Добавлено: 14.09.2019

Император-мученик

С вступлением Императора Павла I на престол в 1796 г. впервые доступ к Государю был открыт всем: «Все-все подданные и мне равны, и всем равно я Государь». Прошения принимаются ежедневно Павлом лично на вахт-парадах.

В одном из окон Зимнего дворца установлен желтый ящик и каждый может бросить в него письмо или прошение на имя государя. Ключ от комнаты хранился у самого Императора, который каждое утро сам читал просьбы подданных и ответы печатал в газетах.

Павел I – враг сословных привилегий и социальной несправедливости.

«Закон один для всех, и все равны перед ним», – говорил он, – «гонитель всякого злоупотребления власти, особенно лихоимства и взяточничества».

Отмечено, что «чувство порядка, дисциплины и равенства было руководящим побуждением его деятельности, борьба с сословными привилегиями – его главной задачей».

Писатель и драматург Август Коцебу, неоднократно беседовавший и общавшийся с Государем, писал в своих Записках о нем: «Император Павел имел искреннее и твердое желание делать добро. Все, что было несправедливо или казалось ему таковым, возмущало его душу...

Пред ним, как пред добрейшим государем, бедняк и богач, вельможа и крестьянин, все были равны. Горе сильному, который с высокомерием притеснял убогого!..

Народ был счастлив…

Из 36 миллионов людей, по крайней мере, 33 миллиона имели повод благословлять императора, хотя и не все сознавали это ...»

А вот что говорит о Павле Петровиче княгиня Дарья Ливен: «...Он обладал… литературной начитанностью и умом бойким и открытым, склонен был к шутке и веселию, любил искусство; французский язык и литературу знал в совершенстве…».

Император Павел – реформатор Русской армии


Никогда еще, даже при Петре I, законодательство не шло таким ускоренным темпом: перемены, новые уставы, положения, на все новые точные правила, «всюду строгая отчетность». Программа реформ была им подготовлена заранее. В ее основе лежали централизация власти, строгая государственная экономия и стремление облегчить тяготы простого народа.

Характерно, что большинство законов, разработанных Павлом и им введенных просуществовало вплоть до 1917 года. Обычно ругают армейские нововведения Императора Павла – «гатчинские порядки», испортившие армию Великой Екатерины. Приведем для справки оценку екатерининской армии английским офицером, наблюдавшим ее изнутри:

«Армия императрицы Екатерины II – более беспорядочная толпа, нежели правильно устроенное войско. Процветает масса злоупотреблений, вкравшихся во все отрасли управления войсками. Большинство высших генералов постоянно живут в столице, оставивши войска на свои штабы.

Многие офицеры постоянно живут в своих имениях, отдавая за это свое жалованье своим командирам. Солдаты, знающие ремесла, постоянно живут и работают в имениях своих начальников. Я насчитал до 50 тысяч таких отсутствующих солдат. [Это из общего состава в 400 тысяч! – БГ]

В Лейб-гвардии Преображенском полку состоит 8 полковников, 26 подполковников и 6 тысяч унтер-офицеров дворян на 3 с половиной тысячи рядовых.

Но каждый день в полку я вижу только одного майора, несколько писарей».

Дворянские недоросли, записанные при рождении в гвардейские полки, не служа ни единого дня в строю, к 16-17 годам получали звания гвардейских поручиков.

Такая армия категорически нуждалась в реформе. И став Императором Павел к таковой немедленно приступил. Отметим, что еще Цесаревичем он получил прекрасный опыт по практическому вниканию в многие проблемы армии в Гатчине, где под его началом находилась миниатюрная армия в 2500 человек, включающая в себя все виды войск.

Да и саму войну Император знал не понаслышке: он участник русско-шведской войны 1788-1790 годов. Туда он отправился добровольно, в качестве командира подшефного ему кирасирского полка.

Итак, какие же реформы провел в Русской Армии Император Павел I:

– Ввел реальную дисциплинарную и уголовную ответственность офицеров за сохранение жизни и здоровья солдат. Екатерина переписывалась с Вольтером на тему того, что править надо гуманно, соблюдая права человека, а тем временем в ее армии ширился и процветал настоящий беспредел, когда солдат били и калечили за что придется, по прихоти начальства.

