Еще в 1939 году безбожная пятилетка прямо ставила задачу «закрыть последний храм и уничтожить последнего священника». Кстати, на 22 июня 1941 года был назначен взрыв храма Рождества Богородицы в Путинках, но началась война, и народ буквально повалил в храмы. Известно, что в тот же день Патриарх Антиохийский Александр обратился с посланием к христианам всего мира о молитвенной и материальной помощи России. Промыслом Божиим для изъявления воли Божией и определения судьбы страны и народа России был избран друг и молитвенник за нее из братской Церкви — митрополит гор Ливанских Илия. После обращения Патриарха Александра митрополит Илия решил затвориться и молитвенно просить Божью Матерь открыть, чем можно помочь России. Через трое суток бдения ему явилась в огненном столпе Богоматерь и объявила определение Божие для страны и народа: «Должны быть открыты во всей стране храмы, монастыри, духовные академии и семинарии. Священники должны быть возвращены с фронтов и тюрем, должны начать служить. Сейчас готовиться к сдаче Ленинград — сдавать нельзя. Пусть вынесут чудотворную икону Казанской Божией Матери и обнесут ее крестным ходом вокруг города, тогда ни один враг не ступит на святую землю. Это избранный город. Перед Казанскою иконою нужно совершить молебен в Москве; затем она должна быть в Сталинграде, сдавать который врагу нельзя. Казанская икона должна идти с войсками до границ России. Когда война окончится, митрополит Илия должен приехать в Россию и рассказать о том, как она была спасена».
Владыка связался с представителями Русской Церкви, с советским правительством и передал им все, что было определено. И теперь хранятся в архивах письма и телеграммы, Сталин не только как великий политик, но и бывший семинарист, отреагировал мгновенно. Уже одно его обращение «братья и сестры» в своем первом выступлении говорит о многом. И о каком лицемерии вождя говорят нынешние правдорубы, если он немедленно приступил к практическим шагам. Мобилизуя все силы страны, в том числе и Церковь, Сталин вызвал к себе митрополита Ленинградского Алексия (Симанского), местоблюстителя патриаршего престола митрополита Сергия (Страгородского) и обещал исполнить все, что передал митрополит Илия. И выполнил эти обещания полностью, вплоть до прибытия митрополита Илии в страну после победоносного окончания войны. Более того, Сталин, и никто другой вернул на Русь патриаршество в 1943 году, вернул патриаршество в Армянскую Церковь в 1945 году. Обратил самое пристальное внимание и на другие конфессии. В том же 1943 году разрешил провести съезд мусульманского духовенства и верующих в Ташкенте, организовать в ныне печально известном Буйнакске Духовное управление мусульман Северного Кавказа, в Бухаре, Казани и Ташкенте открываются медресе. Мы как-то забываем, что в то время в стране ничего невозможно было сделать без воли Сталина. За время войны в страну вернулось патриаршество, было открыто более 14 000 храмов, стало действовать 80 монастырей, 8 духовных семинарий и 2 духовные академии. Вновь затеплилась лампада у цельбоносных мощей преподобного Сергия. Вся Русь молилась тогда и начала молиться с первого дня войны. Ставиться в упрек Сталину и то, что восстановление патриаршества на Руси он приурочил к началу Тегеранской конференции, а в Армении — к началу Ялтинской конференции, тем самым, заигрывая с союзниками. Но Сталин вообще никогда не заигрывал в политике, а уж осенью 1943 года и тем более весной 1945 это ему было совсем ни к чему. Скорее с ним заигрывали Черчилль и Рузвельт. К тому же Сталин прекрасно понимал, что восстановление Православия на русской земле совсем не обрадует союзников, ибо оно окончательно оформляло статус СССР как великой державы. Для Запада Россия всегда была и остается предпочтительней безбожной, и он, не смущаясь, всегда прилагал и доныне прилагает к этому усилия. Вот так, господа хорошие, факты упрямая вещь.
