Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
В сегодняшний день, братья и сестры, мы собрались почтить престольный праздник всего нашего Отечества — Руси Святой. Нет места, нет города, нет селения, где бы не угодили Богу своей жизнью люди в разном чине, в разном звании, в разном возрасте, в разные времена. И сколько у солнца лучей, столько и путей ко спасению.
У нас одно Евангелие и один духовник — Христос. И нет у Бога епископа или священника, монаха или мирянина. У Бога есть одно — христианин. Просто каждый из нас избирает тот образ жизни в этом мире, чтобы, живя в таком чине, ему удобно было жить, угождая Богу. Это уже наша воля — избирать тот или иной образ жизни временной. Мы готовимся с вами вместе быть в одном Царстве — Царствии Небесном, у одного Бога, у одной Божией Матери и у одних ангелов, которые ему служат. Как мы собирались вместе со святыми, память которых привыкли праздновать, мы соберемся вместе со своими сродниками от Адама, с теми, которые угодили Богу и унаследовали Царствие Небесное и которые ожидают и будут соцарствовать со Христом и вместе с нами в Вечности.
Сегодня произносились во втором Евангелии слова: «Не бойся, малое стадо, ибо Отец ваш благоволил дать вам царство». Вообще слово «не бойтесь» очень часто употребляется в Евангелии. Это слово, которое наиболее часто произносит Господь наш Иисус Христос, обращаясь и к ученикам, и к пастве своей, и к нам с вами.
А почему — не бойтесь? Потому что страх человеческий — боязнь за свою жизнь, за свое здоровье, за своих детей, свое будущее — подчас навеян какими-то событиями, какими-то пропагандистскими выступлениями.
Многие спрашивают: что же, батюшка, завтра будет? А вот Господь и говорит, отвечая на это: «Не бойся, малое стадо». Потому что Господь с нами, угодники Божии с нами. Потому и не бойтесь, вы не одни, не сами в этом мире. А если и попускаются какие-то скорби, болезни, — это для нашей пользы и для нашего спасения, чтобы мы не были нерадивые люди, беспечные до самозабвения своей собственной души и бессмертной своей участи.
Мало того. Святые отцы говорят, что страх человеческий является чистейшей энергией, которой питается ад. Потому и бесы, являясь в страхованиях, пытаются запугать человека каким-то даже внешним безобразным своим видом. Когда желают человека отвратить с пути правды, ему тоже шлют какие-то угрозы и обвинения, желая посеять в человеке малодушие и, возможно, отречение от того пути, на котором он стоит. Ведь бесы когда-то были ангелами, духовными существами и питались благодатью Духа Святаго, но, отпав от Бога, они этот источник питания навсегда закрыли для себя, а им надо питаться какой-то энергией. И вот эта энергия — страх, который они внушают людям, ведь недаром святые отцы говорят, что бесы воздействуют на две категории людей: тех, которые их боятся, и тех, которые ими интересуются.
Празднуя праздник всех святых угодников Божиих, мы должны, вспоминая их житие, понять, что они жили в разное время, в разных обстоятельствах, подчас в тяжелейших условиях жизни, но они благодушествовали при этом, радостны были, имели способность любить других, способность к самопожертвованию.
Вспомните хотя бы своих бабушек, дедов. Ведь они прожили страшную жизнь: голодовки, красный террор, гражданские и отечественные войны, разруху, голод, холод, а надо было еще кормить детей, одевать, обувать. Но вот я вспоминаю свою бабушку и своего дедушку, и так мне хочется вернуться туда, к ним, в то время, когда я был ребенком, чтобы еще раз почувствовать их простую крестьянскую (ведь крестьяне — это христиане) любовь ко мне грешному, просто потому, что я есть. Они смогли сохранить эти чувства любви, доброты, жертвенности, нестяжания, трудолюбия и многие другие добродетели.
Раньше говорили — это праздник всех святых, в земле Русской просиявших. Сейчас — в Церкви Русской. Потому что Церковь Русская шагнула далеко за пределы Отечества нашего.