– Ввел впервые в Европе награждение нижних чинов знаками отличия орденов «св. Анны» и «донатом ордена св. Иоанна Иерусалимского». До «деспота и самодура» Павла никто не додумался до того, что и солдат тоже неплохо бы награждать.

– Приказал все вновь открывающиеся офицерские вакансии занимать только выпускниками военно-учебных заведений или опытными унтер-офицерами из дворян, сдавшими экзамены по знанию устава и ведению военных действий.

– Запретил офицерам и генералам отпуска более одного месяца в году. Ввел отпуска нижним чинам по 28 дней в году.

– Ввел для нижних чинов как предмет формы суконную шинель с рукавами для зимнего и холодного времени (до этого времени солдаты имели на все сезоны только мундир, под который они поддевали кто что мог).

– Ввел для зимнего времени для часовых караульные овчинные шубы и валенки.

– Учредил лазареты при каждом полку. Приказал, чтобы лекарями в полк допускались только лица, сдавшие лекарский экзамен в Медицинской коллегии. До этого многие лекари, бывшие по совместительству брадобреями и палачами, признавали один способ лечения – «пустить кровь», некоторые могли выковырять пулю спицей.

– Под страхом каторги запретил делать удержания из солдатской зарплаты и под страхом смерти невыдачу солдатского жалования.

– Ввел для отставленных от службы из-за увечий или прослуживших более 25 лет солдат пенсии с содержанием таких солдат в подвижных или гарнизонных инвалидных ротах.

До этого указа солдат, оттрубивших «от звонка до звонка» (25 лет) или увечных инвалидов, выкидывали из армии и предоставляли выживать, кто как умеет. Как правило, солдаты занимались нищенством, а если здоровье позволяло, то промышляли грабежом на больших дорогах, сбиваясь во вполне боеспособные «незаконные вооруженные формирования».

– Запретил производство в унтер-офицерские чины неграмотных.

– Запретил использовать солдат в качестве рабочей силы в офицерских или генеральских имениях.

– Присвоил знаменам и штандартам статус полковой святыни, с той поры они должны находиться в полках до полного износа.

– Присвоил Спасо-Преображенскому собору в Санкт-Петербурге наименование «всей Гвардии собор», сделав его главным храмом Русской Императорской Армии.

– Ввел в армии «Вечернюю зарю» (композитор Д.С. Бортнянский). С 1813 по 1914 год музыка русской «Вечерней зари» исполнялась также в Прусской Королевской, а затем в Германской Императорской армии.

– Способствовал зарождению традиции создания полковых маршей.

– Основал Л.-Гв. Гусарский полк, Л.-Гв. Егерский полк, Л.-Гв. Казачий полк, Л.-Гв. 1-ю Артиллерийскую бригаду, Гвардейскую Конно-Артиллерийскую бригаду.

– Установил практику назначения мужчин дома Романовых шефами полков. И т.д.

В результате за несколько лет в армии был наведен образцовый порядок, существенно повысилась боеспособность, кардинально улучшился быт и условия службы нижних чинов.

Павел ломал сословные преграды и вместо новобранцев типа пушкинского Петруши Гринева младшие офицерские и унтер-офицерские должности (костяк и основа любой армии) стали заполняться грамотными, привыкшими к службе, опытными в военном деле людьми недворянского происхождения.

Ростопчин в одном из писем графу Воронцову свидетельствовал: «Нельзя себе представить, не видевши, чем сделалась наша пехота... Я видел ту, которая стоила стольких трудов покойному прусскому королю (Фридриху Великому), и я уверяю Вас, что она уступила бы нашей...».

Император Павел I и Русский Императорский Флот


Император Павел I способствовал возрождению флота и активизации его действий, строительству новых кораблей и новых портов.

Была впервые установлена тактическая единица эскадры – 4 линейных корабля линии баталии и 1 корабль в резерве, – установленная на основе опыта и введенная в целях удобства управляемости боевого строя. Был установлен новый состав флотов:

Для Балтийского моря – 45 линейных кораблей, 19 фрегатов, 23 судна 3 ранга, 4 бомбардирских корабля, 63 ластовых судна, 12 гребных фрегатов, 30 гребных плавучих батарей, 12 бомбардирских катеров, 200 канонерских лодок, 100 иолов, 4 брига и 9 галиотов.

