Добавлено:

Жнущий серп всегда блестит

Наверное, это на всю жизнь. Наверное, это навсегда. Святейшего Патриарха встречала Мордовия. Он за три дня буквально пронизывает республику. Десятки километров, сотни. Кругом Россия. Холмы, взбегающие на взгорки деревья, кустарники. Незабвенное лермонтовское: «чета белеющих берез». Выскальзывающие из низин речки, остановившиеся воды заросших прудов и поля, жнивье с убранными зерновыми, с набирающей соки кукурузой, сочной ботвой свеклы. И наши деревни может и не отлаженные, как голландские поселки, но милые и задумчивые с обжитыми, иногда и слегка покосившимися домами, с выглядывающими из-за кустов баньками. Хотя рядом все больше и больше уверенных в себе, своих хозяевах и наступивших порядках кирпичных одно- и двухэтажных домов. Сельская Мордовия оживает, крепнет, нельзя сказать, что бурно, но уверенно и все с большей и большей надеждой на будущее.

На третий день встречи на всем пути следования Святейшего Патриарха от Саранска до старинного Ардатова, до Казанской Ключевской пустыни – люди, приветствующие его. Тысячи и сотни людей у новых храмов, которые он освящал, в районных центрах, на площадях. Десятки на перекрестках дорог, невдалеке от сельских скромных и до невозможности близких сердцу церквушек, группки людей на проселочных дорогах. Вот одиноко стоящая старушка с букетом цветов, крестившая проезжающий кортеж с патриаршей машиной спереди. Пять женщин и ребятишки на коленях крестятся. А он останавливается вначале, чтобы освятить только что построенную церковь, а таковых в этот день было четыре, по программе, но и выходит у каждой группы прихожан или скорее просто людей, чтобы благословить их, положить длань на головку ребенка, перекрестить старушек, благословляет и прикасается к протягивающимся к нему загорелым, мозолистым, иногда с наколками рукам мужиков. Для меня это была самая потрясающая часть пастырского посещения Патриархом Кириллом Мордовии. Посещал же он ее в связи с 20-летием со дня создания Мордовской епархии.

Вот эта финальная часть поездки, когда вышла из-под контроля вся четко спланированная секретариатом республиканской власти, епархиальным владыкой и патриаршим протоколом, была наиболее неожиданной и впечатляющей. Я сказал: «Вы, наверное, не все видели, Ваше Святейшество: вот в одном месте стояли взрослые и держали, подняв высоко младенцев, в другом – женщина в черном платье, в скорби, наверное, поддерживаемая с двух сторон родными в белых одеждах, ожидала Вас, а там на инвалидных колясках подвезли к дороге больных и страждущих исцеления, стояли на костылях молодые парни, возможно, бывшие десантники из Афганистана или Чечни и стайки одетых в белые ангельские платьица детишек. Патриарх устало улыбнулся и сказал: «Я все видел, я все чувствовал, Валерий Николаевич, и я не мог поэтому не остановиться, не выйти к людям». Раз пять, десять, пятнадцать, не знаю, сколько было этих незапланированных остановок. Мы, сопровождающие, священники, журналисты, фотографы, киношники, выходили, выскакивали чтобы увидеть встречу, запечатлеть, поведать позднее, оставить на память событие в кадрах, в сердце, в душе. Под конец это уже было очень тяжело. На небе ни облачка, жара, зной в 30 с лишком градусов. Неуместно и глупо было спрашивать даже у себя, есть ли еще силы? А каково Патриарху? А он выходил, благословлял, улыбался, обязательно что-то говорил, желал встречающим сил, прикладывал руку к головам.

А миссия Патриарха, конечно, была церковной, духовной, просветительской, державной. Каждое слово его было внове. К каждой аудитории он обращался, не повторяясь. Возвышенное обращение ко Господу, проникновенное обращение к душе верующего, призыв к гражданину, наущение не только детям, но и начальникам, набатное слово о бедах наших, об ослаблении и упадке семьи, о погибающих нерожденных детях, о служении Отечеству, о святом праведном воине Федоре Ушакове, достигшем святости здесь, в Санаксарском монастыре в Мордовии. А ведь тогда, десять лет назад, в год торжества прославления, именно он, митрополит Кирилл, нынешний Патриарх, промыслительно возглавлял церемонию. Святейший как бы размышлял перед многотысячными аудиториями молящихся в Свято-Федоровском храме, перед морем людей у вознесенного в Новом районе Саранска столь же величественного храма Казанской Божией Матери. Это был важнейший разговор.

