Добавлено: 03.06.2015

Живительное действие Победы

– Валерий Николаевич, нам есть о чем поговорить, прежде всего, о нашем великом юбилее Победы. Нам посчастливилось недавно побывать на Прохоровском поле, где мы вдвойне ощутили это пронзительное чувство радости и торжества в связи с Победой нашего народа в войне. Хотелось бы узнать о Ваших впечатлениях и о Победе, и о войне, и о нашем пленуме Союза Писателей, о встречах с людьми.

– Мы сейчас все вменяемые люди и патриоты, а число непатриотов, по-моему, уменьшилось. Я до сих пор нахожусь под впечатлением от парада на Красной площади. Мне кажется, это был знаковый парад, знаковое прохождение нашей силы, напоминание, ободрение для души и, конечно, безпрецедентный «Безсмертный полк», который миллионами прошел по городам и селам России.

Это великая внутренняя находка нашего народа. Народ сам вынес на площади и центральные улицы фотографии своих прадедов, дедов и отцов, которые создавали Победу. Соединил себя с ними. На пленуме в Белгороде в первый день я был на торжестве подведения итогов конкурса «Моя семья в войне». Писали школьники всех школ Белгородчины. Все тогда участвовали в войне: кто-то на фронте, кто-то в тылу, кто-то был в это время маленьким, но все школьники нашли про своих дедов и прадедов материалы, документы, рассказы. Когда я обращался к ним, сказал: очень хорошо, что вы пишете. Из этого и создается ваше отношение к ним. Кто-то говорит, что Ильи Муромца не было, но о нем написал Нестор летописец, написали многие люди, передавали рассказы об Илье Муромце из поколения в поколение. Они покрылись неким мифологическим, легендарным отсветом, стали нашей памятью. Это в памяти миллионов людей. И «Безсмертный полк» показал, что люди помнят и знают свое прошлое.

Фактически всю жизнь будучи издателями, литераторами, историками, общественными деятелями, мы в Союзе писателей России все время занимались общественной памятью, разбирались с фальсификацией истории и нам все время попадало за это. Я не скажу, что Союз писателей был любимым чадом как тогда, так и сейчас и нашей власти, и общества, и структурой людей, обладающих возможностями на телевидении, радио, в кино. Все что угодно разрешалось. То, что касается людей, настроенных патриотично, бескомпромиссно, этих людей общество не признавало. Сегодня все мы получили большой духовный, исторический шанс. На пленуме назвали все эти события торжеством духа. Дух одержал победу, дух утвердил ее.

В своем выступлении в Белгороде я говорил о том, что я дитя войны, я помню 41-й год, когда пошел в первый класс. Помню, как ходил на станцию, где мы жили в Сибири, встречал военные эшелоны, ехавшие на Запад, госпитали, в которые мы приносили огурцы, картошку, что-то декламировали, пели. Раненые бойцы нас очень просили об этом. А какая была педагогика во время вой-ны! Наша учительница 5 апреля 1942 года пришла и сказала: «Дети, наши победили», – «Ура!», – «Нет, это было 5 апреля, на Чудском озере мы одержали победу». Написала большими буквами «Кто к нам с мечом придет, тот от меча и погибнет». Вот это педагогика Великой Отечественной войны!

В послевоенный год, когда страна лежала в разрухе, когда бездомные псы лаяли на пепелищах, казалось, что никогда невозможно это восстановить, оживить людей, ведь многие потеряли родных и близких, я уже не говорю об имуществе, домах. 70 тысяч сожженных деревень. И все-таки за считанные годы страна была восстановлена. Это был подвиг, равный победе в Великой Отечественной войне.

Почему? Потому что у нас была Победа. Люди были ею вдохновлены. Это некое сакральное значение Победы, доля в ней нашего народа оказалась очень важной. Но ведь и в конце войны никто особо не сомневался в том, что мы победители, что победа завоевана нашими людьми, но потом наши враги поняли, что Победа живит наш народ, она его возрождает, восстанавливает. Ему подсовывают всякого рода аргументы, заманки, в том числе насчет демократии и прав человека и так далее, а он продолжал жить своей жизнью и верить в Победу. В этой Победе все были уверены, Победа была подтверждена Потсдамом, Нюрнбергским процессом. И я помню, как мальчишками мы стояли у репродуктора и прислушивались, а в это время наши динамовцы играли в Англии, 1945 год. И выигрывают 15:9. По-моему, мы больше никогда у англичан не выигрывали. Мы были уверены: как же, у нас была Победа, нам все подвластно.

Это живительное действие Победы надо учитывать как один из главных ресурсов. Потом ее всеми силами пытались изничтожить, дегероизировать, снять, так сказать ореол непобедимости. Иногда это удавалось. Главный архивист страны Сергей Мироненко утверждает, что не было такого подвига 28-и героев-панфиловцев, их было не 28 и кто-то остался живой, да и не весь батальон участвовал… Все это настолько убогая попытка дегероизировать: попытка принизить фактами, не уничтожить до конца, но растворить. А у народа уже есть образ героев-панфиловцев и его невозможно стереть в памяти.