Для Черного моря – 15 линейных кораблей, 10 фрегатов, 12 судов 3 ранга, 2 бомбардирских корабля, 10 плавучих батарей, 100 канонерских лодок и около 60 ластовых судов.

За короткое царствование императора Павла весьма энергично производились работы по расширению и дальнейшему оборудованию существующих портов, особенно балтийских – петербургского, кронштадтского и ревельского.

На Дальнем Востоке впервые с 1646 года была сделана попытка подыскать новый порт для учреждения в 1799 году особой Охотской флотилии – 3 фрегата и 3 мелких судна. Для тех времен это была крупная военно-морская сила не только для Охотского моря, но и для Тихого океана.

Цель создания флотилии – поддержка русского дела на океанской окраине и содействие научным экспедициям.

Создана Российско-Американская компания для освоения Русской Америки.

Значительные успехи при Павле I сделало кораблестроение России. За последние четыре года 90-х годов XVIII века кроме мелких судов в Балтийском и Черноморских флотах было спущено на воду 25 линейных судов – 17 линейных кораблей и 8 фрегатов, и начато строительство 5 линейных кораблей и 4 фрегатов.

Увы, дни Императора были сочтены, и в ночь на 12 марта 1801 года русский флот лишился своего Генерал-Адмирала, четвертого по счету и первого из императорской фамилии.

Прошло почти полвека после смерти Императора Павла I до назначения нового Генерал-Адмирала, Великого Князя Константина Николаевича.

Почему так случилось?

Прежде всего потому, что после смерти Павла I императором стал его сын Александр I Павлович. Период его царствования (1801-1825) характерен непониманием значения военно-морских сил для России, полной заброшенностью флота.

Флоту назначалась второстепенная роль, ограниченная одной обороной государства и не допускающая дальних самостоятельных экспедиций как дорогостоящих и не приносящих пользы. Одно время всерьез рассматривался вопрос о продаже Русского флота Англии.

Именно из-за такой политики Александра I мы и потеряли в начале 1825 года основную часть Русской Америки, де факто занимавшую всю западную часть нынешних Канады и США, – к западу от Скалистых гор, оставив за собой только холодную Аляску.

Второе воскресение морского могущества Российской Империи началось со вступления на престол Императора Николая I.

Император Павел I и Православная Церковь


Император Павел Петрович как любил Церковь святую, как чтил святые уставы Ея и сколько сделал для блага Ея. Не многие из Царей Русских подобно Ему служили Церкви Божией...
Преподобный Серафим Саровский


Перейдем сейчас к делам духовным. Император Павел:

– Увеличил штатное жалование духовенству.

– Начал награждать духовенство орденами, скуфьями, наперстными крестами и митрами.

– Увеличил вдвое ассигнования на духовные школы.

– Принял меры для обеспечения содержания вдов и сирот духовенства. Учредил Санкт-Петербургскую и Казанскую духовные академии.

– Способствовал перенесению в Россию иконы Филермской Божьей Матери (Согласно преданию, написана евангелистом Лукой), десницы Иоанна Предтечи и части Животворящего Креста Господня.

– Даровал в 1797 г. Александро-Невскому монастырю, основанному в 1710 г. Петром Великим, статус Лавры. Увеличил число монастырей с 385 до 452 – это за 4 года!

– И главное: Основой проводимой Павлом «консервативной революции» была попытка воссоединения расколотой в XVII веке Русской Церкви. Именно Император Павел постарался преодолеть трагедию раскола русского этноса и русского ментального поля в результате реформ Никона-Алексея.

Павел Петрович прекратил преследование старообрядцев. Разрешил старообрядцам строить церкви во всех епархиях. Принял «единоверие» (1800 г.) – компромисс между старообрядчеством и православием, присоединение части старообрядцев к Православной Церкви при сохранении их богослужебных обычаев. Сам молился с единоверцами.

