Добавлено:

ВЕЛИКОрецкий крестный ход

Исход

К самым известным, живым духовным святыням наряду со Святой землей, Афоном и прочим могу прибавить еще одно — Великорецкий крестный ход в Вятке.
 Однажды меня спросили: «Чем Ваш крестный ход отличается от множества других в России, что вы с ним так носитесь?» — «Многим похож, — ответил я. — Но и отличается. Главное отличие то, что он является по своей внутренней сути не просто литургическим почитанием Великорецкого образа Николая Чудотворца, а духовным исходом современного человека из современного Египта, то есть приближается или даже совпадает с Исходом народа Божия в Землю обетованную.

 Река Великая не велика. Не больше реки Иордан в том месте, где мы купались на Святой земле. Но именуя ее, наши предки будто знали, что значимость этой реки однажды будет настолько велика, что она оправдает свое название, и ни у кого это не будет вызывать вопросов.
 Не знаю есть ли какой регион России, откуда здесь, на крестном ходе, нет представителей. Из некоторых областей по десяти, из некоторых — по двадцати человек. Американцы, немцы, голландцы, испанцы, мексиканцы тоже здесь — коренные, а не «русскоязычные» в смысле происхождения. Православный интернационал. И все они присоединились к обету, чтобы святитель Николай и их землю прикрывал своим чудным покровительством всевозможными явлениями, невыдуманные рассказы о которых мы слышим из Китая, из Соединенных Штатов Америки…
 Как было сказано, крестный ход — это форма литургического почитания святого и его образа. В нашем случае мы видим, что это есть форма исполнения священного обета и утверждение связи Неба и Земли, Церкви Воинствующей и Церкви Торжествующей. Но самое особенное в Великорецком крестном ходе, что среди всех известных мне крестных ходов он более всего Исход. (Читай соответствующую книгу Библии). Мир соответствует Египту, идущие крестных ходом — Израилю, то есть народу Божию, место явления чуда Иконы — Земле обетованной.
 — А что такое народ в походе? — Это войско. И порядок там военный, и форма там военная, и дисциплина, и пища, и нравы, и ответственность. Там не дом, а военный стан. Там приказы не обсуждаются. Место стана святится, путь святится, каждый в походе — святится. В военном походе не заводят дружбу с местными жителями, не сеют, не пашут, не создают семей, не рожают детей. Только движение, только ветер в ушах, пыль на щеках, сапоги топ-топ…
 В те времена, когда за участие в крестном ходе преследовали, моя бабушка по маме «засулилась», то есть пообещала сходить в Великорецкий крестный ход по одному поводу. Просимое она получила, а вот исполнить обещание все откладывала, пока, наконец, не вскипело сердце от негодования на саму себя. И пошла. Я услышал про то, что она ходила в крестный ход от нее, когда ей уже было за восемьдесят, незадолго до ее кончины. Она уже путала события своей некороткой жизни, имена детей, но когда я спросил ее, помнит ли она крестный ход, она сказала: «Наверно, лучше всего помню». — «А что помнишь?» — «Все помню — иду и иду, топ да топ… Вот как будто и сейчас иду… очень легко и хорошо на душе…»
В крестный ход как ни собирайся, всегда что-то оставишь очень важное: деньги, еду, носки, клеенку от дождя, мазь от комаров. И прекрасно обходишься. В этом крестном ходе никто не гарантирует ни ночлега, ни обеда, ни медицинской помощи. Только ветер в ушах, топ да топ…И чем меньше надежды на организацию, тем эффективнее и быстрее помощь. Но чаще всего никакой помощи не требуется вопреки всякому здравому смыслу.
 Каждый год 3 июня, после Божественной литургии в Серафимовском соборе, молебна с акафистом на площади перед ним паломники начинают свое движение к Свято-Успенскому Трифонову монастырю, где чуть позднее — все рассчитано — завершается архиерейское богослужение и митрополит Вятский и Слободской Хрисанф благословляет Исход.
 Шествие со списком иконы и колонной священнослужителей во главе пересекает старую часть города и затем реку Вятку по мосту, выходя к заречной Макарьевской церкви, где последний акафист перед выходом из города. Здесь провожающие остаются. Старики, женщины и дети, немощный контингент, он как раз не остается , а идет дальше, потому что основу хода составляют как раз не «сильные», а люди с костылями, на колясках, престарелые бабули…
 Подъем еще затемно, в два часа ночи, при любой погоде. Длительность каждого перехода, ходки, полтора–два часа, значительный отдых, привал, обычно минут сорок, час. Второй день хода от Бобино до Монастырского имеет самой большой километраж. Конец колонны не видит начала с иконой во главе, начало не знает где конец. Есть благословленная предстоятелем хода замыкающая группа из паломников — крепких парней, врачей. Кроме авангарда духовенства в колонне хода идут священники со своими прихожанами, образуя островки…
 На каждом привале есть время приготовить чай на примусе или другой походной горелке, которых большое разнообразие в зависимости от возможностей и выдумки путешественника. Обычно сухой спирт и консервная банка, солдатский котелок, иногда мини-костер, но костры не благословляют по соображениям пожарной безопасности. Еда в котомках. Воду и квас выносят местные жители в деревнях, через которые движется ход. Так они принимают участие в нем.
 Третий день — снова выход в два ночи, затемно. Ночлег в доме достается не всем, все больше людей ночует у костров в палатках или вообще под открытым небом. На всякий случай кусок полиэтилена есть у каждого. Сыро и холодно, чуть позднее будет жарко, погода в крестном ходе меняется иногда радикально — играет. И жара, и гроза, и снег! Длительность пути в третий день километров двадцать пять, и к шести вечера паломники прибывают в Великорецкое — цель пути. Но посредине большой привал в бывшем селе Горохово, где остался только храм Казанской иконы Божьей Матери и чудотворный источник. Купель, купаются все, большой привал.
 В Великорецком встречают. Администрация, местные жители, поджидающее епархиальное духовенство, приехавшие друзья и родственники. Завтра утром Божественная литургия на берегу. А сейчас для кого отдых, для кого хлопоты, для кого служба и исповедь на берегу, которая длится до темноты — ведь причащаться будут несколько тысяч человек.
 Архитектурный комплекс в селе Великорецком был спроектирован по образу Града Небесного. Колокольня и две церкви и в окружении построек комплекса зданий и стен. С недавнего времени это мужской монастырь, до революции его здесь не было. Места для ночлега в Великорецком тем более не хватает для всех. Кто бодрствует всю ночь и несмотря на усталость об этом не очень жалеет…
 Тихо, стелется по реке туман. Впереди день большого радостного праздника…
 Крестный ход достиг Земли обетованной.

