Добавлено:

Уроки любви «Обители милосердия»

Вот наследие от Господа: дети;
награда от Него – плод чрева.
Что стрелы в руке сильного,
то сыновья молодые.
Блажен человек, который наполнил ими колчан свой!
Не останутся они в стыде, когда будут говорить с врагами в воротах.

(Пс. 126, 3-5)



«Венец стариков – сыновья сыновей, и слава детей – родители их», – говорится в мудрой Книге Книг (Прит. 17, 6). Сегодня эта библейская истина, похоже, основательно забыта русским народом, поэтому и живут многие наши старики, потеряв свою славу, а венцом их жизни всё чаще становятся позор и бесчестие; поэтому и растёт число т.н. социальных сирот – детей, брошенных своими родителями; поэтому наполняют наши города смуглые люди, которые, чтобы прокормить свои многодетные семьи, не гнушаются любой работой. Быть может, кому-то мои слова покажутся слишком резкими? Возможно, но долг совести и профессия журналиста обязывают говорить и писать меня правду…

– Только не думайте, пожалуйста, что наши ребята, участники крестного хода – сплошь «подвижники благочестия». Они у нас разные и далеко не все благовоспитанные; могут и ругнуться, и ещё что-то выкинуть. Вы уж не обижайтесь и правильно поймите, что они у нас не простые, – сетовала в телефонном разговоре со мной основательница лосицкой обители милосердия матушка Вениамина. С таким вот напутствием отправился я по заданию редакции газеты «Русь Державная» осветить небольшой эпизод из жизни этой необычной общины, затерявшейся в лесной глуши Причудья.

Урок первый


Россия наша настолько велика, что изначально обречена быть страной контрастов. Всего в двенадцати часах езды от напыщенной, высокомерной, бесящейся с жиру Москвы находится тихий, скромный, по-хорошему провинциальный Псков. А если проехать ещё пару часов на пригородном поезде на север, до станции с интересным названием Струги Красные, то окунёшься в настоящую патриархальную глушь. Но и это ещё не конец моей журналистской командировки. Минут сорок на такси и… пропадает сотовая связь – верный признак того, что я наконец оторвался от преследовавшей меня повсюду цивилизации. Вот тут, у большого креста-голубца, поставленного членами общины, как полагалось в Древней Руси у развилки дорог, я и нагнал наконец участников необычного крестного хода…

У него имеется своя история. Ещё в дореволюционные времена, накануне праздника Святой Троицы, ходили местные жители – прихожане Успенской церкви лосицкого погоста в расположенный в сорока с небольшим километрах от него Свято-Троицкий Творожковский женский монастырь. Лосицкий приход в те времена был большим. По найденным в архивах книгам, в конце 1916 года к Лосицкой церкви было приписано почти три тысячи душ! Сегодняшняя численность населения деревни – пара сотен человек, но на нынешний крестный ход собралось около пятидесяти, примерно половина из которых – дети. В этом, наверное, одна из главных особенностей хода. Что ж, расскажем, пожалуй, об его участниках подробнее.

+ + +


История образования Лосицкой обители милосердия интересна и поучительна. С крушением СССР в умах и сердцах многих наших сограждан образовалась пустота. Чем её заполнять, каждый решал для себя сам. Для Ларисы Николаевны Фалковой – методиста отдела народного образования Красносельского района Ленинграда и её подруг – это было началом пути к Богу. Очень скоро они стали усердными прихожанками только что открытой часовни в честь священномученика Вениамина Петроградского и Гдовского. А разве может человек, пришедший к Богу, не принять всем сердцем истину, что вера без дел мертва. Вскоре и женщины организовали на добровольных началах кружок по изучению Евангелия и духовного наследия Православия для воспитанников близлежащей школы-интерната для детей с задержкой в развитии. Впоследствии к ним присоединились подростки из дневного центра для безнадзорных детей, и регулярные занятия быстро вышли за рамки приходской воскресной школы: дети росли, рос у них и интерес к вере, усложнялись вопросы, ответы на которые преподаватели уже не могли найти в книгах митрополита Антония Сурожского, ставшего их заочным духовником.