В день венчания Императора Павла на царство в Успенском соборе Кремля царя посетила депутация старообрядцев (факт сам по себе уникальный!) и поднесла ему в подарок икону святого Архангела Михаила. Именно Михаил Архангел был покровителем дома Царя Давида – древнего Израиля в его царско-воинском аспекте, а также и старой, дораскольной Руси, – «Ангелом Грозным Воеводой». Тем самым подтверждение своей легитимности Павел получил не только от официальной России, с которой сочетался бракоподобным венчанием, но и от Руси потаенной, укорененной в царстве, коему «несть конца».

[Есть веское мнение, что тот русский Правитель, который поставит перед Церковью вопрос о трагедии XVII века, а затем сам, усадив все стороны в соборный круг, как это сделал на Стоглавом Соборе Иоанн Грозный, доведет дело до воссоединения – на основе благочестия Стоглава, но с признанием всей святости и всех святых послераскольного времени, прежде всего, преп. Серафима Саровского и Царской Семьи – и откроется как истинный Государь всея Руси].

Геополитика Императора Павла


Одно из главных неоцененных деяний Императора Павла – его верный геополитический взгляд, едва не вернувший России ее всемирно-историческое значение, в значительной степени утраченное в результате того же Раскола. Дело в том, что в 1653 году у России был прямой шанс встать на Амуре, занять Маньчжурию, застенный Китай и Корею, стать владыкой Тихого океана.

Вместо этого сменился вектор русской геополитики с просторов Тихого океана на узкость Босфора-Дарданелл. О которую мы потом два с лишком века разбивали лбы.

Произошел раскол русского суперэтноса, в результате которого самая пассионарная часть вместо расширения границ Православного царства ‒ расширения территории православия на земле, – извела себя в «гарях», восстаниях, скрылась в скитах и по сути была отделена от остального тела русского народа.

В результате по Нерчинскому договору 1689 года граница России была перенесена с Амура на север Охотского моря, и мы навсегда лишились выхода к теплым морям.

В 1694 году был создан Банк Англии, и, по Божиему попущению, – в результате «самоустранения Третьего Рима», – всемирной земной империей стала «Анти-Римская» Британская, говоря шире ‒ «англосаксонская». Занимающая первенствующие позиции на земле по сей день.

Чтобы оценить заслугу Императора Павла, очертим кратко мировую геополитику и геостратегию, – понимаемые как контроль над планетарным пространством, – за последние три века.

В глобальной геополитике два основных геополитических противника: Суша и Море-Океан. Причем под «Сушей» понимается ее евразийский «центр тяжести», «Сердце земли» – «Heartland» по-английски, – удивительным образом, совпадающий с границами Российской Империи и Советского Союза, до его «распада».
Это «Сердце земли», Хартленд, окружает так называемый внутренний полумесяц – Римленд, совпадающий с прибрежными пространствами Евразии, за преобладающее влияние над которыми идет борьба между «Сушей» и «Океаном».

И наконец, есть центр тяжести «Океана» – «Мировой Остров» или Внешний Полумесяц, назовем его для краткости Айленд, состоящий из материков и островов за пределами Евразии.

Силовая структура Айленда, заметим, целиком находится во власти «англосаксов», понимая под таковыми англичан и североамериканцев.

И всю эту силовую структуру Айленда, следует употребить, по мнению англосаксонских классиков геополитики, для уничтожения стратегического противника в лице Хартленда либо прямой агрессией, что до недавнего времени было чревато, либо, что сподручнее, путем удушения его стратегией колец «анаконды» – экономической или военной блокады.

Геополитическая конфигурация «Суши» и «Океана» неизменна и останется таковой до полного уничтожения одного из противников.

Английский географ и разведчик Хэлфорд Джон Маккиндер (1861-1947) в своем докладе «Географическая ось истории» (1904) предложил структурировать планетарное пространство системой концентрических кругов. В центре системы как раз и находимся мы, – находится «географическая ось истории», или «осевой ареал», тождественные понятию «Россия», или «Сердце земли». На охватывающей «осевой ареал» периферии – англосаксонский «мировой остров».

Главной опасностью для «Острова» Маккиндер считал возможный союз России и Германии: «...Скоро перед нашим взором явится мировая империя. Это может случиться, если Германия захочет присоединиться к России в качестве союзника».