Священник АЛЕКСАНДР Коротаев

Главное чудо

 Последняя ночь перед Великорецким. И вновь мы в пути…
 Вышли из Монастырского, свернули на трассу. Ныне трудников особенно много, кажется, что дорога, включая обочины, заполнена народом на километр, море людей. Волнующая картина эта вливает в наши сердца новые силы.
 Вновь поворот. Четыре часа утра – самое время для молитвы. Поля, холмы, тишина и покой. Вьющаяся лента крестного хода, разноцветье одежды идущих – живой венок святителю Николаю от любимой им и возлюбившей его Руси.

Ведомая дивным чудотворцем идет Русь в поисках Царства Божия, исполняя евангельскую заповедь. Многие идут семьями, за руку с детьми, самых малых несут на руках, иные еще под сердцем у матери, катят в колясках больных.
 Третий день пути, вдали от населенных пунктов. Только дивный храм природы, воспетой Васнецовым, и молитва. Твори ее непрестанно…
 Раннее утро, привал. Утро третьего дня, оно самое таинственное, оно — награда за труды первых дней, предчувствие Великой... Удивительная одухотворенная природа, это уже владения Великорецкого чудотворца.
 На самом горизонте за холмами и лесами белеет, словно парит в небе храм в честь Казанской иконы Матери Божией (бывшее с. Горохово) как предвестие величественной троицы храмов Великорецкого, которые тоже в свое время увидим на горизонте.
 Покажется храм и скроется от нас на несколько часов пути и молитвы, и очищающего дождя. Пот, дождь, святые источники, слезы – те воды, которыми очищается трудник в своем восхождении на высокий берег Великой реки, где явлен был великий чудотворный образ святителя Николая, где планировка храмов отображает горний Иерусалим и где год назад основан был новый в России Николо-Великорецкий мужской монастырь.
 По красивой лесной просеке, окаймленной молоденькими сосенками, нескончаемой лентой движется крестный ход. Вертолет, единственный, неожиданно нарушивший наше уединение, низко несколько раз пролетает над нами. Думаем, и телевизионный оператор, снимающий ход, изумлен редкой картиной…
 Вот и Великорецкое, торжественная встреча. Радостью светятся глаза игумена Тихона, наместника монастыря. «Хранить обет предков – дело спасительное, – говорит он. – Совершен духовный подвиг».
 Это вечер 5 июня 2006 года. Среди полей и лесов Северной Руси, освященных 600-летней молитвой, на высоком берегу Великой реки в центре архитектурного комплекса – образа Иерусалима Небесного – совершается молебен. Вместе с братией монастыря молится собранный со всей России, включающий и посланцев из-за океана, многотысячный крестный ход.
 Буквально в эти же минуты в Иерусалиме, на Святой Земле, где протекает великий Иордан, собрались на «молитвенный митинг» западные христиане, намереваясь совершить в течение целых суток «молитвенный марафон», которым они решили встретить предстоящее 6 июня 2006 года – день, отмеченный числом 666 (в привычной форме записи числа, месяца и года он обозначается как 06.06.06), поскольку в этот день силы мирового зла, считали они, должны были активизироваться. Верующие во многих странах поддержали эту идею противопоставить злу молитву. Действительно, мир был встревожен, Верховная Рада Украины отложила даже свое, назначенное на 6 июня заседание, банки отменили часть своих операций.
 Мы не будем реагировать так на эту дату, как и, скажем, на простой порядковый номер страницы 666 в книге. Но молитва, конечно, православная молитва, всегда дело хорошее. И вот молитва тысяч православных христиан со всей России и даже дальнего зарубежья совершается ныне на реке Великой.
