев покинули родные места. А мы… Мы смотрим мыльные оперы, кривляния политиков-словоблудов, думаем, как вкуснее покушать, красивее одеться. А тем временем в Луганске и Донецке, где живут такие же люди, как мы, уже нет ни магазинов, ни электричества, ни ресторанов. Фрагменты разорванных снарядами тел лежат на центральных улицах.

Пора выходить из спячки, пока это не настигло нас! Только опомнившись, мы сможем избежать больших жертв. Началась война, намного более опасная, жестокая и лукавая, чем Великая Отечественная.

Битва против каждого из нас, против народа Украины и России! Если мы это не поймем, то бойня на Донбассе – начало конца. И для Украины, и для России…

Что ж, о. Кирилл выполнил свой долг в этой страшной и странной войне. Пусть каждый спросит себя: на чьей он стороне? Что сделал для победы? И что – мог бы сделать…

Лидия СЫЧЕВА
Столетие.ru


Фото Андрея Стенина

от 16.01.2018 Раздел: Сентябрь 2014 Просмотров: 267
Всего комментариев: 0
avatar