А почти за десять лет до Маккиндера, американский адмирал Альфред Тайер Мэхэн (1840-1914) объяснил, как следует оптимальным образом сдавить «Сердце земли» в смертельных объятиях анаконды. Роль этих колец должен играть Римленд – постепенно расширяясь как некая континентальная часть мирового Острова, и все более приближаясь к границам Хартленда, а желательно и сминая их.

Как и Маккиндер американский адмирал совершенно справедливо считал, что интеграция с геополитическими потенциальными союзниками усиливает мощь государства. Поэтому ни в коем случае нельзя допускать создания аналогичных интеграционных образований у противника. Напротив, противника, следует разъединить, а лучше стравить между собой, и поодиночке удушать в кольцах «анаконды», перекрывая выходы к морским пространствам.

Самое любопытное, что Айленд в лице Британской Империи применял стратегию удушения Континента задолго до получения теоретического ее обоснования. Генерал Алексей Вандам, наш великий и неоцененный геополитик, еще в работах 1912-1913 годов показал, как расширяющийся Римленд постепенно стискивал в своих жестких объятиях Хартленд (не употребляя этих и иных нынешних геополитических терминов). Вандам говорит о постепенном отступлении вглубь Евразии «центра сопротивления» континентальной Европы.

Скажем, в середине XVII века таким центром можно было считать Мадрид – столицу крупнейшей на тот день колониальной Испанской империи. Затем этот центр отступает на восток – в Париж, а после Французской революции и наполеоновских войн, еще далее на восток, условно говоря – в Берлин.

Вандам предупреждал, что в смертельной для России конфигурации вступления в Мировую войну в рядах Антанты, – в противоестественном «союзе» с нашим вечным врагом Англией, – даже победа в войне станет для России геостратегическим поражением.

И центр обороны континента сместится к Москве.

Это было сказано в 1913 году.

Сейчас граница Римленда проходит у Смоленска, и удавка на шее Хартленда затянулась до предела.

«Баланс сил в Европе»


Генерал Вандам указал также механизм, с помощью которого мировой Остров в лице Англии осуществлял уже два столетия свои планы. Механизм этот именуется как «Баланс сил в Европе».

Как сказал сто с лишком лет назад один английский публицист подполковник Поллок: «Пока Европейские державы разделены на группы, и мы в состоянии будем противопоставлять их одну другой, Британская Империя может не опасаться никаких врагов…».

Надо признать, долгие столетия политика «Баланса сил в Европе» исправно служила Англии, по крайней мере с наполеоновских войн, помогая ей держать под контролем континентальную Европу без особых жертв со своей стороны. Это в определенной степени удалось Англии даже в Первую и Вторую мировые войны. Хотя здесь следовало бы точности ради, говорить уже об успехе стратегии не столько английской, сколько «англосаксонской».

Не зря один современный автор, назвал такую политику «разводкой лохов», уточнив при этом что лох – боевое подразделение в армии Александра Македонского, типа роты, составляющая четверть моры из тысячи бойцов. Таким образом, мора = 4 лоха.

Стоит уточнить, что, говоря о лохах, составляющих мору, автор использует греческую терминологию, но при этом уточняет, что по латыни мора (mora) означает умирание, замедление.

И именно такая мора нужна была Англии, для того, чтобы континентальная часть Европы начала умирание или замедление в своем развитии, что так блестяще выявили, например, обе мировые войны.

Император Павел: интересы России выше всего!


Но вернемся во времена Павла Петровича. Он недаром считается ныне едва ли не самым гениальным из русских Царей.

Внешняя политика Павла I – целиком подчинена национальным интересам России. Вступив на престол, он сказал канцлеру Безбородко: «Теперь нет ни малейшей нужды России помышлять о распространении своих границ, посему она и без того довольно уже и предовольно обширна... а удержать свои границы постараемся и обидеть себя никому не дадим; ... все содержать будем на военной ноге, но при всем том жить в мире и спокойствии».

Внешняя политика Павла – политика мира, политического равновесия и защиты слабых.

В начале царствования такими слабыми показались Императору королевские режимы Европы «обижаемые» революционной Францией, и фельдмаршал Александр Суворов был послан им «спасать царей».