К сожалению, всегда встречалось стремление лишить людей образа победителя. Например, греческий миф, где триста героев-спартанцев задержали персов. Какая разница: 301 или 305 или 298 человек, но это был миф, спасительный для всего греческого народа, так и у нас.

Конечно, надо создать перечень национальных ценностей. Зоя Космодемьянская – это не только наш национальный символ, она во всем мире известна, это вообще святая нашей жизни. Вокруг этого и шел разговор на нашем пленуме. Александр Проханов правильно сказал, что это были святые люди, святые полки, батальоны, святые маршалы. И вообще – война священная и народ святой. Кто-то это примет за публицистику, кто-то скажет, что это некая гипотеза. Но, на самом деле, если брать по-сути, то это действительно святая Победа и святой народ.

На третий день войны появилась песня «Священная война», каким-то образом она стала проявлением всего народа, а еще не выступал Верховный главнокомандующий. Хотя Местоблюститель Патриаршего престола митрополит Сергий выступил в первый же день и прозвучали слова: «Наше дело – правое, враг будет разбит». И затем были слова Верховного: «Братья и сестры, соотечественники мои». Такие слова звучали не только с амвона, но и с трибуны. Это потрясающее единство, которое образовалось тогда. Наше общество не было единокровным, единосущным и единосословным. Были раскулаченные, были репрессированные казаки, были остатки дореволюционных классов и были люди, которые считали, что есть один только социализм. Все это вдруг превратилось в один сплав. Оказалось, что могут быть отодвинуты все несогласия.

Это великий урок нашей Великой Оте-чественной войны. Об этом шел разговор на пленуме, об этом мы говорили тогда. Состоялось присуждение премий «Прохоровское поле». Белогорье – это особая область, где губернатор и владыка Иоанн создают духовно-нравственное общество. Я был там на открытии десяти храмов, которые были за это время возрождены, восстановлены или просто заново построены. Есть статистика, что на Белгородчине возрождено и построено больше храмов, чем их было до революции. Я был в пяти-семи школах, которые были восстановлены и построены. Это уже правительственная программа области. Губернатор Евгений Савченко – это особая фигура в нашем государственном развитии. В его деятельности такое воссоединение духа, дела и служения. Недаром появилось выражение: солидарность. На первый взгляд, это обращение к пролетарской солидарности и интернационализму, но здесь другое. Это соединение людей для общего дела. Я помню, 20 лет назад было освящение храма Петра и Павла, знаменитой Звонницы. Мы приехали на Прохоровку с владыкой Кириллом, которые был тогда еще митрополитом Смоленским и Калининградским, и видели это великолепие. Когда Патриарх Алексий II вышел из этого храма, он выразил удивление, как это можно за полтора года построить такое великолепие. Со всей страны стекались стройматериалы, построен дом напротив, где одна из самых лучших библиотек в стране, куда все люди передают книги – Рыжковская библиотека. И потрясающий музей танковой битвы, музей героизма русских людей «Прохоровское поле». Я помню, подошел тогда к Рыжкову: «Николай Иванович, как можно за такой срок построить?» Он сказал знаменитую фразу: «На Руси, если дело святое и никто не ворует – все можно». Это, действительно, так.

На Руси все можно, если никто не ворует. Именно там тогда появился «Безсмертный полк». Когда мы видели двухметровые портреты юношей, девчонок, мальчишек, этих бойцов Прохоровского поля. Они из военных билетов, домашних фотографий не очень хорошего качества, но на вас смотрели требовательные, вопрошающие глаза этих людей, 120 портретов. Это был прообраз «Безсмертного полка». Общественность и совет «Прохоровское поле», и губернатор, Николай Иванович Рыжков не могли не отметить постоянное внимание Русской Православной Церкви к созданию такого очага. Внимание Патриарха Алексея II и Патриарха Кирилла.

– Я вспоминаю сейчас, как мы были там два года назад на семидесятилетии этой битвы. Я обратил внимание на флаги, которые были вывешены на Звоннице. Самый крупный флаг был – красный флаг, знамя Победы. Там были знамена и России, и Белгородской области, но самый главный флаг – флаг Победы. Вы правильно говорите, что этот Мемориал сделан на века. Я тоже был на открытии двадцать лет назад, тем более что памятник был сделан моим другом Вячеславом Михайловичем Клыковым.

– Это человек панорамного мышления, который, можно так сказать, засеял нашу Россию знаками нашей памяти славы и духа. В Белгороде святой Владимир стоит, Сергий Радонежский близ Троице-Сергиевой Лавры, равноапостольные Кирилл и Мефодий в центре Москвы, маршал Жуков, Пушкин во всех ипостасях. Вячеслав Михайлович очень державного, панорамного взгляда на жизнь, и Прохоровское поле в его скульптурном воплощении в каком-то смысле это плод его мысли.