 Для православных христиан Господь Сам устроил все удивительным образом: независимо от нашей воли день 6 июня, который многие считали проблемным и опасным, совпал с вершиной мощнейшего всероссийского и становящегося мировым Великорецкого крестного хода – днем явления дивного чудотворного образа Николы Великорецкого с совершением на месте явления двух литургий, в том числе архиерейской, возглавляемой митрополитом Вятским и Слободским Хрисанфом.
 Добавим, что излишнее увлечение темой антихриста уводит нас от Христа – не потерять бы нам этого важнейшего ориентира в нынешней многосложной жизни. А ведь есть люди, которые, будучи приглашенными на Великорецкий ход, не пошли на него только потому, что поверили: 6-го будут показывать по ТВ антихриста, и надо никуда не ходить, а оберечь детей в этот день от телеприемников. Но это все равно, что в наших сражениях со злом газовые баллончики, образно говоря, предпочесть стратегическим ракетам (им по силе можно уподобить крестные ходы).
Наша Церковь призывает к особой трезвости в отношении к апокалиптическим пророчествам, нам должно чаять Второе Пришествие Господа нашего Иисуса Христа, а не ждать прихода антихриста. Последнее есть опасная духовная подмена.
 Великая, 6 июня. Много людей приехало на праздник. Среди них ветераны Великорецкого крестного хода, которые много лет ходили на него, а ныне по летам, по немощи телесной не могут. Целебную воду Никольского источника, радость пасхальную развезут участники праздника по всей Вятской и Российской земле, увезут даже за океан.
 Стих день, спит русская земля. В это время в час ночи в Преображенском храме Николо-Великорецкого монастыря звучит прощальный акафист, молитва, величание святителю Николаю. Молитва не только за Вятскую землю, но за всю Русскую землю, за весь мир. На Великорецком крестном ходе мы прикасаемся к тайне, непонятной миру: чего ради претерпевают люди такие лишения – пост, сон, порой, всего два-три часа в сутки на голом полу или под открытым небом, холод, заморозки (иногда твердая как камень, замерзшая за ночь земля и кратковременный отдых на ней), дождь, днем зной, немилосердно палящее солнце, комары. Переходы бывают под 50 км, с двух-трех часов ночи до вечера, с грузом за плечами, у многих весьма и весьма чувствительным, с преодолением лесных завалов, глубоких луж. Преодолевают все и дети, наравне со взрослыми, причем удивительно легко.
 Говорят, группа американцев снимала фильм о Великорецком ходе, ничего не могла понять и все допытывалась, почему мы идем, претерпевая такие лишения, когда можно просто сесть на автобус и с удобствами приехать на праздник.
 А тайна эта – в радости исполнения обета предков и труда ради Господа, в радости сопровождения иконы и чувства близости великого чудотворца Николая, который незримо идет с нами, в радости освобождения из плена греха и приближения к Богу, в радости объединения разрозненных людей в одну большую семью крестоходцев. Одним словом – в радости спасения. Здесь всем существом своим ощущаешь, как исполняются слова Спасителя: «Иго мое благо, и бремя мое легко есть».
 Выходим из Великорецкого, на небе крест из облаков, он слегка приглушен окружающими облаками, чтобы не вызвать у нас ненужной экзальтации. Будем помнить: главное чудо – это сотворение мира, бескровная жертва, приносимая на литургии, преображение человеческой души благодатью Божией.
 Главное чудо – это сам крестный ход…
 Очень важно уйти от разговоров друг с другом, грешника с грешником – это беда крестных ходов. А надо уйти в разговор с Богом. Благословлено, если мы находимся в отдалении от хора и не слышим его, творить Иисусову молитву. Очень важно удержать себя в состоянии молитвы, не раздражаясь от разговоров, если они рядом с тобой, не соблазняясь ими, не осуждая никого. Некоторые идут с четками. Не имея их, мы легко можем с помощью пальцев рук отсчитывать десятки молитв, задавая себе ритм хода и молитвы, обеспечивая ее устойчивость в окружении отвлекающих факторов.