При посещении величественного Михайло-Архангельского храма в селе Ичалки, Патриарх поделился воспоминаниями, как в детстве каждое воскресенье приходил на службу из соседнего села. А в центре района он вышел на построенный перед храмом помост. Казалось, весь Ичалковский район вышел на встречу: красивые, открытые, просветленные лица, и Святейший с нескрываемой радостью обратился к людям. Он так и сказал: «Какие вы красивые. Какой радостью может быть труд земледельца, крестьянина-христианина. Ведь тогда, когда человек обратился к земле, он исполнил Волю Божию, он и стал человеком». И дальше был подлинный гимн земле, человеку-земледельцу. И прямое обращение к молодым ичалковцам: «Не уезжайте с вашей земли! Она ваша. К вам идут новые технологии. Мне рассказывает глава республики Николай Иванович Меркушкин о том, что все больше и больше будет строиться перерабатывающих предприятий, новых дорог и зданий. Наше спасение в земле, любви к ней, в бережении ее». – Ну, это уже слово, конечно, важно не только для молодых ичалковцев. Ведь сердце кровью обливается, когда едешь по областям Центральной России, и десятки, сотни, тысячи гектаров земли, пахотной в недавнем прошлом, не обработаны, заросли не только бурьяном, но вползающими на них кустарниками и даже мелколесьем. Наверное, патриаршее слово должно быть услышано. Ведь богатство и плодородие нашей земли более важно, чем ресурсы нефти и газа.

До приезда Патриарха Кирилла его молитвы действительно вдохновляли в Мордовии на многие дела. Так, в 2001 году он прославлял святого праведного адмирала Ушакова. Отсюда Федор Ушаков, вначале как местночтимый святой, пошел утверждать дух нашего воинства и всех православных людей по всей России.

Перед величественным Свято-Федоровским храмом в честь святого праведного Федора Ушакова стоит проникновенный памятник знаковой фигуре нашей церкви Патриарху Никону. Никон, хоть и родился на Нижегородчине, но почитается в Мордовии как земляк. Никон и сам имел титул Великого Государя и хорошо представлял успех в слитности-симфонии действий духовной и царской, то есть державной власти. И вот можно говорить, что такая, если не симфония, то гармония, совершилась в Мордовии. Николая Ивановича Меркушкина и митрополита Варсонофия можно видеть в десятках и сотнях случаев вместе. На молитве в храме, на встречах с гражданами и прихожанами, на государственных праздниках, на фестивалях финно-угорских народов. Страсть двух руководителей – строительство.

Тамбовская губерния, куда до революции входила Мордовия, была всегда землей, где было немало храмов и монастырей. Анастасия Алексеевна, моя замечательная тёща, еще до революции увезенная в город Николаев, говорила: «Мордва – очень верующие! Женщины всегда красиво одеты и богомольны». Особенно она помнила многолюдные богомолья в монастыре. (Это был Санаксарский монастырь – ныне монастырь святых преподобного Федора, праведного воина адмирала Федора Ушакова и исповедника Александра).

И ныне Мордовия православная. И это дает стимулы к продвижениям во всех направлениях жизнедеятельности – в экономике, сельском хозяйстве, строительстве, культуре. И это не случайно. Руководитель республики Николай Иванович Меркушкин и его коллеги умело увязывают экономику с духовными потребностями общества, и об этом не раз говорил в своих выступлениях Патриарх.