В условиях большого, живущего по своим законам города реализовать на практике евангельское учение о любви, смирении и нестяжании становилось всё труднее и труднее. Тогда и родилась идея вырвать ребят из удушающих объятий мегаполиса и переехать под покров какой-нибудь тихой провинциальной обители. Благословение митрополита Антония было получено, и Лариса Николаевна, оформив опекунство над первыми девятью подростками, занялась поиском нового места жительства. Два года они переезжали с места на место, объехав многие монастыри Псковской и Новогородской епархий – «свой» приход оказалось найти не так просто. Повезло им лишь в 1999 году, когда она познакомилась с пострижеником Успенского Псково-Печерского монастыря и духовным чадом всероссийского старца Николая Гурьянова иеромонахом Вениамином. Его тогда только назначили настоятелем кладбищенской церкви святителя Митрофания Воронежского в селе Лосицы, где когда-то стоял трёхпрестольный Успенский храм.
Нельзя не сказать и об удивительном покровительстве священномученика Вениамина Петроградского созданной тогда же «Обители Милосердия», носящей сегодня его имя. Кроме того, что в честь этого удивительного владыки был пострижен новый настоятель лосицкого храма, лично с ним знаком был и его духовный отец. В раннем детстве Коля Гурьянов часто прислуживал в родной сельской церкви Михаила Архангела и однажды удостоился чести держать посох владыки Вениамина, посетившего этот бедный приход. После службы сановитый архиерей обнял мальчика, поцеловал и сказал: «Какой ты счастливый, что с Гос-подом…» За время своего деятельного служения святитель Вениамин трижды посещал и Лосицы. Стоит ли после этого удивляться, что и умершая в 2006 году для мира Лариса Николаевна Фалкова приняла монашеский постриг в честь этого её великого благодетеля.

Община понемногу увеличивается, обрастает знакомствами и связями, обзаводится хозяйством, расширяется. Сегодня в числе общинников, помимо детей, живут и одинокие старички и несколько взрослых, среди которых преобладают петербуржцы. В «Обители милосердия», по примеру Ларисы Фалковой несколько женщин приняли монашеский постриг; есть последователи иноческой жизни, по примеру отца Вениамина и среди мужчин. Каждый год на каникулы сюда приезжают из северной столицы давние друзья: группа воспитанников и воспитателей из центра для безнадзорных детей, а также гости: родственники и близкие членов общины «Обитель милосердия». Все вместе они обычно и составляют костяк Троицкого крестного хода.

Урок второй


Завязать с ходу знакомство с его участниками у меня не получилось. Одна из женщин, которая катила перед собой коляску с полуторагодовалой девочкой, когда я к ней решил обратиться с вопросом, сделала мне знак рукой, что я мешаю ей молиться. И то верно, крестный ход – это не приятная прогулка и даже не паломническое путешествие, это духовное делание, брань, где молитва играет роль оружия.

Всю дорогу крестоходцы, разделившись по голосам на братьев и сестёр, произносят нараспев одну и ту же молитву: «Господи, Иисусе Христе, сыне Божий, помилуй нас!». Если её бездумно повторять много раз, смысл быстро теряется. А вот если его попытаться поймать и удержать в голове (что сделать совсем непросто), поняв, к кому, собственно, обращаешься, крестный ход обретает необходимую духовную мощь! Эта тяжёлая работа под силу только одухотворённым людям, а таких, как показывает личный опыт, не так много. Зато, если эту молитву помножить на количество участников, среди которых много детей, не отягощённых, как мне верится, пороками и страстями, то польза от него будет превеликая! Но ведает об этом лишь Господь, да, может быть, батюшка Вениамин, который весь ход шёл, окружённый со всех сторон ребятами. На нечастых привалах мне удалось стать свидетелем удивительных бесед этого доброго пастыря с детками, которые были просто влюблены в него. Дерзну максимально передать ход и смысл этих бесед в коротких диалогах:

+ + +


– Батюшка, а кто конфету сотворил? Бог?
– Нет, человек.
– А Бог тут ни при чём?
– А ты подумай.
– Бог дал человеку идею сотворить конфету!
– Правильно
– А батюшек кто сотворил? Бог?
– Нет. Он создал людей по Своему образу и подобию и призывает всех прийти к нему. Те, кто слышит этот призыв, идут к Богу. Так и становятся батюшками.
– А трудно быть батюшкой?
– Не знаю. Поначалу, наверное, трудно. Нужны знания и призвание, конечно. Но когда Бог призывает к служению, то становится легко.
– Я когда вырасту, тоже буду батюшкой.
– Ну и хорошо!

