Добавлено: 20.08.2018

За три моря

Какая жажда руководила тверским купцом, православным человеком Афанасием Никитиным в его хождении за три моря? Купеческий интерес? Да, это важно, но мне кажется, привлекало его в далёкие дали здоровое любопытство и желание познания мира.

И, что удивительно, частица этого любопытства купца Афанасия Никитина, думаю, есть в каждом русском православном человеке. Так мы устроены, что и говорить, в современном человеке это не исчезло даже в нашу отнюдь не романтическую эпоху. Вот, к примеру, вынь нам да положь какую-нибудь заморскую страну, да ещё со сказочными чудесами и опасными приключениями, да так, чтобы не только на всю жизнь в нашей памяти она осталась, но и на радость внукам и правнукам. А ведь, как известно, не столько из любопытства, сколько с жадностью первооткрывателей сделали множество географических открытий русские люди, такие, как Афанасий Никитин.

Драгоценные камни, дорогие ткани, уникальные изделия не так волновали путешественника, как тёплое интересное общение с людьми в далёкой земле.

И вот, с частицей той любознательности путешественника, великого тверского купца, с его жаждой увидеть, что там за горизонтом, с неудержимой тягой к новым просторам, которые нас манят с детства, летели мы на самолёте десять часов с маленькой русской балалайкой в далёкую страну Мьянму, которая находилась за три моря. Наверняка там не знают русскую балалайку, как она передаёт и воспевает русскую душу. Вот уж воистину, для этого надо пролететь через три моря: Каспийское, Персидское и Андаманское.

Подлетаем к Мьянме, было хорошо видно, как огромная река, идущая из Китая через всё восточное побережье страны, разрезала своим течением похожую на нервные окончания южную часть полуострова на мелкие острова и вливалась широким устьем в Индийский океан.

Старый зелёный Янгон, столица Мьянмы, встретила юго-восточным азиатским солнечным теплом. Это хороший знак. Ведь всегда, как известно, культура была надёжным проводником для общения между народами. Это межнациональный язык, который и без слов всегда понятен. Наверно, Афанасий Никитин не зря завораживал гуслями и песнями из далёкой России, понимал особую ценность в общении и, возвращаясь с богатыми дарами, благодарил Бога, вспоминая тёплые встречи.

В дни праздника, посвящённого семидесятилетию установления дипломатических отношений Мьянмы и России бирманцы (Бирма - старое название государства) помнят ещё тёплые и дружественные отношения между нашими народами со времён Советского союза и советскую русскую культуру. В огромном зале культурного российского центра, построенного ещё советскими строителями, состоялся концерт ансамбля «Серебряные струны» и ансамбля русской песни и танца. Успех был ошеломляющим. Сказывалось не только узнаваемость русских песен, но и желание услышать глубокую лирику, задорные частушки и разудалые песни и танцы. А звуки балалайки и гитары настолько взволновали слушателей, что показалось, что находишься в России, и не случайно. Беседуя с одним из знатоков бирманской культуры и истории, он навёл меня на интересную мысль, что интонация нашей и бирманской музыки похожи, но претерпели сильные исторические изменения. Это бывает, а тут, похоже, связано с Тувой. У Бирмы и Тувы ведь одна религия – буддизм, и культура тоже похожая, и связь между ними – тысячелетняя. Это наши люди. Но это только догадка. Может, поэтому бирманцы очень тепло встречали нашего министра обороны. В советское время здесь была морская база. Нам повезло, здесь мы неожиданно встретились с кораблями тихоокеанского флота, и выступили совместно на концерте для бирманцев и военных атташе разных стран. Но это было раньше, когда были в первый раз в этой стране.

Бирма занимает особое место на южно-восточном азиатском полуострове по количеству пагод - это буддийские храмы. Самый величественный буддийский храм Шведагон вернее пагода, находится в Янгоне с высотой почти сто метров и является одним из чудес Мьянмы. Он окружён множеством небольших по размерам пагод. с сидящим внутри Буддой. По праздникам верующие приходят с семьями, где могут располагаться вокруг величественной пагоды, прямо на земле на своих ковриках. Мы наблюдали, как во время праздника луны шёл проливной дождь, и никто не уходил, укрываясь, кто чем: зонтиками, платками... Жалко было уезжать из зелёной столицы Янгон, где много парков, которую полюбили за спокойный ритм жизни, оставлять людей, которые не спеша живут, с добрым, почти русским сердцем. Но ехать надо было уже в новую столицу Нейпьидо. Это уже на север страны.

Дорога дальняя, скрадывало усталость то, что двухэтажный автобус был с мягкими сидениями. Эх, наверно, Афанасий Никитин позавидовал бы! Николай Рерих где то в этих местах путешествовал. Дальше мы двигались по отличной дороге в новую столицу Нейпьидо в современный красивый туристический город с внушительной пагодой и с национальной гордостью – белыми слонами, с множеством гостиниц и великолепным музеем камня. Да в этой стране много драгоценных минералов, металлов и морских чудес. Столица по стратегическому решению была построена на севере – подальше от реальной угрозы с южного моря. Здесь и проживают члены правительства и руководители страны. Именно здесь было официальное открытие праздника, посвящённого семидесятилетнему юбилею российских и бирманских дипломатических отношений. В этот день на концерте присутствовали члены правительства и дочь национального героя – уважаемая госпожа Аут Сан Су Чжи, лауреат Нобелевской премии мира за национальную борьбу. Она тепло приветствовала артистов из России. Эта удивительная женщина сильной воли, стойкости, европейской культуры подарила всю свою любовь своей родине. Артисты ей подарили русские сувениры, тепло поблагодарили за встречу.

Дальше дорога шла, как по серпантину, высоко в гору по извилинам, поднимаясь на горное плато, где находился прекрасный небольшой курортный городок. В этом тихом месте у горного озера была наша конечная цель. Мы прибыли в военную академию. Везде идеальная чистота, всё ухожено, да так, как будто здесь императорский дворец. Красивый парк с редкими растениями – это говорит о том, что высока не только внешняя культура, но и военная. Встретили и расселили в казарме в номерах как в трёхзвёздочном отеле. Заместитель военного министра перед концертом в большом зале военной академии встретился с участниками концерта и вручил памятные подарки, на что мы ответили сувенирами отличной мастерской работы. В академии преподавали и русские специалисты, которые тоже были на концерте. Тепло приняли песню «Прощание славянки». Я даже удивился, что здесь знают такую песню объединяющую веру и любовь к отчизне, она заряжает военных сильной энергией. В городе Мандалай, что не далеко от уютного городка с военной академией, была поистине молодёжная встреча. Концерт для студентов института культуры был открытием для них русской культуры, где блистал народный ансамбль «Кладенец», молодые ребята показывали своё мастерство и широту русской души, молодые зрители это почувствовали и от души аплодировали. После концерта студенты долго общались, фотографировались. Такое приподнятое настроение осталось у артистов надолго. Длинный путь на юг в г. Янгон пролетел незаметно, и утром следующего дня самолёт взял курс на Москву. За окном продолжала жить река Иравади, неся свои воды через всю Бирму, сверкая своими искрами на солнце, провожая полюбившихся гостей из России. С молитвой и радостью, артисты ансамбля «Серебряные струны» и народного коллектива «Кладенец» возвращалась на родину, унося незабываемые впечатления и любовь к стране за три моря.

Юрий КЛЕПАЛОВ,
заслуженный артист России,
композитор, солист
инструментального дуэта
«Серебряные струны»
от 19.09.2018 Раздел: Август 2018 Просмотров: 43
Всего комментариев: 0
avatar