Добавлено: 05.05.2017

Возвращение подлинной культуры народа

Что такое казачьи шермиции и для чего необходимо возрождение традиционной народной культуры? Об этом мы беседуем с членом попечительского совета Фонда имени священника Илии Попова, основателем казачьего информационного портала «Дикое Поле», организатором казачьих национальных игр шермиций, общественным деятелем Олегом Николаевым (г. Ростов-на-Дону).

– Олег Борисович, какие цели Вы ставите перед собой, как вице-президент Федерации казачьих воинских искусств «Шермиции»?

– Целями нашей работы является сохранение, развитие и популяризация воинской культуры, боевого искусства, состязательных традиций и духовно-нравственных ценностей казаков, возвращение исторической памяти потомкам казаков, сохранение этнической идентичности, диалог и преемственность поколений, пропаганда традиционных семейных ценностей.

– Слово «шермиции» – не знакомо для слуха жителей центральной России. Что оно означает и как возрождались эти казачьи праздники?

– Я с самого начала, с 1990 г., участвую в движении за возрождение казачества. С 2009 г. мы начали думать, искать, что может объединить всех казаков, явиться общим делом, независимо от их принадлежности ко всевозможным организациям, политическим взглядам и идеологическим пристрастиям. Нам нужен был живой инструмент для передачи межпоколенной связи и богатейшего опыта казаков. Таким инструментом у казаков всегда выступали традиционные шермиции. В «Донском словаре» Алексея Васильевича Миртова слово это означает поединки на праздниках у донских казаков. От слова шерновать – фехтовать. Автор этого словаря в годы продразвёрстки ездил по Дону, собирал материалы, записывал язык донских казаков. Это заслуживает всяческого уважения.

Шермиции всегда были приурочены к православным праздникам или ко дням поминовения героев-воинов, став уникальной особенностью календарно-праздничной и военно-траурной обрядности донских казаков. Сегодня это – своеобразная форма проповеди, в соответствии с Концепцией миссионерской деятельности Русской Православной Церкви: «использование принципа церковной рецепции культуры просвещаемого народа посредством живой проповеди, через воплощение православных идеалов в народной культуре и обычаях; освещение тех национальных черт, которые позволяют народам при сохранении своей культуры, самоуважении и самоидентификации внести свой уникальный вклад в молитвенное прославление Бога, пребывая при этом в гармоничном единстве со всей полнотой Церкви». Этими состязаниями община показывает свою силу, жизнеспособность.

– Почему лично Вам любы и дороги казачьи праздники?

– Я родился в казачьей семье, вместе с нами жил мой дед – казак станицы Ермаковской хутора Араканцева Первого Донского округа. Его отец, мой прадед был урядником, служил в 9-м Донском казачьем полку Донского казачьего войска. Во время вооруженной борьбы против советской власти он сражался в рядах Донской армии, в 1918 г. от своей станицы был кандидатом в делегаты Круга спасения Дона. Семья деда подверглась репрессиям, некоторые члены семьи были расстреляны, дед скрывался до 1936 г. во Владивостоке. После снятия ряда ограничений с казаков вернулся на Дон.

Благодаря деду я знаю о той казачьей жизни очень много, он сохранил старинные семейные фотографии, подробно рассказывал мне о жизни казаков-старообрядцев, из которых он происходил. Дед ещё казачонком был участником многих праздничных хуторских кулачных боёв.

– Расскажите, почему Фонд священника Илии Попова помогает проводить казачьи национальные игры шермиции?

– Священник Илия Попов – представитель донского духовенства. Его предки не одно столетие были казачьими священниками.

Родной брат походного атамана Войска Донского Петра Харитоновича Попова, отец Николай сейчас прославлен в лике новомучеников и исповедников, обретены его мощи и находятся в Волгоградской епархии. Он пострадал в 1919 г., а отец Илия продержался до 1937-го. Илия Попов был священником Мамантовского корпуса – (4-й Донской корпус Донской армии Вооружённых сил Юга России под руководством К.К. Мамантова в период похода на Москву по тылам красного Южного фронта – И.У.), участвовал в рейде на Москву, служил в Ростове-на-Дону, а последним местом служения была станица Великокняжеская, сегодня – город Пролетарск. Его открытое исповедничество веры было в самый пик противостояния, он собирал и окормлял народ, открыто протестовал против советской власти, за что и был казнён.