+ + +


– Батюшка, а вы видели когда-нибудь ангела?

– Не могу, Коля, сейчас об этом сказать.

– А бесов? Они, как Ангелы, только чёрные?

– Совсем необязательно. Они, как бывшие ангелы, невидимы и разные виды могут принимать любого живого существа.

– А рога у них есть?

– Нет. Они же невидимые, бесплотные. Это чтобы, как-то обличить их, показать их сущность, люди и рисуют им рога.

– Они как ангелы, только падшие?

– Да, деточка. Пока они были белыми, добрыми ангелами, то жаждали добра, а как от Бога отпали, перевернулись, то стали жаждать всем только зла. Белые ангелы питаются добром, а злые ангелы – злом.

– А они, бесы, в людей могут вселяться?

– Только когда Бог им разрешит, а так нет. Не могут. Не имеют права. Потому что Бог – Господь Вседержитель и Он управляет всем миром.

– Батюшка, а я беса видел!

– Ух ты!

– Да, я когда свечку в храме держал, то видел, как он пролетел. И Петя тоже видел. Правда, что это они нас плохому учат?

– Конечно. И вы, зная это, должны им сопротивляться, молиться.

+ + +


– Батюшка, а сколько ангелов у человека?

– Обычно два: ангел-хранитель и ещё один, помощник его. Если ты их просишь, они тебе помогут, а если зло делаешь…

– Я знаю, что тогда бывает. Ангел тогда отходит от человека!

– Правильно! Он бы и хотел к нам приблизиться, чтобы помочь, а мы его своими грехами не пускаем.

– Он как бы на ступеньку от нас спускается.

– Нет, это мы на ступеньку спускаемся, а ангел всегда наверху остаётся.

+ + +


– Батюшка, у моей подруги есть младшая сестра, и она, когда гуляла со мной, увидела возле магазина ангела!

– А почему нет?

– Она прямо закричала мне: «Катя, Катя я ангела вижу!». Мы сначала ей не поверили. А она снова кричит: «Вижу, вижу!». Мы её маме рассказали об этом, а она испугалась и пошла с ней в храм, к батюшке. Но он ей тоже сказал, как вы, что такое может быть.

+ + +


– Ты зачем, Никита, рвёшь ветки и травку? Они ведь тебе ничего плохого не сделали.]

– А им, что, больно разве?

– Конечно! Они же живые!

– А вот деревья и ёлки ведь тоже рубят!

– Деревья рубят на дрова, чтобы не замёрзнуть зимой, а ели – чтобы украсить раз в год жилище в честь Рождества Христова, и ели радуются этому и даже плачут.

+ + +


– Батюшка, а почему Маша умерла?

– Потому что её Бог взял к себе, чтобы спасти душу. Он увидел, что Маша уже созрела для Него, и взял её в лучший период жизни. А перед этим дал ей поболеть, немножечко пострадать. Ты же, когда болеешь, тоже к Богу обращаешься?

– Да.

– Ну вот, и она так же, заболела, стала к Богу обращаться, и Он её услышал и взял к себе, потому что там, у Него, ей лучше.

+ + +


– Батюшка, а почему, когда я ставлю свечку, она тухнет? Это бес тушит?

– Совсем необязательно. Может ветерок подуть или воск плохой.

– Когда мы были в пещерах в Псково-Печерском монастыре, то у меня Петя задул свечку, а она вдруг сама вспыхнула!

– Ребята, это всё вполне вероятно, ведь чудес вокруг очень много, но не забывайте ,что самое главное чудо, связанное с пламенем, это Благодатный Огонь, который нисходит на Пасху в Иерусалиме. Никто его специально не зажигает, даже полиция тщательно проверяет, чтобы у молящегося Патриарха не было с собой ни спичек, ни зажигалки, обыскивает его, а Огонь всё равно сходит с Небес! Я знаю одну монахиню, которая была в такой день около Храма Гроба Господня, но не смогла зайти внутрь и тогда подставила свой пучок свечей под лучи света, выходящие из храма, и свечки зажглись сами.

