На вечере выступил Алексей Шорохов, участник Специальной военной операции, и теперь уже не просто писатель, а фронтовой писатель. Он рассказал о том, как с 2014 года вместе со своими товарищами по писательскому цеху Алексеем Полуботой и Игорем Паниным помогал мирным жителям на воюющем Донбассе. С началом Специальной военной операции Алексей Шорохов и Алексей Полубота ушли добровольцами на фронт. К сожалению, Алексей Полубота более полутора лет числится без вести пропавшим, и Церковь уже поминает его за упокой. Алексей Шорохов был тяжело ранен, до сих пор находится на излечении, продолжает служить русскому слову, возглавляет военно-политический журнал «Политрук».
После его выступления невозможно было не продолжить этот разговор о трагедии, которую мы переживаем в самом центре славянского мира. И это результат несделанной работы культуры. Как мы помним, трагедия на Украине начиналась ещё до 2014 года с раскола Церкви и засилья всевозможных сект, далее — принятие закона о русском языке, и в 2014-м — удары боевого самолёта ВСУ мирным летним днём по Луганску…
Вспомним, что работу культуры во многом делали писатели. И мы, дети 1980-х годов, ещё жили с ощущением, что мы — большая и сильная империя... Нет у нас сегодня писателя уровня Юрия Бондарева, нет у нас Александра Твардовского. И это трагедия. И мы пока не знаем, откуда может прийти философ, который найдёт отмычку, придумает, как остановить эту адскую войну…
И всё же о поэзии. В этом святом месте, близ Троице-Сергиевой Лавры, я говорила о своём учителе поэте Анатолии Анатольевиче Парпаре, который впервые привёз меня в это святое место в 1998 году. Это он — автор драматической трилогии, написанной в 1970-1980-е годы. Именно тогда им был выведен образ преподобного Сергия Радонежского, который являлся во сне Козьме Минину и благословлял собирать ополчение. И эта драма была отмечена Государственной премией при советской власти.
Вспомнилось мне и как в минувшем апреле хоронили мы и поминали здесь, в Сергиевом Посаде, другого большого русского поэта Валентина Васильевича Сорокина, возглавлявшего крупнейшее издательство «Современник», а после развала СССР — Высшие Литературные курсы при Литинституте. А ведь Валентин Сорокин — автор поэмы о Дмитрии Донском, написанной в начале 1970-х, и поэму эту в то время изучали в Московской духовной академии. А сегодня не изучают… И совсем непонятно, как без внимания к русскому слову, без великих наших мыслителей минувшего века сможет сформироваться учитель, писатель, историк — наставник будущих поколений.
Ирина УШАКОВА
Из выступления на Международных Рождественских чтениях в Сергиевом Посаде Михаила Кильдяшова, секретаря Союза писателей России, кандидата филологических наук
1914 год. Архимандрит Иларион Троицкий в Московской духовной академии читает публичную лекцию «Прогресс и преображение». Будущий священномученик говорит о том, какие промыслительные сближения бывают в русской истории. Он говорит, что когда создавалась Московская духовная академия, заканчивалась величайшая война, которую разразил Наполеон. И вот, когда Духовная академия праздновала свое столетие, началась другая великая война. И в первом, и во втором случае просвещенный, прогрессивный европейский народ довел свой прогресс до того, что он обернулся войной. В первом случае утончённые французы дошли до гильотины, во втором — прагматичные немцы со своей промышленностью пришли к отравляющим газам.
Теперь же мы поражаемся тому, что в 2014 году, когда Духовная академия праздновала своё 200-летие, началась еще одна великая война. Поражаемся тому, что история ничему «просвещённый» Запад не учит.
В начале XX века только-только появились аэропланы. Они ещё не успели послужить людям во благо, а в небе уже развернулись воздушные войны — новое творение рук человеческих стремительно стало орудием зла. Этому поражался Иларион Троицкий. Подобному поражаемся сегодня мы. Появились беспилотники. Возник искусственный интеллект. Создали загадочный коллайдер, который, говорят, скрывает в себе чуть ли не тайну сотворения мира. Всё это могло бы стать «волшебными помощниками» человека, помогало бы ему творить, а не вытворять. Но эти порождения прогресса, еще совсем младенцы, уже испорчены. Прогрессивная цивилизация уже научила их дурному. С чем выйдем мы навстречу такому прогрессу? Вновь с преображением.
Так, например, мы сталкиваемся с трансгуманизмом, который превращает человека в чёрную дыру, когда этот самый человек готов вытеснить из себя человека внутреннего и подменить его человеком внешним. Каждый адепт трансгуманизма попирает всё сущее в мире ради того, чтобы сохранить себя самого. Ради собственного бессмертия он готов пожрать весь мир, лишь бы самому остаться вечным. Мы выходим к такому трансгуманизму с отцом Павлом Флоренским, который в своё время говорил об органопроекции, когда человек, напротив, всё, что делает, исторгает из себя во спасение мира. Человек продолжает себя, расширяет пределы своей телесности и духовности в труде и творчестве, чтобы спасительным покровом культуры защитить весь мир.
Расшифровка «Руси Державной»