Мы почитаем и святых, которые почивают мощами нетленными в Вильнюсе: Иоанна, Антония и Евстафия. Мы почитаем Германа Аляскинского, который прославился на североамериканском континенте. Мы празднуем день Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского, которого почитают и в Китае, и в Сербии, и во Франции, а он в Америке почивает нетленными мощами.
Мы знаем преподобного Силуана Афонского, который прославился на Святой Горе Афон. Великая княгиня Елизавета Федоровна мощами почивает в Иерусалиме в женском монастыре. Часто приходится слышать от современных людей, националистически озлобленных, что, мол, мы надумали царей прославлять, хотим чуть ли не Российскую империю воскресить. Но, если задуматься, те, кто так кричит, они же кричат о Евросоюзе, о своем желании в него войти и тоже создать некое единство. Задумаемся: святые угодники Божии — царь Николай, царица Александра, царевич Алексий, царевны Ольга, Анастасия, Татьяна, Мария. Можно говорить об их русскости, но мать царя Николая была датская принцесса, царица Александра была родная внучка английской королевы. Николай II был двоюродным братом короля Англии Георга V, а царевич Алексий и царевны были правнучки английской королевы. Оказывается, в их семье был весь Евросоюз. Те,?кто это кричит, должны первыми их почитать, потому что они — олицетворение святости не только Святой Руси, но и всего здравомыслящего человечества, живущего в каждом отечестве и в каждой стране.
Мы сегодня вспоминаем угодников Божиих, наших святых, праведных, потому что они жили, не замыкаясь сами в себе: жили и для Отечества нашего, и для каждого человека в отдельности. Вспомните: равноапостольный князь Владимир — Киевский, но пришел на киевское служение из Новгорода, так же, как и сын его Ярослав Мудрый, был новгородским князем, а супруга его была — шведская принцесса Анна. Это Ярославу Мудрому, когда он женился на принцессе Анне, в приданое король Швеции дал город Ладогу и всю Карелию. Ее нетленные мощи почивают в Софийском соборе Великого Новгорода.
Мы вспоминаем их не только как святых, но и как устроителей, собирателей и просветителей нашего государства. Князя Владимира называют Крестителем и Красным Солнышком, а Ярослава называют Мудрым за ту мудрость, с которой он не только управлял государством, но при котором грамотность распространялась в нашем Отечестве: берестяные новгородские грамоты показывают, что в XII, XIII, XIV веках грамотностью обладали и дети, и юноши, и женщины, и приказчики, и купцы... Они пишут послания и письма друг другу, которые сохранились благодаря своеобразию северного климата и свидетельствуют о великой грамотности нашего народа. Но не только о грамотности.
Ведь грамотность-то заключалась в образовании. А что такое образование? Образование — это достижение человеком образа Божия. Можете себе представить, что только один господин Великий Новгород в XV веке имел пятьдесят монастырей. Образование тянуло человека к идеалу, к святости, которые видели в монашестве. Ведь недаром великие князья, такие как Александр Невский, Олег Брянский и другие, принимали монашество после несения креста великого княжения.
Мы знаем духовных писателей, которые оставили свои наставления, полезные по сегодняшний день для всех православных. Это и историки древности XI века, как Нестор Летописец Киево-Печерский, это и те неизвестные летописцы, которые составили своды Ипатьевской, Лаврентьевской летописей, оставили историю нашего государства и положили основание для развития исторической науки. Духовный писатель Дмитрий Ростовский собрал жития святых и составил 12 томов — «Великие Четьи-Минеи» по месяцам года, оставил нам назидание для подражания святым угодникам Божиим. Он не просто описал их жития, но святые являлись ему и подсказывали, что он не дописал в их житии, объясняли, к каким мученикам они относятся, показывая свои руки и ноги, говоря: «А здесь у меня руки перебиты… А здесь мне копием проколото». Недаром и он почивает нетленными мощами в Ростове Великом.
Мы вспоминаем святителя Игнатия Брянчанинова, которого называют отцом современного монашества, он оставил свои духовные писания для нашего назидания, бесценные сокровища духовные опытной монашеской жизни.
Вспоминаем и святителя Феофана Затворника, и святителя Тихона Задонского, который нам оставил свои творения — сокровище духовное, от мира собираемое, на примерах благочестия или особых случаях явления благодати Божией.