– Правда?

– Правда!

– А у вас, батюшка, было, чтобы свечи сами зажигались?

– Нет, только лампадка.

– А у нас один раз свет выключили, и мама пошла спрашивать спички у соседей, чтобы свечу зажечь, и пока она ходила, свечка сама зажглась!
– Вот видите, ребята, какие чудеса бывают, если люди от души помолятся! Вот что значит молитва! Когда сердца Богу открыты, то они горят любовью и загораются не только свечки. Когда сердце всех принимает и любит, то начинает гореть любовью и ничего уже не страшно.

– Я тоже так хочу, батюшка, любить.

– Давай, дорогой, старайся! Давайте и мы помолимся и пойдём дальше…

Урок третий


Крестный ход живёт и движется по своим правилам. По сути это и есть передвижной храм. У него есть свой настоятель – духовник. Есть иконы и хоругви. Читается молитва, и идёт брань. Меняются хоругвеносцы, крестоносцы – те, кто несёт впереди Крест и фонарь. Но не так просто преодолевать большие расстояния крестному ходу, состоящему из стара да млада. А прибавьте сюда ещё жару, тучи слепней и оводов, зуд от их укусов, пыль, поднимаемую проезжающими машинами и идущими впереди, жажду и усталость. Да, за крестоходцами движется автобус, который везёт не только съестные припасы и воду, но и играет функцию санитарной машины – собирать раненых в бою солдат. Но таких, если не считать восмидесятидвухлетнего дедушку Миши, пока нет.

Из мальчиков, которые воспитываются в обители, матушка Вениамина решила создать кадетский корпус. Ничего удивительного в этом нет, ведь Русской земле нужны защитники. Ездила она перенимать опыт формирования такого заведения в знаменитую Свято-Алексеевскую пустынь под Переславль, где уже более десяти лет подобный корпус существует. Проблема пока в том, что для будущего специализированного учебного заведения нет квалифицированных воспитателей – офицеров запаса. Занимаются с ребятами пока взрослые парни, отслужившие в армии. Но матушка верит, что пошлёт им Господь, как и прежде, в своё время нужных людей из армейской среды.

Армия – это второй после Церкви опорный столп, на которых стоит Россия. Поэтому понятно, почему наши внешние противники, объединившись с врагами Бога, ополчились, прежде всего, именно на две эти основы российской государственности, пытаясь уничтожить их поодиночке, не дав им возможности объединиться. Но ведь никакая власть, никакая партия не сделали для армии столько, сколько сделала Церковь, где всё, как и в армии, пронизано идеей служения, идеей высоких целей. Поэтому и крестный ход вполне можно приравнять к марш-броску с боевой стрельбой или к квалификационному испытанию на право ношения крапового берета.

Сдавая, например, в спецназе внутренних войск на краповый берет – символ мужества и доблести, кандидаты бегут 12 километров в бронежилете, каске с автоматом и противогазом, переходят вброд реку, отрабатывают разные вводные: газовые атаки и нападения противника, но упорно движутся к цели. На втором этапе они поражают мишени, преодолевают огненно-штурмовую полосу, и, наконец, 12 последних минут им предстоит выдержать рукопашную схватку с инструкторами в прямом силовом контакте, где очень часто льётся реальная кровь.

Паломники-крестоходцы преодолевают гораздо большие расстояния, и обременены они не только своими незримыми другим грехами, но и предметами вполне осязаемыми: крестами, иконами, хоругвями, рюкзаками. Не редкость на крестных ходах и кровавые мозоли, и водные преграды. Но при этом от крестоходца требуется ещё и непрестанная молитва к Богу. Отличает их от бойцов спецназа и конечная цель – крестоходцы жаждут не получение зримого символа принадлежности к элите – берета цвета запёкшейся крови, а единственно – приближение к Богу. А это достигается через осознание своих грехов. И чем дольше идёшь, тем больше их видишь и тем сильнее просишь Бога о помиловании. «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй нас!»