 Но бывает, новички задают важные вопросы, и тогда священники отвечают на них во время движения, как и на службе в храме, в отдалении от алтаря, во время исповеди.
 Обет ежегодно носить икону на реку Великую давали вятские. Казалось бы, им и исполнять его, это их проблемы, как, увы, принято ныне говорить. Но нет. Крестный ход не только вятский, он действительно общероссийский. Идут удмурты, коми, мари, представители многих других народов со всей России. Николаю Чудотворцу, одному из немногих святых, молятся даже люди иных вер.
 Великорецкая святыня соединяет века русской истории и две династии. Первый русский царь Рюрикович – Иоанн Грозный и первый царь Романов – Михаил Федорович вызывали икону в Москву, с великим почетом встречая ее и молясь перед ней о державе нашей, о народе русском. Вспомним, ключевым в планировке Красной площади и всей столицы Российского Царства является дивный храм Василия Блаженного (Троицкий храм). И вот во время строительства его при Иоанне Грозном чудесным образом появился незапланированный придел, его посвятили глубокочтимому Николо-Великорецкому образу. И смотрит этот придел, эта дивная церковка на юг, в сторону Иерусалима. Одно время весь этот удивительный храм в самом центре Москвы именовался Николо-Великорецким.
 Крестному ходу официально придан статус Всероссийского. Вместе с тем в нем участвуют уже посланцы из многих стран мира, восхищаются им, познают Русь, принимают православную веру. В разные годы шли американцы, испанцы, немцы, чехи, японцы, жители далекой Австралии… Считаем, Великорецкий крестный ход имеет и общемировое значение. Через него, сильнейшим образом пробуждающего или оживляющего в людях веру, помимо прочего, возвращается в определенной мере, былое, утраченное зарубежьем почитание Мирликийского святителя.
 На Иринарховских чтениях этого года в основном докладе вновь прозвучала мысль, которую нам надо глубоко прочувствовать, сродниться с ней, поставить в центр нашего сознания и действия, ибо другого пути нет: «Для спасения России нужен духовный подвиг». Подвиг не одного или нескольких великих подвижников, молитвенников, но подвиг народа, подвиг, для начала, активной его части – русских людей, видящих масштабы разрушений, масштабы нашего греха (источника всех бед), горячо любящих Россию и жаждущих ее спасения.
 Великорецкий крестный ход, как и ход Иринарховский, как иные многодневные крестные шествия по Руси – это прекрасная возможность совершить свой малый духовный подвиг, вступив в борьбу со своим личным грехом, вместе с тем помолиться усиленно за ближних своих, за Россию; это прекрасная возможность внести весомую часть своего главного, молитвенно-покаянного вклада во спасение дорогого нам Отечества.
 И да принесем мы достойные плоды покаяния, изменим жизнь нашу по заповедям Христовым!
 Крестный ход шел уже по городу Вятке (Кирову), возвращаясь к Серафимовскому храму. Глядя на Великорецкое шествие, плакала на обочине пожилая светлая лицом женщина. То были слезы радости от утверждения, несмотря ни на что, веры Христовой на Руси. Добавим к этим чистым слезам слезы нашего покаяния, слезы о погибающих в пучине страстей обезумевшего мира собратьев наших, отдалившихся от Бога, и омоем ими нашу любимую Родину – землю Вятскую, всю землю русскую, которую так возлюбил и, верим, по-прежнему любит дивный чудотворец святитель Николай.
 Святителю отче Николае, моли Бога о нас!

Владимир ТАНАКОВ

от 25.10.2020 Раздел: Июнь 2006 Просмотров: 468
Всего комментариев: 0
avatar