Внук отца Илии Попова Алексей Григорьевич Сухарев, доктор физико-математических наук, бывший профессор МГУ в начале 90-х уехал в Америку, стал основателем крупнейшей на сегодняшний день компании в сфере ITтехнологий. Сейчас он собирается возвращаться в Россию. Он основал Фонд имени своего деда священника Илии Попова. Задача Фонда – изучение церковной истории Дона, особенно кровавого периода с 1917 по 1920 годы. В станице Великокняжеской он поставил памятник своему деду и на его средства были отлиты колокола для храма. На открытие памятника собралось множество народа, потому что ещё живы люди, чьих предков крестил, отпевал, венчал отец Илия Попов. А. Сухарев ведет переговоры с местным руководством на предмет возвращения Пролетарску исторического названия.

Фонд сотрудничает с нашей организацией, которая занимается традиционными казачьими боевыми искусствами, состязаниями, играми, ведёт издательскую деятельность – переиздаёт дореволюционные книги, к примеру, переиздан фолиант «Единоверие на Дону» Н.В. Лысогорского, проводит научные конференции. К столетию большевистского переворота вышел фильм «Расказаченные», снятый Фондом.
Идея вынашивалась много лет, а вышел фильм как раз к столетию революции. Это фильм о трагедии России, казачества, по которому молох революции прошёлся целенаправленно, и нет на Дону, на Кубани, на Тереке ни одной семьи, где не было бы своих мучеников за веру, царя и Отечество.

В фильме рассказано о событиях, происходивших накануне 1917 г., о начале 1919 г., когда вышла директива о массовом терроре и началось расказачивание, далее – о коллективизации. В фильм вошли кадры, снятые еще в начале 90-х гг., когда удалось записать людей, детьми своими глазами видевших ужасы расказачивания. Дочь казака Фомичёва с хутора Мещеряковского станицы Мигулинской рассказывала, как казнили её отца, который встречался с Государем Николаем II. Царь подарил казаку книжечку на память, его дочь прятала её весь советский период и сохранила для потомков. Фильм смотреть очень тяжело, трудно смириться с тем, что ради каких-то иллюзий уничтожали тысячи людей. В целях продразвёрстки, коллективизации отбирали хлеб. Я знаю по рассказам своих родственников, как за найденное лишнее зерно казнили целые семьи. Станицу, не выполнившую план по хлебозаготовке, заносили на «чёрную доску» и она подлежала полному расселению или уничтожению. Станицу окружали, расстреливали людей, которые пытались бежать. Так уничтожили порядка десяти станиц на Кубани и на Дону, в том числе станицу Мешковскую.

Доход советского государства от экспорта зерна стоит на последнем месте, а зерна в хранилищах в тот момент было полно, оно сгнивало. То есть это была целенаправленная политика уничтожения непокорных вольных людей. Дон называли русской Вандеей. (Вандея – департамент во Франции, где во время Гражданской войны 1793–96 возник мощный очаг контрреволюции – И.У.). Это была арена, где развернулись главные события Гражданской войны, хотя они происходили и в Сибири, и на Дальнем Востоке, но крупнейшие сражения шли на Дону – Белая армия, Ледяные походы, Новочеркасск, Ростов-на-Дону.

– Каким образом Вы восстанавливаете историю своего Донского края?

– С 2009 г. мы исколесили весь Дон, снимали и записывали оставшихся стариков. Нас интересует культурное традиционное наследие: воинское, игровое, состязательное. Но всё равно о трагедии народа не умолчать. В 2012 г. на Верхнем Дону мы разговаривали с казачкой Александрой Коноваловой, которой было тогда 98 лет. Спрашиваю её, во что играли в детстве, а она невольно начинает свой рассказ с того, как они были в отступе за Доном, как убило снарядом её бабку. В каждой семье – пострадавшие, погибшие. Как говорят у нас на Дону: «Мы ходим ногами по антиминсу». Каждая пядь земли полита кровью новомучеников – это факт безусловный. Народ чудом выжил. Искалеченный, сегодня он пытается восстановить свою идентичность и занять своё место на своей земле.

– Нам, целой стране, Телевидение и иные СМИ пытаются сегодня навязывать антинародную культуру, взять хотя бы новогодние шоу на государственных телеканалах. Однако то, что сегодня на Дону всё шире разворачиваются казачьи праздники – шермиции, это один из симптомов выздоровления всего русского народа. Как начиналось возрождение этого культурного явления?

– Вначале нас собралось около сотни человек в Старочеркасске. Это старая столица, колыбель донских казаков. В Старочеркасске на кладбище возле Преображенской Ратной церкви были похоронены родители атамана Платова, генерал Краснощёков – сподвижник Петра I, весь генералитет донского дворянства. По этим надгробиям можно было изучать военную историю России. Когда в Старочеркасск вошли красные, первое, что они стали уничтожать – этот некрополь. Храм не разрушили, но полностью ободрали, разграбили. Можно понять тех казаков, которые боролись с большевиками не одно десятилетие, и оставшиеся в живых ушли с германской армией.