Однако измена союзников по коалиции против Франции, использовавших беспримерный успех Суворова в Италии в своих корыстных целях, а также восстановление сильной власти во Франции в лице первого консула Бонапарта послужили причиной резкого изменения курса внешней политики. И хотя цели ее остаются прежними – прочный мир и политическое равновесие, – их осуществление Павел I видит теперь в союзе с революционной Францией.

В беседе с датским послом Розенкранцем Павел Петрович так изложил свою позицию: «Долгое время я был того мнения, что справедливость находится на стороне противников Франции, правительство которой угрожало всем державам; теперь же в этой стране в скором времени водворится король если не по имени, то по существу, что изменяет дело».

В этих словах Павел I проявил и прозорливость и широту взгляда! Нужно было обладать незаурядным государственным умом и мужеством, чтобы вопреки установившимся традициям и мнению ближайших советников так круто повернуть внешнеполитический курс страны.

Интересы России были поставлены новым Императором выше отвлеченных принципов легитимизма, – революционная Франция становится союзником России, – «две наиболее разобщенные географией страны – революция и крайний абсолютизм, встали во главе и на страже европейского порядка».

Сближение между великими державами идет быстрыми темпами.

«Франция может иметь союзником только Россию». Это сказал Наполеон Бонапарт.

Уже строятся совместные грандиозные планы: высадки войск в Ирландии, военных действий в Средиземном море, похода в Индию.

Англия оказывается в одиночестве: Франция, Россия, Пруссия, Дания, Испания, Португалия, Швеция, Голландия, Италия – все против нее.

В Лондоне царит паника, нет хлеба, закрыты европейские порты. Дания занимает Гамбург, Пруссия – Ганновер, казачьи полки устремляются к предгорьям Индии.

Правительство всемогущего Питта пало. Со дня на день ожидали объявления войны.

На этом фоне почти незаметным прошло присоединение Грузии к России по ее долголетним смиренным просьбам. Причем можно утверждать, что без личного участия Павла Петровича грузинам еще долго пришлось бы околачивать петербургские пороги. А ведь Грузии грозило буквально физическое уничтожение, это сейчас они такие самостоятельные. Так что денно и нощно Бога должны они всенародно молить за Императора Павла, за то, что вообще существуют.

Но вернемся к русско-французскому союзу. Укоренилось мнение, что поход в Индию – плод фантазии полубезумного царя. Оказалось, что это не так. По плану, составленному самим Наполеоном, русский корпус в составе 35 тысяч человек должен был в июне сосредоточиться в Астрахани.

Из Франции по Дунаю, Черному морю к Царицыну и далее в Астрахань на соединение с ним двигался 35-тысячный корпус во главе с талантливым и бесстрашным генералом Массеной, который по настоянию Павла I должен был возглавить франко-русские войска.

Затем объединенные русско-французские войска должны были пересечь Каспийское море и высадиться в Астрабаде. Путь от Франции до Астрабада рассчитывали пройти за 80 дней, еще 50 дней требовалось на то, чтобы через Герат и Кандагар войти в главные области Индии.

Поход собирались начать в мае 1801 года и, следовательно, в сентябре достичь Индии. О серьезности этих планов говорит маршрут, по которому когда-то прошли фаланги Александра Македонского, и союз, заключенный с Персией.

«Нельзя не признать, что по выбору операционного направления план этот был разработан как нельзя лучше, – пишет один из крупнейших специалистов по военной истории России XVIII-XIX вв. д.и.н. С.Б. Окунь. – Этот путь являлся кратчайшим и наиболее удобным. Именно по этому пути в древности прошли фаланги Александра Македонского, а в 40-х годах XVIII века пронеслась конница Надиршаха.

Учитывая небольшое количество английских войск в Индии (плюс наличие в Индии французских колоний – БГ), союз с Персией, к заключению которого были приняты меры, и, наконец, помощь и сочувствие индусов, на которые рассчитывали, следует также признать, что и численность экспедиционного корпуса была вполне достаточной».

Павел I уверен в успешном осуществлении франко-русского плана покорения Индии.

2 февраля 1801 года в Англии пало правительство всемогущего Питта.

Европа замерла в ожидании великих событий. Никогда раньше Россия не имела такого могущества и авторитета в международных делах. «Этому царствованию принадлежит самый блестящий выход России на европейской сцене», – признает Ключевский.