Урок четвёртый


Особенностью этого крестного хода является то, что многие крестоходцы идут, взявшись за руки. И в этом выражается не только помощь и поддержка ослабевшим, но это ещё и от желания быть всегда и везде вместе, рядом. В этом желании, на мой взгляд, кроется главная причина, собравшая всех людей в общине – любовь. Она присутствует в общине вполне зримо, стоит только понаблюдать, как она буквально изливается и от о. Вениамина, и от матушки Вениамины к деткам. И на самих переходах, и на привалах. О том, что эта любовь взаимна, я и не говорю. Как тут с печалью не вспомнить отношения, которые наблюдаешь, живя в т.н. «миру», где порой как раз мира-то нет и в помине: и на работе, и в общественном транспорте, да что там говорить, и в семье… среди родных между собой людей. Итак, в общине милосердия есть главное, что нужно для жизни, – любовь, а значит, где-то здесь недалеко есть и счастье, и крестный ход – лишь шаг на этом пути.

А чего же у них нет? Ой, много чего, так привычного нам, горожанам, без чего порой и не мыслим свою жизнь: суши баров, кафе и супермаркетов, парикмахерских и различных салонов, дискотек и пляжей; тут нет также горячей воды и газа, компьютеров, телевизоров, интернета и ещё много чего такого, что мы называем цивилизацией и чем меряем уровень «счастья»; к чему стремимся душой и телом, стремимся, порой закусив, в своём безумии удила, не слушая голоса сердца и духовных советов опытных старцев, а то и просто здравого рассудка: будет ли конец этой бутафорской погони «за счастьем» или нас успокоит только могильная плита?

+ + +


На одном из привалов мне удалось немного порасспрашивать о.Вениамина о его опыте обретения любви. И он поделился со мной несколькими драгоценными воспоминаниями от общения с дорогим батюшкой – Николаем Гурьяновым. Семь лет до принятия пострига приезжал молодой питерский художник Владимир Крашенинников на остров к старцу:
– Говорили-то мы с ним не особенно много и вроде бы ни о чём таком важном. Просто я ощущал в эти мгновения явное присутствие Божие, и мне не нужно было больше доказывать, что Бог есть и что Он именно Любовь. И именно Бог, действуя через отца Николая, вёл меня по жизни. А ему было многое открыто. Однажды старец попросил у меня… благословения. «Да как же я могу, отец Николай?» – спрашиваю его, сильно смутившись. А он своё: «Ничего-ничего, благослови». Предвидел батюшка мой дальнейший путь. Через месяц меня рукоположили. Он же благословил меня заниматься детьми. Только с появлением в Лосицах «Обители милосердия» я ещё раз убедился в его прозорливости. Когда предаёшь себя в руки Бога, становишься таким, как они, – батюшка показал на окружавших его детей.

– Посмотрите на них. Несмотря на малые лета, многие из них успели хлебнуть столько горя. У Вити и Вовы мама умерла от цирроза печени, когда они были совсем маленькие, а Галю родители бросили на вокзале, когда ей не было и двух годиков. Саша и Толя из семьи алкоголиков, где пьют все, начиная от мамы и заканчивая дедушкой. В такой семье их часто били и выгоняли из дома… Эти дети не видели не то что любви, но и элементарной материнской ласки. Благодаря Богу, молитвам владыки Вениамина и отца Николая у нас они немного оттаяли, поверили в то, что в мире есть любовь, добро. Мы совместными усилиями вернули этим ребятам радость детства, будущее и Бога.

Урок пятый


Стал я свидетелем и того, как батюшка по-отечески наказал одного озорника. Долго убеждал батюшка расшалившегося на привале проказника, не безобразничать, да только мальчуган продолжал досаждать приятелям. Взял тогда батюшка за ухо паренька да потрепал хорошенько. Сделал это он своеобразно, без гнева, без раздражения, как это часто делают вспылившие родители. Сделал, как исполнил свой долг по отношению к заблудшему чаду, которое надо вернуть на путь истинный:

– Ведь все вокруг, Коля, Бога слушаются: и трава, и солнце, и ветер, и птички. Только люди Его не чтут и не слушаются, как ты батюшку. Вот я тебя легонько наказал, чтобы ты прекратил безобразия, а представь, как Бог – Отец наш накажет того, кто Его не слушается!