Двадцать лет возглавляет епархию митрополит владыка Варсонофий. Если честно говорить, то он не представляет на первый взгляд такого торжественного величественного владыку, но при постепенном знакомстве с ним вырисовывается облик рачительного, заботливого, духовного русского пастыря. Пастыря, который знает глубины православия, сопереживает вместе со своими верующими, заботится об их окормлении и укреплении веры. И строит, строит, укрепляет материальный остов церкви и ее духовную базу. Конечно, и во всей нашей РПЦ произошли серьезные сдвиги в восстановлении храмов и возведении новых, но то, что мы видим в Мордовии, не только радует, но и восхищает. В 1991 году в Мордовии было 50 приходов и ни одного монастыря. А к приезду Патриарха – 301 приход и 13 монастырей (8 мужских и 5 женских).

«Я всегда с особым чувством вступаю на Мордовскую землю – по причинам, хорошо вам известным, – говорил Патриарх. – В этой земле лежат мои предки по линии отца, которые происходили именно из этих мест. В детстве я был воспитан своим отцом в чувстве особой любви к этой земле… Должен сказать, я был свидетелем разных этапов в исторической жизни этого края, и не каждый из них радовал сердце. В какой-то момент казалось, что Мордовия – Богом забытый уголок, и что все, что происходит в мире, обходит этот край стороной, даже чисто внешне: в каком состоянии были город Саранск, деревни, дороги, как одеты были жители Мордовии. И, конечно, сердце мое сопереживало всем тем, кто не чувствовал себя достаточно благополучным на этой земле. Сегодня я могу сказать, что происходящее в Мордовии является неким чудом! Буквально за последние пятнадцать лет лицо Саранска изменилось до неузнаваемости.

Я увидел новые дороги, новые кварталы, новые прекрасные здания; даже те дома, что стоят здесь уже не один десяток лет, преобразились, потому что преобразилось все вокруг. Город стал иным, по этому городу ходят другие люди. Они иначе одеты, у них другое выражение лица. Теперь никому и в голову не придет сказать, что Мордовия – депрессивный регион, который живет по какому-то остаточному принципу, за счет богатых доноров. Все эти изменения произошли за очень короткий промежуток времени...

Я хотел бы открыто и ясно сказать всем жителям Мордовии, что совершенно особую историческую роль в развитии республики сыграл ее нынешний глава Николай Иванович Меркушкин, и хотел бы за это сердечно поблагодарить Вас, Николай Иванович. Вы всей душой, всей жизнью своею принадлежите этому краю. Вы вспомнили о том, как я участвовал в Вашей первой инаугурации. Мы с Вами провели не один час в беседах. Помню Ваши мысли, Ваши мечты и Ваши опасения, Ваши надежды и Вашу боль за все то, что происходило. Когда Вы говорили в ту пору о планах, они казались чем-то несбыточным. Но сегодня мы с благодарением Богу можем сказать, что планы осуществляются, и осуществляются так, что это очевидно для всех.

Как говорит местная пословица, жнущий серп всегда блестит. Так и любая технология и любая инвестиция начинают работать, когда работает человек, когда у него есть внутренняя сила и готовность трудиться. А ведь это уже не столько экономический фактор, сколько фактор духовный. И, размышляя о причинах того, что произошло в Мордовии за последние годы, вот о чем я хотел бы сказать. Серый, невзрачный, ничем не отличавшийся от других городок Саранск вдруг начинает на глазах преображаться. С чего же началось это преобразование? Со строительства кафедрального собора, названного в честь великого Ушакова. Это замечательное сооружение – символ нашей веры, нашей духовности, нашего патриотизма. Он, как локомотив, потащил за собой все последующие городские преобразования. А произошли ли бы они, не будь этого первого и самого важного шага, никто не знает.

Перемены, которые произошли в Саранске, являются замечательной иллюстрацией того, о чем сегодня Церковь громко говорит на всю страну. Нужно начинать с духовного, нужно начинать с обращения к Богу. Тогда изменится человеческий фактор. Тогда будет блестеть серп в руках жнущего. А если человек не будет способен к труду, к самоотдаче, к жертвенному служению, к любви, к созиданию семьи, то ничто не поможет. Богатство еще сильнее повредит душе такого человека, растлит его, разрушит его целостность, превратит в живой труп – мы хорошо об этом знаем.

Хотел бы обратить особое внимание на развитие церковной жизни в Мордовии. Следует сказать, что за последние годы республика достигла больших успехов не только в экономике и социальной сфере, именно в Мордовии были самые высокие темпы развития церковной жизни. Сегодня Мордовия на первом месте в Русской Православной Церкви по соотношению количества приходов к количеству населения, и я думаю, что важной духовной составляющей экономического чуда является чудо возрождения из руин церковной жизни.