Мы вспоминаем, братья и сестры, Оптинских старцев, которые принимали тысячи народа, назидая каждого в отдельности, духовно ими руководя. Мы вспоминаем глинских старцев, вспоминаем Преподобного Сергия Радонежского, возродившего монашество со своими учениками после монголо-татарского разорения, когда две трети нашего Отечества лежало в руинах. Вспоминаем преподобного Серафима Саровского, к которому обращались многие люди. Почему же мы не можем стать святыми так, как стали эти люди, с постоянством жизни во святости?..
Преподобный Серафим Саровский отвечает кратко, но, как все святые, емко и понятно, что наша душа, когда слышит душеполезное слово, понимает, что это то слово, которое она искала. Он говорит, что святость зависит от решимости человека. Если человек решительно берётся бороться за свою душу с грехом, с неправдою в своей душе, с неисправленностью своею, — эта решимость и делает человека подвижником. От слова «подвиг». Ведь подвиг тоже не просто так совершается. На подвиг нужно решиться. Иногда решиться на жертву своей собственной жизнью. Помните, как совершали героические подвиги многие в нашем Отечестве, те, кто жизнь свою полагал за други своя, по слову Евангельскому? У отца Кирилла, духовника Троице-Сергиевой лавры, спрашивали: «Батюшка, что самое страшное было на войне? Что самое тяжелое?»
Он задумался и сказал: «Самое тяжелое? Спать на снегу тяжело. И потом вы не думайте, что мы такие храбрые были. Мы тоже боялись смерти». Только чем трус от героя отличается? Как говорили святые отцы, трус боится и убегает от трудностей, от подвига, а герой боится, но идет на подвиг. А апостолы, помните? Ведь они тоже сначала разбежались. Страха ради иудейска оставили Христа одного. А ведь потом они восприняли подвиг пойти по всему миру в языческие города, где их били камнями, палками, сажали в темницы, заковывали в цепи. Я уже не говорю об обвинениях, оскорблениях, клевете, которые они терпели. И все они потерпели мученическую кончину, пострадав и этим доказав свидетельство истинности веры во Христа Спасителя и в истинность Христа как Мессии.
Сегодня мы вспоминаем и простых священников, которые служили на городских и сельских приходах, но которые, когда пришло гонение, пошли в тюрьмы, на каторги, на пытки и расстрелы, не предавая своей веры. Безбожники глумились, смеялись: «Попы вам сказки рассказывают, наживаясь на ваших заработках, благодаря вам, темным, забитым, они опиум для народа рассевают». Но почему-то эти священники пошли в тюрьмы и на каторги не за деньги, не за богатство, а за веру во Христа Спасителя. Пострадали мученически — и новая волна крещения Руси мученической кровью возникла в наше время.
До сих пор в нашем обществе слышатся слова тех наследников гонителей Церкви, начиная от Диоклетиана и заканчивая коммунистическим режимом, которые сегодня еще, имея в себе гены безбожников-гонителей и атеистического настроения, кричат: «Церковь не такая, ее надо поменять, ее надо изменить!» Когда-то и мне задавали вопрос: «А почему вы не в Киевском патриархате?» Я ответил просто:
— Вы на водосвятии у меня были?
— Были.
— Воду освящали?
— Освящали.
— Она протухла? Испортилась?
— Нет, стоит святая, целая.
— Так что мне еще искать? Ведь не я сделал воду святой и нетленной. Это Тот сделал, Кто выше меня, просто через мое священнодействие Он действовал в святой Своей Церкви. А потому мне не надо другой Церкви, эта Церковь воспитала мою бабушку, которая была и остается для меня примером святости и благочестия, я недостоин ей ноги омыть и эту воду пить. Когда родители были на моей епископской хиротонии, папа подошел ко мне и сказал: «То, что ты епископ, это заслуга не моя и не мамина, это заслуга бабушки нашей».
И то, что мы здесь стоим в храме, братья и сестры, это не наша заслуга. Господь нас привел, это несомненно, Промыслом Своим. У нас в жизни были события, которые подтолкнули нас на этот путь, ведущий в Церковь, и мы остались здесь как в родном доме, единой семьей.