А воспрявшая духом Русская Православная Церковь с первых дней включилась в борьбу с ненавистными оккупантами не только своими молитвами, но и рукотворной помощью голодающим в Ленинграде, госпиталям, детским домам. А миллионные пожертвования верующих, которые пошли в фонд обороны и на которые были построены танковая колонна «Дмитрий Донской» и авиационная группа «Александр Невский». А поистине героическое пастырское служение митрополита Ленинградского Алексия в блокадном Ленинграде, а окормление паствы священниками на оккупированной территории с проповедями о победе над ненавистным врагом. А сколько бойцов Красной Армии война не только вернула к истинной вере, но и сделала служителями Церкви. Приведу один только пример. Иерей одного из приходов Иркутской области отец Платон. До войны насквозь светский человек, атеист. Детдомовец, семь классов школы, ремеслуха, слесарь на одном из ленинградских заводов, выпивка с друзьями, танцульки, девушки. Он сам напишет об этом в биографическом очерке. И вот война. О том, как воевал, говорят награды: орден Ленина, Боевого Красного Знамени, четыре ордена Красной Звезды, кавалер всех трех орденов Славы, три медали «За отвагу». Такой набор наград имел не всякий профессиональный военный. Для добровольца же едва ли не уникальный случай. И вот совсем молодой человек, красавец, вышедший из такой войны живым, целым и невредимым вернулся в Ленинград. Весь мир был у его ног, но он подал заявление в семинарию. Как только не обрабатывали героя войны партийные и специальные органы, парень остался непреклонен. Кстати, хочу заметить, если бы не соответствующее отношение в то время вождя и государства к религии, не знаю, чем бы все кончилось. Во всяком случае, при любимце шестидесятников Хрущеве и душке Брежневе такое было бы просто невозможно. Более подробно о жизни Церкви в годы войны можно узнать из моей книги, хотя там тоже приведены не полные сведения, и эта тема требует еще пристального внимания и кропотливой работы.
Удивляет и печалит еще один момент. Стремление в последнее время совершенно разнородных сил, даже некоторых православных, осудить иерархов Церкви военного и послевоенного периодов не только за лесть властям и лично диктатору, но и молитвенное благословение жизни и трудов Сталина. Уж и Русская Зарубежная Православная Церковь старается не заострять на этом внимание, а у нас это любимая тема при рассмотрении роли Церкви в годы войны. Осуждаются Патриарх Сергий и Патриарх Алексий за то, что пели дифирамбы Сталину. Стыдно, что это делают не только враги Православия, но и люди, считающие себя православными. Уж им-то надо знать отношение православного к власти. Уж им-то должно было быть понятно, что не случайно Господь ввергал Россию в такое духовное безобразие, что причины всех наших бед надо искать в себе, а не во власти, данной Богом. Им же хочу напомнить из соборного послания святого апостола Павла к римлянам: «Всякая душа да будет покорна высшим властям; ибо нет власти не от Бога, существующие же власти от Бога установлены...». И именно Господь в нужный, Ему только ведомый, момент подвиг и Сталина, и советскую власть на официальное восстановление Православия на Руси.
Вот на чем я хотел бы вкратце остановиться в своем выступлении, высказать свою озабоченность и призвать вас не только в оставшиеся до празднества дни усилить активность по развенчанию усиленно навязываемой нам извне и изнутри новой правды войны, но работать в этом направлении все время. Не можем мы отдавать нашу великую Победу на откуп всяким смердяковым.
Сергей Павлович КУЛИЧКИН,
главный редактор «Воениздата»,
автор книги «Вставай, страна огромная!», полковник
Из выступления на Всемирном Русском Народном Соборе,
март 2005
главный редактор «Воениздата»,
автор книги «Вставай, страна огромная!», полковник
Из выступления на Всемирном Русском Народном Соборе,
март 2005