А чудо это имеет под собой духовное основание, которым, несомненно, является молитва новомучеников и исповедников Российских. Сколько священников в годы гонений погибли именно здесь, на мордовской земле, в мордовских лагерях! И не только священники, но и многие верующие люди пострадали и были умерщвлены за веру Христову. Их молитва, их духовная поддержка, их пребывание своими мощами здесь, на этой земле, – хотя чаще всего мы не знаем места их захоронений, – представляет собой некий священный антиминс, на котором по древней традиции Церкви и совершается богослужение.

А богослужение – это не только молитва в храме. Богослужение – это вся человеческая жизнь. Если она посвящается ближнему, если человек, совершая свой жизненный подвиг, никогда не теряет из виду главного – не теряет Бога, если он стремится жить по Божиему закону, тогда его жизнь становится прославлением Бога – в труде, в профессиональной деятельности, в семейном подвиге, в воспитании детей, в заботе о престарелых, во многих и многих сферах человеческой жизни. Дай Бог, чтобы жизнь наша была таким богослужением, таким общим делом.

Очень надеюсь, что именно так будет развиваться жизнь близкой моему сердцу Мордовии, что никогда духовное начало не будет подвергнуто забвению, что этот приоритет духовного измерения жизни будет ясно сознаваться властями, как он сознается сегодня, и широкой общественностью, всем народом. Надеюсь, что и духовенство будет всегда на высоте своего призвания, никогда не уронит высокое звание православного священника, будет мужественно, дерзновенно, со смирением нести свое служение Богу и людям».

Далее Патриарх говорил, обращаясь не только к залу, это уже был ответ на развернувшиеся атаки на Церковь со стороны воинствующих либералов, самодовольных «правороссов» и возродившихся «емельяно-ярославцев».

«А почему я сказал: «Дай Бог, чтобы было так», и выразил надежду, что так оно и будет? А потому, что вокруг много соблазнов и искушений. Ведь и сегодня появляются люди, которые говорят, что ни Церкви, ни Бога не нужно. Говорят так, будто бы Россия не пережила страшных испытаний, революции, гражданской войны, гонений, разрушения храмов, унижения национальной духовной жизни. Когда завершилась эта эпоха, то многим казалось, что мы получили прививку от атеизма на десятки, а то и на сотню лет. И вот прошло два десятилетия, и некоторые опять поднимают голову и говорят: «Нужно демонтировать Церковь, нужно убрать ее из общественного пространства, она мешает нам строить светлое будущее». Мы знаем, во что превращается «светлое будущее», из которого изгоняется Бог. Мы не полемизируем с этими людьми – в полемику с ними вступает сама история, кровь новомучеников и исповедников. В полемику с ними вступает попытка построить счастливую жизнь без Бога, которая оказалась такой никчемной и обрушила жизни миллионов людей.

Мы верим, что Россия, Русский мир – на долгие десятилетия, а может быть, столетия получили прививку от этого безбожного, агрессивного взгляда на жизнь. Это не означает, что все в одночасье стали верующими. Мы с уважением относимся к людям, которые не являются религиозными, но признают значение религиозного фактора и без всякой злобы вступают в диалог с верующими. У нас общие нравственные ценности, у нас общее понимание тех великих событий, которые произошли в нашей истории, в том числе недавней истории. Но речь идет не об этих неверующих людях – речь идет о новоявленных «вождях», которые хотят представить себя интеллектуалами, предлагающими народу идти по пути интенсивного экономического развития и процветания без Бога, часто ссылаясь на какие-то зарубежные опыты. У меня так сложилась жизнь, что все эти опыты я знаю не понаслышке. Могу сказать, что места, на которые эти люди ссылаются в качестве примера, зачастую нуждаются в радикальном духовном исцелении. Очень часто эти общества, несмотря на все их богатство и роскошь, перестают быть жизнеспособными. И присутствие духовного кризиса сознается и здравомыслящими людьми в тех местах, на которые нам в качестве примера показывают пальцем.
Я говорю обо всем этом в Мордовии, потому что это небольшая республика, избравшая правильный вектор развития, делающая несомненные успехи, где правильно соединяются духовное и материальное начала».