Вспомните, братья и сестры, как наши деды и прадеды отстаивали наше святое Православие. Они головы свои полагали, кровь свою проливали, только чтобы остаться православными. Забыли мы о славе Запорожского казачества, принимая в которое, говорили:
— В Бога веруешь?
— Верую.
— А ну, перекрестись!
И смотрели, как он крестится: по-православному ли? Православие — было основным условием принятия в войско Запорожское. С удивлением открываем современные учебники и читаем: «Запорожское казачество было многонациональным. Там были немцы, французы, поляки, шведы». Читаешь и буквы увеличиваются, потому что у тебя глаза расширяются. Да разве мы своей истории не знаем? Разве мы не знаем героизма наших соотечественников, которые за святое Православие собирались против врагов, Отечество отстаивали?!
Наша Слобожанщина — Харьковская, Сумская области, часть Воронежской, Ростовской, Белгородской области, Луганская, Донецкая области — заселялась заднепровскими украинцами после того, как там на православных были страшные гонения. И люди от геноцида, который был развернут против православных, бежали за Днепр, в земли, которые были не только не обжитые, но подвергались набегам и крымских татар, у которых основным занятием был захват пленников для работорговли. По пятьдесят тысяч наших соотечественников они выводили за один раз в плен, как это было в 1679 году. Потому в синодике XVII века нашей Святогорской пустыни записано: «В полон уведенных и тамо без причастия скончавшихся, насилием в иную веру обращенных, из плена сбежавших и на пути разными смертями изгибших…»
Я часто повторяю слова Патриарха Павла Сербского, который говорил, что не нам выбирать, в какое время нам жить, не нам выбирать, в каком Отечестве нам жить, не нам выбирать, среди какого народа нам жить, но нам выбирать в это время, в этом Отечестве, среди этого народа — быть людьми или нелюдями. Это уже наш выбор. То ли мы нравственный и духовный образ жизни выбираем и Евангелие ставим руководством для себя в жизни, то ли мы живем как перекати-поле: куда ветер вражьих помыслов подул — туда нас и понесло.
Надо укорениться в Православной Церкви. Надо живительной силой жизни жить, которая в полноте только в Православной Церкви. Мы все живем и мало задумываемся, что в нас есть сила жизни. Она дается от источника жизни. Вы подумайте, какая сила жизненная сокрыта в тонкой травинке, которая поднимает пласт асфальта, разрывает его и растет дальше! Неужели в этом мягчайшем создании такая мощь? Да ее легко в руках растереть, а сила такая, которая камень приподнимает, разрывая его, чтобы жить. Вот эта сила от Бога дается не только травинке. Каждому из нас жизненная сила дается для борьбы за свою бессмертную душу. Пласт камня, лежащий на нас, камня греховного, давит нас к земле и не дает встать и поднять очи к небу. Вооружившись церковными таинствами — исповедью, причастием и жизнью церковного человека, постом, молитвою, мы должны этот пласт приподнять, разломать его и выйти навстречу Богу.
Нету греха легкого и греха тяжелого. Любой грех — это стена между нами и Богом. И чем больше мы этих стен разобьем, пробивая брешь навстречу Богу, через которую Он свою силу в полноте изливать на нас будет, тем лучше. А разбивать эти стены между Богом и нами необходимо исповедью чистосердечной, искренней, без лукавства, без недоговоренностей, как перед Самим Богом на Страшном суде. Мы должны причащаться Христовых Таин, понимая, кто я и Кто соединяется в данный момент со мною. Бог, держащий в горсти всю Вселенную, Творец и Создатель мира снисходит ко мне, чтобы соединиться со мною и дать мне силы для борьбы с грехом.
Эти бескрайняя, непревзойденная, беспредельная сила и могущество соединяются с нами. А мы, маловеры, причастившись, тут же возвращаемся на путь своей греховной жизни, забывая, какая мощнейшая сила в нас сейчас действует, какое дерзновение мы через нее приобретаем в общении с Богом и насколько мы близки становимся с Ним. Не просто близки, мы соединяемся с Ним.