В детском крестном ходу очень важно сочетать отеческую любовь с командирской строгостью. Без этих двух столпов, ему грозят крайности. Поэтому для хода важны традиции, иерархичность, порядок, строгость, чтобы он не напоминал ни демонстрацию, ни колонну военнопленных, ни пусть даже и образцовый строй солдат, а именно крестный ход. Дисциплина в нём должна сочетаться со смирением, а требовательность скрашиваться внимательностью и милосердием.

Урок шестой


Последний отрезок пути перед ночёвкой. Осталось чуть более 10 километров. Вроде бы немного. Но это если свежие силы, а учитывая, что за плечами ходоков почти двадцать километров в изнуряющую жару да их возрастной состав… Вот и проявляются, лезут наружу немощи. «Кому нести крест»? – вопрошает матушка Вениамина после очередного привала, но леса рук, как было в начале хода, уже не видно. Не видно и желающих нести хоругви, которые превращаются уже не в наполненные ветром, окрыляющие паруса, а в вериге, тянущие к земле руки… Рвение крестоходцев поубавилось, но, несмотря на это, находятся бойцы-добровольцы, которые, благословившись у священника, берут в руки спасительный крест, и ход движется дальше, вознося к небу очистительную молитву.

+ + +


Утро 22 июня мы встретили в деревне Сиковицы, где для ночлега нам был предоставлен местный Дом культуры. На этот памятный день выпала в этом году родительская поминальная суббота. Наверное, не случайно, как раз близ ДК находился памятник партизанам из 2-й Ленинградской бригады, штаб которой располагался в деревне в 1942-43 годах. Возле этого скромного монумента и была отслужена панихида. И снова в путь.

Выводы


До цели крестоходцев – Творожковского Свято-Троицкого женского монастыря, о котором газета уже не раз писала, осталось совсем немного, а сколько до конечной цели – обретения Бога и Любви к ближним? Об этом ведомо только Творцу да батюшке Вениамину, исповедующему всех своих чад на праздничной службе в прекрасном белокаменном соборе.
Прощаясь со своими новыми друзьями, я подумал, что напрасно меня матушка Вениамина предупреждала о том, что в их «Обители» какие-то не такие дети. Наоборот, они здесь, в сравнении с теми, кого часто встречаешь на улицах столичного города, удивительные и очень даже правильные. Если смотреть на демографическую ситуацию в стране из Творожкова и Лосиц, то она не кажется мне такой уж пессимистичной. Познакомившись с членами общины и их гостями, я понял, что есть в России такие вот «аккумуляторы» самоотверженной любви, есть люди, у которых можно учиться этому забытому искусству, а это значит, ни много ни мало, что будущее у России есть! Не за этим ли я и приезжал сюда?

Словно в подтверждение моих мыслей, по дороге на Псков мне несколько раз попались аисты, которых, как оказалось, здесь немало. Эти красивые благородные птицы издавна являются символами семейного счастья. А ещё, по преданию, они приносят детей, которых в России должно быть много-много и которых надо учиться любить.

Некоторые имена подростков изменены.

Роман Илющенко,
специально для
«Руси Державной»
Москва-Псков-Лосицы-Творожково-Псков-Москва



Фото автора и «Обители милосердия»

Для желающих поддержать эту удивительную обитель прилагаю с разрешения матушки Вениамины её телефоны и расчётный счёт:
Тел.: 8 (81133) 27-828, 8 (911)755-44-67

181023, Псковская обл., Плюсский р-н,
дер. Лосицы, ул. Центральная, д. 19
р/сч. 40703810751000030027,
кор/сч. 30101810300000000602
Банк получатель: отделение № 8630
Сбербанка России, г. Псков,
БИК 045805602
ИНН 6016004964, КПП 601601001,
Получатель:
АНО «Обитель милосердия»
от 20.04.2018 Раздел: Июль 2013 Просмотров: 329
Всего комментариев: 0
avatar