Патриарх объявил верующим также, что было принято решение об образовании двух новых епархий. «Это даст возможность приблизить архиереев к народу, приблизить архиереев к духовенству, помочь архиерею, работающему, может быть, не в такой уж масштабной структуре, сосредоточиться на деталях, на которых не удавалось сосредоточиться, находясь «на высокой колокольне». Если архиерей будет видеть эти тонкие прописи в общей картине, у него будет понимание того, что нужно делать, когда эти прописи заполняются неправильно или вообще покрываются темной краской. Очень важно, чтобы у архиерея было обостренное пастырское чувство, чтобы у него была возможность более глубоко проникать в реальную жизнь людей. Тогда и ответы пастырские будут более мудрыми и более эффективными…

Пусть Господь укрепляет эту благодатную землю. И я хотел бы всем вам пожелать благословения Божия, мира душевного, здравия душевного и телесного, крепости сил. А самое главное – готовности и способности, несмотря ни на какие трудности, идти вперед, устрояя духовную и материальную жизнь Мордовии».

На официальном приеме в честь визита Патриарха было много директоров предприятий, строителей, руководителей крупных фирм и ректоров учебных заведений. Было удивительно слушать, когда многие из них говорили о построенных церквах и часовнях, о личных вкладах в возведенные храмы Мордовии. Один из выступивших признался, что он не из самых глубоко верующих, но часовню на территории завода построил и многое понял. Так шаг за шагом идет личное и более широкое духовное продвижение.

Почти все говорили о возвышенных просветительских и ярких выступлениях Патриарха, о «Слове пастыря», о проповедях, которые он произносит в храмах, что потом транслируются по телевидению.
Однажды мой собеседник-оппонент говорил, что он воспринимает Патриарха как высшее церковное лицо, но вот некоторые считают, что он недостаточный молитвенник.

Дорогой, с чьего голоса ты это говоришь? Бываешь ли ты в храмах, где служит Патриарх? Слушаешь ли ты «Слово пастыря»? Удается ли тебе включать православную телепрограмму «Союз» из Екатеринбурга, где постоянно присутствует с проповедями первосвятитель. А знаешь ли ты что-нибудь о ночных и вечерних молитвах Патриарха о народе нашем, о православном мире и его молитвах вместе с монахами Троице-Сергиевой лавры, с братией Соловков и Валаама? Это ведь только его тайна.

Отвечать моему оппоненту особенно было нечего, он только задумчиво раскачивал головой.

А мордовские предприниматели и строители один за другим повторялили те слова Патриарха, которые их тронули. Они не называли их молитвами, но ясно, что его молитвенное слово было им близко, волновало, заставляло задуматься и действовать. Как продвинуло оно замечательных благотворителей: Игоря Ашурбейли, Владимира Гаврилова, Дмитрия Малышева в деле поддержки культуры, строительства храмов, движения юных ушаковцев.

Большую радость и добрые чувства саранцев в концертном зале «Мордовия» вызвало вручение Патриархом Ордена равноапостольной княгини Ольги и небольшой премии многодетным матерям. Женщины – вообще особая забота Святейшего. Он всегда вспоминает, что они – основная часть верующих, прихожан храма. Он пытается огородить молодых женщин, девушек от необдуманных поступков, от следования модным взглядам и поветриям.

С сарказмом он говорит о том, что безбожный ХХ век породил опустошительную «сексуальную революцию», которой хвастают атеистические страны и которая ставит вопрос о будущем человечества. Именно в это время погибли миллионы и не только в войнах, греховная мысль позволила убивать неродившихся детей. Церковь призывает законодателей принять закон о борьбе с абортами. Трудно объяснить это движение людей в бездну. «Бог, – говорит Патриарх, – положил в основу нравственные законы, сливая двух в одну плоть, семью. А семейные отношения – брак благословляется церковью. В браке рождаются дети, а вера родителей продолжается в детях. Таинство деторождения не может быть отменено – это отмена человечности. И пусть укрепляет Господь семью любовью или страхом Божиим, или, в конце концов, пробудит чувство самосохранения в людях. Великая миссия семьи – продолжать род, а иначе для чего тогда экономика, модернизация, новые технологии? Кто будет защищать и развивать великие пространства Севера и Востока, если не будет на них народа? Великой России, Руси не может быть в условиях сокращения нации, в условиях ее вымирания.