«Вы — храм Божий и дух Божий живет в вас». И мы, слушая эти слова, должны понимать, что мы образ, мы подобие Божие. Сейчас многие говорят: «Да мы верующие!» — и хвалятся своим благочестием. Как-то приехала к нам группа из Львова и решили похвалиться традиционным благочестием, которое у них из поколения в поколение на Галичине есть. Говорят: «О, у нас уси до церкви ходите, усе родиню кожну неделю ходым до церкви, уси Богу молятся и у церкви разом спиваем…» С таким воодушевлением говорят! Я выслушал их и спрашиваю:
— А у вас водку не пьют, не пьянствуют, алкоголиков нет?
Задумались. Говорят:
— Есть, владыко.
— А у вас семьи не разводятся?
— Есть такая беда, разводятся.
— А у вас блудят?
— Да что греха таить, есть такой грех.
— А у вас есть ли непримиримость и враждебность даже между близкими в семье, когда братья за то, что мама подписала хату на одного сына, а ни на другого, друг с другом не разговаривают? У вас такое есть?
— Есть.
Я не стал дальше перечислять. И они задумались. А потом говорю:
— А в ваших школах, институтах, университетах теорию Дарвина преподают, что человек произошел от обезьян?
Они говорят:
— Да.
— И вы, с детства воспитанные при Церкви, эту теорию принимаете и отвергаете, что вы созданы Богом?
— Учим.
— И дети ваши это учат?
— Учат.
— А почему вы не скажете учителям, преподавателям в институтах, в школах, что мы не согласны, как верующие люди, с этим учением. Оно разрушает в нас веру в Бога, значит, и доверие Его словам, и верность нашу к Богу разрушает.
Они задумались тогда: и ведь действительно, так оно и есть. Мы можем внешне, братья и сестры, быть церковными людьми. И креститься научиться правильно, и свечи ставить, и знать, когда какой праздник. Но должна быть еще и внутренняя составляющая веры, верности и доверия к Богу, которая, как спектр, может разложить слово «вера». Мы же все поем в Церкви «Верую во Единого Бога Отца Вседержителя, Творца Небу и земли, видимым же всем и невидимым…» При чем тут обезьяна Дарвина?
А если смотреть дальше на это учение, ведь обезьяна не взялась сама по себе. Как говорит теория Дарвина, до обезьяны были динозавры, из которых она образовалась. До динозавров были земноводные, до земноводных — рыбы. До рыб — простейшие. В общем, доходит до инфузории-туфельки и до мельчайшей микробы. То есть, получается, предок наш — даже не обезьяна, а инфузория-туфелька, динозавр, микроба. Но вы понимаете, братья и сестры, все безумие этого! Вы видели обезьян, которые написали «Войну и мир» или сделали научное изобретение? Вы видели обезьян, ездящих на машине или строящих великолепные храмы?
Нет, все это в человеке заложено, потому что величие человека в том, что он образ Божий, подобие Божие. И вечность заложена в человека от Бога, и разум, и дар слова, и способность к творению. Многое заложил Господь в человека, премудро все устроив. И все вокруг него устроив для того, чтобы ему было удобно жить в это мире: и солнечный свет, и дождь, каплющий на землю, и воду для утоления жажды, и воздух, которым мы дышим. Даже состав этого воздуха создал для нас Господь, чтобы мы могли жить. Отними сейчас на пять минут такую составляющую, как воздух, и мы все умрем. Господь даровал многие плоды, которые произрастают на земле, каждый в свое время. Из одной земли выходит растение, но каждое растение приносит свой плод: одно — кислый, другое — сладкий, третье — горький, четвертое — лекарственно полезный.
Ведь мы этим пользуемся безвозмездно, то есть даром. Просто потому, что Бог нас любит и все даровал нам так, как родители дают детям, не спрашивая зачастую ничего взамен от них, кроме любви и детской улыбки в ответ на родительское добро.