– Сейчас, по прошествии торжеств попадаются всякие негативные сообщения в СМИ. Враг не может успокоиться, что «Безсмертный полк» – это якобы организованное действо. Я думаю, что этот «Безсмертный полк» есть в каждой семье. У меня есть дома фронтовой альбом моего отца. Он тогда был военным корреспондентом, дошел до Берлина и закончил войну на Дальнем Востоке. Я недавно в очередной раз перелистывал, вглядывался в лицо отца, я уже старше его более чем в два раза. Он там тридцатилетний. Я смотрю в эти лица, вглядываюсь и вижу, что это действительно те люди, которые победили, которые дали нам возможность жить. И эту память «Безсмертного полка» никакой враг наш из нашего сердца не вытравит.

– Наши враги правильно ухватили. Настолько их это ошеломило. Недавно они говорили, что общество распадается, что оно наполнено проблемами, все против нынешнего курса. И вдруг, оказывается, что общество сплочено. Если у общества есть такая память, его уже никто не разрушит. Всеми силами эти пигмеи хотят нас разъединить, дескать, выступили организованно… Да разве можно выступить организованно? Раздаются голоса, что надо помянуть так же тех, кто погиб во время репрессий советской власти. Помянуть надо, и никаких возражений здесь не может быть. Но что же выставляете сразу в пику этому героическому подвигу, те, кто погиб тогда, они тоже отдавали силы и стране, Державе. Очень многие себя скомпрометировали, заявляя об этом. Это позор, это стыдно. Кто еще в состоянии такое придумать – «Безсмертный полк». ни какая пропагандистская служба в мире на это не способна. Это народный дух, народное движение, народная воля.

– Вдвойне обидно, что это наше торжество пытаются испортить наши же братья. Вдвойне больно. Мой папа родился в Харькове, мой дядя от ран погиб в Харьковском госпитале. У меня все по отцу украинцы. Что сейчас происходит? Отменили День Победы, глумятся над нашими святынями. Это что? Умопомрачение? Я не могу этого себе объяснить.

– Была длительная, стратегическая подготовка наших, как говорят, партнеров, западных спецслужб, точнее американских, которые не теряли времени. А судя по всему, время теряли наши, те, кто призван был работать над укреплением дружбы. Мы, писатели, всегда это делали, мы призывали, у нас были совместные мероприятия с украинскими друзьями, но на это всегда криво смотрели, никаких средств за всю двадцатилетнюю историю нашего Союза писателей ни одного рубля нам не выделено державой. А мы державники. Мы поддерживаем державное движение. Расстрел парламента, распад великой страны. Как Владимир Владимирович Путин сказал: это геополитическая катастрофа. Это связано в том числе, и с Украиной. Там есть вменяемые люди, с которыми можно находить общий язык. Я учился в украинской школе, в центре Украины на Полтавщине, с великолепным украинским языком. Кстати, нашим завзятым патриотам, которые говорят, что украинский – это наш поломанный русский язык, могу сказать, что в 1903 году Российская академия наук приняла решение, что украинская мова – это язык, а не наречие. Это решение принимали не майданщики какие-нибудь, а ученые, которые анализировали развитие языка. Я думаю, что мы будем еще не раз собираться и находить общую точку зрения. Это наша общая беда – Украина. На данном этапе помимо всяких прочих дел, нужна молитва, о которой Святейший Патриарх Кирилл говорил. Это всех касается.

– Мне вспоминается, как один из украинских архиереев сказал, что все эти события, все эти трагедии происходят, прежде всего, по нашему глубокому неверию и отсутствию молитвы.

– Что касается духовной составляющей, это безусловно так. Есть еще социальные, экономические причины, но духовные – это главные. Если 9 мая было торжество духа, то событие на Украине – это наказание Божие за наше безразличие к судьбе друга, за наше чванство, за наше честолюбие, а иногда и за наше уныние, которое часто наступает, к сожалению.

- Я часто вспоминаю, как двадцать лет назад на 50-летие Победы у меня была беседа с архимандритом Кириллом (Павловым), когда он сказал, что война была попущена Богом за наш отход от веры, отход от православия. Я думаю, что то, что происходит на Украине, подтверждает его слова.

– Господь фактически благословил Победу. Я даже задавал этот вопрос лично маршалу Жукову: «Георгий Константинович, скажите, почему мы победили? Как мы победили?». Мой коллега, секретарь ЦК Комсомола смотрел на меня со страхом: как так? Есть все факторы. Советский Союз, социалистическая мощь, индустрия, дружба народов, армия. Это все правильно, но еще целый ряд факторов есть. Маршал ответил так, может быть, потому что ему представляли нас как молодежь: «Мы победили, потому что у нас был молодой, очень хорошо духовно подготовленный солдат». Он сказал, что командиры учились у немецких, прусских генералов. Прусский офицер годами и веками воспитывался, армия прошла всю Европу, техника была лучше. Это была священная война, священные усилия. Это были люди, освященные духом, которых иначе и не назовешь. Суть их ясна, дух ясен. Поэтому мы и победили.
Беседовал Андрей ПЕЧЕРСКИЙ
от 16.01.2018 Раздел: Июнь 2015 Просмотров: 1003
Всего комментариев: 0
avatar