Патриарх встревожен, он молится о семье, о матерях, о детях. Он понимает сложности материальной жизни, но не видит в этом главную причину отказа от деторождения.

И поэтому Церковь, обозначив на многих уровнях поддержку праздника святых Петра и Февронии, считает его важным светлым днем, поэтому Муром становится притягательным центром для многих молодоженов.
Поэтому светел лицом, тепло улыбался, расправляя морщины забот Святейший, когда на сцену поднимались красивые, аккуратные, смущающиеся мамы пяти, шести, семи детей. Зал аплодировал и радовался вместе с ним. А когда диктор в конце объявил, что на сцену выходит мама, у которой одиннадцать детей (!), то был взрыв аплодисментов. На сцену вышла крепкая, статная, ухоженная (как нередко говорят), с красивым лицом женщина. Патриарх прикрепил ей орден и благословил, она что-то ему сказала. Патриарх засиял, покачал головой и обратился к залу: «Диктор ошибся: мама недавно родила двенадцатого!» Что тут было! – А была великая радость, казалось, весь зал приподнялся и парил в небесах.

Незабываемый умный, радостный, торжественный день присутствия Патриарха в Саранске. Но день-то не кончился. В величественном, возвышенном Свято-Федоровском храме служилась заутреня. И опять тысячи людей, звон колоколов, громовой голос протодьякона Владимира Назаркина возвещал славу Святейшему Патриарху.

Во время визита Патриарх обращался к женщинам, матерям, к молодым людям, к благотворителям и, конечно, к священству, особенно к монахам. От них он просил усердной молитвы, в пустыни обращаясь к братии, надеялся на их постоянное внимание к богомольцам, терпение и незлобливость. Игумена Иллариона в Казанской Ключевской пустыне, которого наградили церковным орденом, благодарил за неустанные, поистине титанические труды, в связи с возведением здесь в глубинном краю России красивейшей и благодатной пустыни. Сейчас сюда прибудет немало богомольцев.

Освящая храмы, везде подчеркивал, что они создаются не для архитектурной красоты, а для того, чтобы были заполнены верующими, чтобы там звучала молитва, горели лампады и светились поставленные прихожанами свечи. Об этом всем по-своему бесстрашно и убежденно говорит в своем слове-проповеди Патриарх. Помню, как в прошлом году в храме, в Одесском оперном театре, Патриарх обличал «золотого тельца», напоминая об «игольном ушке» в мир Божий для неправедных богачей. В Одессе это напоминание важно. Но ведь и в Мордовии не раз говорил об этом Святейший и отнюдь не для того, чтобы успокоить бедных, а чтобы достучаться до сердец, душ да и разума богатых. В другом храме он говорил о солидарности людей. Вроде бы это слово из лексикона общественно-политической жизни. Но ведь не только для избирательных кампаний, для политиков оно необходимо. Оно важно для тех людей, кто неустанно трудится, а плодами их трудов часто и безразмерно пользуется небольшая группа людей. Люди должны не впадать в отчаяние, а научиться соединять свои усилия для общего блага и дела. Патриарх нередко призывает евангельскими словами: «Друг друга тяготы носите». Это одна из самых человеческих христианских обязанностей. Она нелегка, но русскому народу в веках близкая.

Поражало, конечно, уменье, да нет, талант переключения на ту или иную тему, важную для людей. И все это с глубинной евангельской основой, с понятными сравнениями, с чрезвычайной тревогой о бедах наших и убежденностью в христианской правоте. А для нашего, во многом растерянного общества, для людей, ищущих опору, важно. Эти опоры для наших людей, отнюдь не уверенных, что главное в жизни – это прибыль, это богатство, это во что бы то ни стало, любыми правдами и неправдами (в большинстве неправдами) выбиться в «успешные люди» (меня удивляет и огорчает, когда наш министр Фурсенко главную задачу школы видит в том, чтобы она научила школьника «быть успешным». Не нравственным, не образованным, не патриотом, не умным, в конце концов, а успешным. Ведь таким может быть выпускник, который ограбил кого-то на большой дороге жизни и смог обеспечить себе «успешную» жизнь).