Так и мы должны быть благодарны Богу. Но в чем благодарность наша может выражаться? В любви, скажут, к Богу. А любовь к Богу в чем заключается? В словах Господних сказано: «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди». Вот в чем должна выражаться любовь наша к Богу. Не просто в словах. Она должна быть деятельна, как была деятельна любовь у наших угодников Божиих, которые тоже не жили сами по себе. Но жили для всех. Даже преподобный Иоанн Затворник, уединившись в затворе, молился за весь мир и жил не только для себя. Его праведность, святость привлекали благодать Божию на всю обитель. Он — самое яркое выражение нашего монашества святогорского, благодаря которому осталось старое название — Святые горы.
Какую местность мы оставим своей жизнью внукам, детям, духовным чадам? Мы должны так прожить жизнь, чтобы быть примером для кого-то, как примером были наши отцы и матери, бабушки и деды, наши добрые пастыри и архиереи, которые отстаивали догматы и каноническую чистоту церковной жизни, которые свободно учат нас добру, исповедуют нас. И какие бы мы грехи ни совершали, они ждут нас опять на исповедь и радуются, что их духовное чадо еще раз пришло к ним, радуются, что они нужны, оказывается, людям.
Почему у нас священников называют не просто, как в западной Европе, — пастор или святой отец? Наше народное обращение — батюшка. Это уменьшительно-ласкательное слово от слова «батько». Я как-то задался вопросом, почему человек приходит, пересиливая себя, свой стыд, и рассказывает про себя, бывает, со слезами, заливаясь краской стыда, боится голову поднять, рассказывает, что он натворил, что враг его толкнул, надсмеявшись над образом Божиим. И я удивлялся, почему человек это рассказывает, а ты, бывает, плачешь с ним, но слезами радости, что человек нашел в себе силы это поисповедовать. И потом он плачет, и ты весь в слезах, и настолько трогательна разрешительная молитва, он чувствует, что камень с души у него спал, и ты чувствуешь, что Богу послужил тем, что принял исповедь у этого человека.
Священник, принимая генеральную исповедь за всю жизнь у людей, потом считает их своими духовными чадами, доверяет им многое, не только свое переживание сердечное, но они становятся, например мои духовные чада, — и иноками, и монахами, и дьяконами, и священниками. Я доверяю им духовничество над другими людьми, хотя они пришли когда-то Николаями, Юрами в монастырь, Василиями, простыми хлопцами из этого современного мира. И вот интересно о истине и доверии священника к исповедующемуся человеку у Ефрема Сирина написано: «Благодать Божия, которая посещает искренне кающегося человека, в равной мере посещает и священника, который его исповедовал». А благодать Божия — это как раз то, что является для человека верхом утешения и радости. Ведь недаром Дух Святый называется Дух Утешитель. И то утешение, ту радость проявления Духа Святаго в простом примере мы тоже можем увидеть при окроплении святой водой — сколько радости и утешения на лицах людей, а ведь это тоже действие благодати Святаго Духа. Это не просто вода брызгается, это действие Божие в людях — во всех и в каждом человеке, заметьте, в отдельности.
Если ваше сердце возрадовалось, Дух Святый коснулся каждого из вас. Ни одного из вас не обошел, ни одного мрачного лица нет при окроплении. Часто, когда у человека неприязнь, гордыня, обозленность, какое-то самооправдание, это ему не дает радости. И по этому можно судить — от кого помысел. Помысл от Бога, действие от Бога приносит радость, утешение, облегчение, открытость. Помысел от врага дает зависть, неприязнь, озлобленность, непримиримость, нераскаянность. И это состояние помрачает человека. По своему мрачному состоянию можно понять, от кого ты помысел принял: от Бога или от врага.
Мы собрались, чтобы поисповедоваться, очистить свои души, через это сбросить бремя греховное и получить утешение от Бога при разрешительной молитве. Мы собрались, чтобы причаститься Святых Христовых Таин. Это край всех желаний человека — Бога почувствовать не только рядышком с собой, а соединиться с Ним. Это «желаний краю и верных утверждение», как мы поем в ирмосе молебного канона ко Пресвятой Богородице.
Мы сегодня пришли в храм, чтобы не просто поприсутствовать при действии Святаго Духа, а почувствовать Его действие на себе, увидеть на других. И порадоваться не только за себя, а за всю Церковь.