Старочеркасск имеет сакральное значение как духовный центр. Именно там проходили ристания, которые носили обрядовый характер и проводились на праздники, называемые шермициями. На праздник Покрова Пресвятой Богородицы в 2009 г. к нам приехали казаки с Кубани, несколько терцев. У нас этот день считается войсковым праздником. На Покров всегда служилась войсковая панихида, поминались все казаки, павшие в сражениях с врагами. За панихидой шли состязания.

Весной прошлого, 2016 г., в шермициях участвовало уже около семи тысяч человек. Посажение на коня, освящение оружия… Эти обряды, как и сами шермиции, включены сейчас в реестр нематериального культурного наследия народов России.

Детские лица на празднике – это радость для нас. Дети приобщаются к народной культуре, ощущают себя частью целого народа, ведь на шермициях представлены все поколения. Шермиции всегда проводятся после Пасхи, поэтому озарены особой радостью. А там ещё праздник святого воина Георгия-Победоносца.
Съезжаются кубанцы, терцы, уральцы, потомки казаков – эмигрантов. Последние годы даже иностранцы стали приезжать. Шотландцы участвовали в наших состязаниях – боролись на поясах, проиграли. В августе мы поехали к ним с ответным визитом, победили их в фехтовании на шотландских палашах, привезли три золотые и одну бронзовую медаль. Наши ребята в два дня освоили технику фехтования на палашах, шотландскую борьбу. В центральном парке XVII века собралось 25 тысяч зрителей, более 50 коллективов волынщиков. Нас принимали мэры городов, наш генконсул. Так что традиционная народная культура выводит нас на международный диалог. Не политики, а люди, народная дипломатия определяет, с кем нам дружить, а с кем – нет. Шермиции становятся уже не только нашим личным делом, в них участвуют люди, которые хотят помолиться или просто посмотреть на состязания.

Из Америки нам передали икону с мощами святого Иоанна Шанхайского. Она всегда пребывает у нас во время игр. Люди молятся, прикладываются. Мы привозим из казачьего храма из станицы Елизаветинской икону Георгия Победоносца, подписанную казаками, уходившими на службу в 1914 г.: «В дар родному храму». От неё засвидетельствованы чудеса. Храм 1864 года постройки пытались разрушить, начиная с 1918 г., но там всегда стояли казаки, служба никогда не прекращалась, икону из храма не вынесли. Большевикам, которые шли демонстрацией к этому храму, чтобы попытаться в очередной раз разрушить, явился Георгий Победоносец. После этого все попытки разрушить храм прекратились.

6–7 мая 2017 года шермиции проходят на территории крепости святой Анны в окрестностях Старочеркасска. В рамках мероприятия состоится научно-практическая конференция, посвящённая воинской культуре и состязательным традициям народов южной России. В нынешнем году, возможно, добавится ещё экономический форум. Приедут шотландские бизнесмены для обмена опытом. Центральное событие всего праздника – молебен великомученику Георгию, чин освящения воинских оружий, обряд посажения на коня.
На шермициях всегда бывает представлена и песенная культура. Мы привозим носителей этнокультуры. Одна из последних носительниц верхнедонской песенной традиции – Ольга Васильевна Пономарёва с хутора Мрыховского станицы Мигулинской Ростовской области. Ей под 90 лет, а приходится ехать к нам около 400 км. Мы звоним, спрашиваем, сможет ли она приехать, и в ответ слышим: «Только смерть меня остановит». И приезжает. Мы размещаем Ольгу Васильевну в особом шатре, где она исполняет песни, молодёжь общается с ней, записывает.

Помимо этого проходят женские конкурсы традиционных казачьих костюмов, ярмарка, где представлены различные ремёсла. Инструктор Андрей Сандалов из Волгограда – правнук полного георгиевского кавалера занимается с детьми – обучает их не только традиционным казачьим играм, забавам, но и владению оружием.

Шермиции как культурное явление перешагнуло региональные рамки и даже границы государства. К нам едут иностранцы, даже не потомки эмигрантов, а специалисты по этнокультуре, которые нечто похожее проводят у себя в странах. И надо отметить, что эти праздники проводятся трудами энтузиастов, никакого государственного финансирования мы не получаем. Подобные праздники стали проводить по всей России, в шестой раз потомки всех волн эмиграции и казаки провели шермиции в Калифорнии, в городе Сакраменто на базе Казачьей кадетской школы Донской иконы Божией Матери.

Беседу вела Ирина Ушакова
от 28.05.2017 Раздел: Май 2017 Просмотров: 918
Всего комментариев: 0
avatar