Вдруг с далеких берегов Невы пришла потрясающая весть – император Павел I мертв.

Узнав о случившемся, Бонапарт пришел в ярость. «Они промахнулись по мне в Париже, но попали в меня в Петербурге», – воскликнул он. «Они» – это англичане. В Париже были уверены в причастности Англии к трагедии, случившейся в Михайловском замке.

Англия была спасена, и история Европы пошла по другому пути.

Не будь этой трагедии, ясно одно – не было бы полутора десятилетий всеевропейских войн, не было бы Аустерлица, Ваграма, Фридланда, Бородино и битвы народов под Лейпцигом. Не было бы пожара Москвы, сотен тысяч, если не миллионов жертв с русской, французской и иных сторон.

В союзе две великие державы сумели бы обеспечить Европе долгий и прочный мир!

Август Коцебу: «Последствия доказали, что он – Павел – был дальновиднее своих современников в проводимом им курсе внешней политики...».

Русское безумие и английское золото


Павел I пал жертвой худшей части гвардии и придворных, недовольных проводимыми им реформами. Немалую роль здесь сыграл посол сэр Уитворт и «английское золото».

Как пишет в своем исследовании об Императоре Павле историк Евгений Шумигорский, «в Лондоне не только знали о готовящемся заговоре на жизнь императора Павла, но даже способствовали успехам заговора деньгами.

Многие современники, напр. кн. Лопухин, были убеждены в этом, но разумеется документальных данных отыскать нельзя, тем более, что о секретных делах в Англии министры, даже при смене, передавали друг другу на словах.

Светлейший князь Петр Васильевич Лопухин, сестра которого была замужем за сыном Ольги Александровны Жеребцовой, утвердительно говорил, что Жеребцова получила в Англии уже после кончины Павла два миллиона рублей для раздачи заговорщикам, но присвоила их себе.

Спрашивается, какие же суммы были переданы в Россию ранее?

Питт, стоявший тогда во главе английского министерства, никогда не отказывал в субсидиях на выгодные для Англии дела на континенте, а Наполеон, имевший безспорно хорошие сведения, успех заговора на жизнь императора Павла прямо объяснял действием английского золота».

Убийцы Павла I были бесконечно ниже его умом и характером, но они ославили свою жертву «полубезумным тираном», и никто им не возражал.

Слухи о его «странностях» и «жестокостях» в большинстве своем исходили из уст людей, стремившихся или оправдать убийство императора, или хотя бы с ним примириться.

Но самое страшное, что убийство Императора Павла вновь свернуло Россию с верного пути Высшей Стратегии – в терминологии генерала Вандама, – на который наша страна не вернулась по сей день. А героическую Русскую Армию ввергло в ряды английских лохов – и в наполеоновских войнах, и в роковой для судеб христианских империй Первой мировой войне.

Император Павел вместе с Наполеоном Бонапартом могли поставить крест на могуществе Мирового Острова, под пятой которого мы ныне находимся.

Император-мученик


Жизнь и смерть Императора Павла от рук клятвопреступников и изменников – явное свидетельство его мученичества за любовь к Богу, России и Русскому народу.

Голгофа Императора Павла напоминает верному сердцу Голгофу других Царственных Мучеников – Императора Николая и его семьи.

Князь Николай Жевахов писал в воспоминаниях: «Отношение императора Павла I к Церкви было таково, что только революция 1917 года прервала работы по его канонизации, однако сознанием Русского народа император Павел давно уже причислен к лику святых.

Дивные знамения, благоволения Божия к праведнику, творимые Промыслом Господним у его гробницы, в последние годы перед революцией не только привлекали толпы верующих в Петропавловский собор, но и побудили причт издать целую книгу знамений и чудес Божиих, изливаемых на верующих молитвами благоверного императора Павла I».

Сейчас, когда приближается 220 годовщина мученической смерти Государя Павла Петровича, необходимо всем нам усилить призыв к Священноначалию Русской Православной Церкви о причислении Императора Павла к лику святых, как мученика «За Христа, Россию и Русский народ». (В сокращении)

Борис Галенин,
Начальник Штаба Войсковой Православной Миссии
от 14.10.2019 Раздел: Сентябрь 2019 Просмотров: 468
Всего комментариев: 0
avatar