Мы пришли сюда, чтобы назидать свою бессмертную душу. На службе мы будем говорить: «Господи, помилуй!» — просить у Бога помилования за грехи свои, и в эти слова вкладывать желание исправиться и быть с Ним. Мы будем слышать на Крестном ходе после службы Евангельские чтения, в которых тоже назидание для души человека. Святые отцы говорят, что, когда человек молится, он разговаривает с Богом, но когда он читает Евангелие, — это Бог разговаривает с человеком. Мы пришли порадоваться тому, что мы и Отечество наше Богом любимы. И каждый из нас в этом Отечестве Богом любим по молитвам тех, кто был не только прежде нас, но кто был в наших родах праведен и свят.
По сегодняшний день вспоминаю, как в советское время, когда у нас в селе храм был разрушен, во время засухи собирались бабушки и шли на криницу читать акафист пророку Илии. Меня, школьника, поразили тогда слова. У нас была такая баба Гарпына Сердюкова. Она идет и говорит: «Мы ж почему вместе собираемся и идем акафист читать? Не одна, не две, а вместе договариваемся, собираемся молиться против засухи за дождик. Почему? Мы-то все грешные и недостойные, но идем и думаем: а вдруг среди нас какая-то святая душа, которую Бог услышит и помилует всех нас». Подумайте, какое смирение было у них. Мы все грешные, но идем и думаем, а вдруг среди нас святая праведная душа, которую Бог почует и услышит моление наше и исполнит. И вы знаете, никогда их молитва не была без ответа от Бога. Всегда шел дождик. И они потом по грязи, мокрые, счастливые, расходились, не спеша, по-старчески — по домам, радуясь о том, что они послужили своей молитвой, своей верой всему селу. Говорили: «Слава тебе, Господи, дождик прошел. Теперь на огородах, Бог даст, что-то вырастет». Вот так они служили для всего села и при этом не кичились: это мы вам дождь вымолили. Они себя грешницами почитали. Считали, что это пророк Илья умолил Бога и дождик послал.
Что может молитва одного человека, но человека праведного? Недавно паломническая группа от Украинской Православной Церкви ездила в Египет. И вот, будучи в Каире, услышали такой рассказ. В X веке халиф каирский Ал-Муизз призвал мусульман, иудеев и христиан, чтобы они рассказали, не споря друг с другом, каждый о своей вере. И патриарх Авраам Коптский настолько уверенно и так твердо и спокойно объяснил веру христианскую, что халиф оценил. Иудеи оскорбились и сказали: «Тогда мы не хотим даже присутствовать при этом, потому что они, христиане, признали Христа как Мессию, а мы своего Мессию еще ожидаем». И покинули это собрание. Халиф был разгневан. И, чтобы как-то смягчить гнев халифа, придя к нему, они сказали: «У христиан написано в Евангелии, что, если имеешь веру с горчичное зерно, скажи этой горе «Сдвинься!» — и она сдвинется. Пускай христиане сдвинут гору Муккатам, которая стоит посреди Каира напротив дворца халифского». И они пришли к халифу с этим предложением: если христианская вера истинная и патриарх Авраам так хорошо рассказал о ней, пускай они сдвинут эту гору, тогда поверим.
Халиф призвал патриарха Авраама и сказал: «Даю тебе три дня сроку: поститесь, молитесь, но на третий день эта гора должна сдвинуться. Как вы это сделаете, я не знаю. Если же вы этого не сделаете — три пути: или вы все принимаете мусульманство, или вы все, как лжецы, покидаете Египет, вам нет места в моем государстве, или все будут казнены моим войском». Патриарх Авраам собрал свою паству, молились, но гора стояла на месте, не двигалась. И вот на третью ночь Патриарху в древнем храме II века у колонны, где он стоял и плакал, явилась Божия Матерь со словами: «Не бойся, собирай весь народ, идите к этой горе. По пути вы встретите человека, несущего водонос с водой. Вы его узнаете: он будет без одного глаза. Звать его Симеон. Возьмите его с собой. Этот человек сдвинет гору». Патриарх с народом пошли к горе. Ночью на пустынных улицах идущей толпе христиан встретился человек, несущий водонос воды. Он был без одного глаза. Патриарх остановил его и сказал:
— Ты Симеон?