Ну, и еще одна, в каком-то смысле важнейшая, хотя и не выпячивающаяся черта этого визита – он был близок сердцу и душе Патриарха. Святейший ступал по родной земле, поклонялся могилам своих предков. С трепетом он посетил храм Архистратига Михаила в селе Ичалки. «С этим храмом связаны воспоминания моей юности, – сказал он там. Храмом, который был единственным действующим на всю округу в то время. Именно сюда приходила наша благочестивая семья во главе с дедом Василием и его супругой Параскевой и детьми. Здесь бывали каждое воскресенье. Несмотря на то, что из Оброчного до Ичалок идти пешком не так близко, не было службы, которую бы они пропустили». Этот храм был дорог Патриарху, потому что тут в 1969 году отпевали его деда Василия, отпевали приехавшие из Ленинграда отец будущего Патриарха протоирей Михаил, старший брат Николай и студент духовной академии Кирилл, который и был рукоположен в сан в этом же году.

Два кладбища: Кольцовское в центре Саранска и типичное сельское, зеленое и уютное, в селе Оброчное. В Саранске упокоена бабушка Параскева, в Оброчном – дедушка Василий. На могильном камне искусно исполнен портрет Василия Степановича. Выглядит он могучим и непреклонным старцем. Не знаю, стопроцентно ли похож мемориальный облик Василия Степановича, но по духу и твердости, проявленных в его биографии, вот таким он и должен быть.

Родился он в Астрахани и оттуда уже переехал в Оброчное. Василий Степанович был машинистом. Среди профессионалов-железнодорожников это всегда была уважаемая профессия. Люди там всегда были боевые, грамотные, умелые. Василий был глубоко православным человеком и там, в Оброчном, женился на сельской жительнице Параскеве, с которой обрели и воспитали восемь детей, среди которых был и Михаил, отец будущего Патриарха.

Дедушка был посажен в 20-х годах за то, что оказал сопротивление «обновленцам» и выступил за Патриарха Тихона. Символично – дед Патриарха нынешнего выступил за первого Патриарха послепетровского периода в конце 20-х годов прошлого столетия, после того, как он отсидел первую «сидку», его снова посадили. За помощь православным священникам снова был арестован и пребывал уже в знаменитых Соловках.

Отсидел и там, и после войны работал машинистом. Третий раз был арестован в 1945 году в Москве, где потребовал открыть храм, который был закрыт после революции. Москве это не понравилось, и деда опять посадили. Вышел он на свободу в 1951 году, а позднее и стал священником. Крепок корень у святейшего Патриарха Кирилла.

В Саранске и Оброчном Святейший Патриарх Кирилл совершил заупокойную литию. Обращаясь к Господу об упокоении души дедушки и бабушки, он просил и о других ушедших родственниках, называя их имена. Одно, два, три, пять, десять, пятнадцать, двадцать и дальше еще многих. Были это имена людей старшего поколения и несколько младенцев.

Прости меня, Господи, но я даже слегка наклонился, чтобы посмотреть, не читает ли Патриарх с бумажки их имена. Наверное, это тоже было возможным. Но нет, в обоих случаях он без натуги вспоминал их, родных и близких. Потом один из священников еще сказал, что он поминает их каждодневно и, конечно же, знает всех родственников поименно.

А то, что знает поименно, было ясно, когда, закончив службу, он подошел к стоявшим рядом родным из Саранска, из районов и, называя их по именам, взрослых и детишек, тепло по-родственному вспоминал о предыдущих встречах. Было так тепло и светло от этой встречи родных не только по духу, но и крови людей. Конечно, вот так и нам бы всегда любить ближних своих.

Валерий ГАНИЧЕВ

от 27.11.2021 Раздел: Октябрь 2011 Просмотров: 637
Всего комментариев: 0
avatar