— Симеон.
— Расскажи свою жизнь. В чем заключается праведность и святость?
— Моя? Я самый грешный человек в этом городе. Я каждое утро встаю и говорю: «Господи, все в этом городе спасутся, один я погибну. Я — человек грешный».
— А почему у тебя нет одного глаза?
— Я кожевник. Шью и ремонтирую обувь. Однажды пришла ко мне женщина и, когда она снимала обувь, я глянул на ее ногу и пленился блудными помыслами. Но я вспомнил сразу учение Христово: «Если око тебя соблазняет, то вырви его и отбрось от себя». И я взял нож и выколол себе глаз, желая лучше остаться со Христом без одного глаза, чем отпасть от Христа за свою нечистоту и блудные помыслы.
И тогда Патриарх попросил его идти с ними к горе. Они стояли всю ночь. И вот уже наступал рассвет, начало восходить солнце. Пришел халиф с войском, пришли иудеи, чтобы надсмеяться над христианами. И тогда Патриарх сказал: «Поднимите все руки вверх и восклицайте «Кирие элейсон!» (Господи, помилуй!)» Вот сейчас эти слова будем и мы с вами петь на сугубой ектенье, молиться так, как тогда молились.
И вот, когда поднял весь народ руки и начали восклицать не только устами громогласно, но и сердцем кричали к Богу, вдруг затряслась гора и поднялась в воздух. Когда она оторвалась от земли, в этот разрыв всходящего солнца лучи осветили всех христиан, стоящих за горою. Гора сдвинулась, пошла. Она шла три километра и стала за городом. По сегодняшний день там монастырь праведного Симеона. Мощи его почивают в пещере, в которой оборудован храм. Даже геологи, исследуя ее, говорят, что состав горы — из тех же геологических пород, что в центре Каира, откуда она ушла, а под горой совсем другие геологические слои и в настоящее время. На одно только Вербное воскресенье прошлого (2020-го — Прим. ред.) года там собралось двадцать тысяч причастников, только в одном этом пещерном храме... Халиф, видя это чудо, принял крещение. И во всех храмовых росписях это чудо изображается.
Подумайте, братья и сестры, какое совершила чудо спасения всего народа молитва одного человека, его преданность Христу, и правителя властного, гордого преобразила в смиренного христианина.
Сдвиньте гору сегодня каждый внутри души своей. Сдвиньте гору в помыслах своих, оставивши их для Бога, а не для чего попало. Сдвиньте гору своей непримиримости с кем-либо. Сдвиньте гору беспечности своей души, в которой мы теплохладно пребываем. И она может двинуться. Когда сегодня, сейчас, не завтра, не послезавтра, начнется ектенья, мы будем восклицать те же слова, что восклицали египтяне, находившиеся на грани отчаяния вместе со своим патриархом. Духовенство будет молиться с вами. Вы молитесь с духовенством. И все вместе молитесь единому Богу, нашему Отцу. Молитесь Божией Матери, нашей всеобщей матери. Молитесь угодникам Божиим, нашим соотечественникам, а кому-то и сродникам по плоти. Да не кому-то, а всем. Потому что мы-то родом все от Адама — значит, по плоти мы все родственники, все святые нам родственники.
Дай Боже, нам, братья и сестры, чтобы сегодняшнее «Господи, помилуй!» пронзило небеса и дошло до Престола Божия, где было бы услышано и преклонило к нам, к нашим детям, к нашим внукам, к нашему Отечеству и ко всему миру милосердие Бога Всемогущего, который может все сотворить ради своих любимых чад, которыми мы были, есть и будем. И таковы мы не только по факту крещения, но и по факту наследия веры от наших благочестивых предков и соотечественников. Аминь!
4 июля 2021 г.
Арсений, митрополит Святогорский, викарий Киевской епархии, 24 апреля 2024 года задержан СБУ и по настоящее время содержится под стражей в Днепровском СИЗО (по информации с официального сайта Московского патриархата).
Расшифровка «Руси Державной»