О чём это я? Да всё о том же — о жизни, о памяти. Скажи мне, а что вы слышали о 1941-м годе? Ты знаешь, у меня до сих пор мурашки по коже. Брестская крепость... Эти два слова, опаленные жестокой войной, заставляют сильнее биться моё сердце. Брест стал моей Родиной, так же как и для казахов, русских, белорусов, чеченцев и многих других советских солдат… Ты ведь слышал о том, что Брестскую крепость защищали солдаты более 32-х национальностей? А если посчитать различные диалекты, то 36-ти, представляешь? Это был подвиг многонационального гарнизона, в котором мужественно сражались до последнего патрона, гранаты, штыкового удара. В неравном бою мы отдали свои жизни за то, чтобы жили вы, чтоб любили, как мы, и каждую весну могли слышать пение птиц и журчание ручьёв. Война затронула 61 государство, целых 40 стран и лишь советский солдат не дрогнул, не сдался. Именно здесь, на брестской земле началась победа над фашизмом — утром 22 июня более 8 000 солдат, полуодетые, вооружённые лишь только лёгким стрелковым оружием, женщины, дети, встали на защиту своей Родины. Почти месяц мы стояли насмерть.
Вспомнился рассвет 22 июня: из 455 полков в крепости находился лишь один стрелковый батальон и полковые подразделения. Война нас подняла выстрелами во время сна. В непрерывный грохот от разрыва мин и снарядов врываются глухие удары. От них как живые вздрагивают уцелевшие стены: десятки бомбардировщиков сбрасывают на пылающую крепость свой смертоносный груз. Сумасшедшей силы ураган из огня и стали. И вдруг явственно стали слышны скупые пулемётные очереди, сухие винтовочные выстрелы, разрывы гранат. Но мы быстро опомнились, собрали свои группы и начали организовывать упорную жесткую оборону. Часам к 9-ти утра А. А. Виноградов пробрался в полубашню. В ее дворике собралось около 200 человек. Сюда же сносили раненых из соседних казарм. Раненых начали эвакуировать в подвал вещевого склада батальона связи, для перевязки использовали белье. Артиллерийская канонада сменялась атаками гитлеровцев. Итак, день подходил к концу, отбили несколько атак врага. В сумерках провели еще одну операцию по установлению в районе своей казармы пушек. Правда, снарядов удалось извлечь всего лишь 12 штук.
23 июня: с рассветом вновь начался артобстрел. На центральный остров и на южную окраину северного острова был направлен ураганный огонь, состоящий из прицельного огня и налетов по площадям. Начиная с этого дня, фашисты прибегли к тактике изнурения. Окружив крепость, они держали под контролем русла рек и каналов, увеличили продолжительность бомбежек.
24 июня: Еще раз вступает в бой немецкая артиллерия. Начинается канонада страшной силы. Адский шум заглушается низким голосом гигантской мортиры. Поднимаются облака дыма. Взлетают на воздух пороховые погреба. Дрожит земля… А дальше плен…
Солнце уже заходило, когда меня вместе с другими немцы вели через мост, который был весь окровавлен от павших немецких солдат. Толкая прикладами, немцы погнали нас к форту, у которого уже сидели изнуренные, оборванные, босые и раненые пленные. Вокруг нас поставили оцепление. Царила мёртвая тишина, слышны были только стоны раненых. В толпе я увидел глаза комиссара Фомина. Его было не узнать, израненного, в изорванной гимнастёрке без знаков различия. Но приписник выдал Фомина и на наших глазах Ефима Моисеевича расстреляли. Нас, измученных голодом, бессонницей и ранениями, построили в колонну, и с поднятыми руками погнали на Запад. Пить нам не давали. Если кто-то опускал руки, тут же раздавался выстрел конвоира. Помню, как мы вышли к маленькой речушке, одни бросились к воде, чтобы напиться, другие — чтобы утонуть. Многие навечно остались покоиться у берегов. И вот — шталаг 307. Теперь у нас больше нет имён, только номера. Мне достался 13512. Прожил я в этом лагере год. А знаешь, я ни о чём не жалею. В лагере я помог выжить стрелку 9-й заставы Морозову Николаю Михайловичу — когда он в лагере получил свой номер, я шепнул на ухо: «Брать будут только 200 человек, так что старайся стать впереди». Сказал, и сам пристроился с правого фланга. Умер я 30 апреля 1942 года. Жаль, что меня уже нет, наверное, я теперь и сам трава.… Эх, я б тебе много поведал…
Интересно, какая крепость в твоё время? Может там есть музей? А если он есть, то, как тебе он? Впечатлён? А пристань у Тереспольских ворот? А скажи мне, ты гулял по крепостным дорожкам? Пройдя по ним, ты словно станешь другим человеком. Просто только потому, что память об этом месте жива и будет жить, а подвиг советского солдата бессмертен. А может такой мозг, как в кино, будет создавать людские образы и мне кажется, что в крепости уже гуляют такие фигуры защитников крепости и их семей. И они навсегда там остались вечно молодыми, гуляющими по крепости в субботу 21 июня 1941 года. Люби жизнь, как любили мы её. И сделай всё, чтобы эта жизнь имела продолжение — сохрани мир на Земле. Храни эту память, бережно и трепетно. Пока ты жив, приходи в это святое место. Помни, что мы живы до тех пор, пока о нас помнят. Не должна исчезнуть память о героях Брестской крепости! Помни — мы не должны быть забыты! Мы, уже ушедшие, стучим в твоё сердце — помни!!! Пока ты помнишь — мы живы, мы храним твой мир, твоё будущее…
Артём ЗАЯЦ,
ученик 6 класса
ГУО «Средняя школа №6 г. Бреста имени Г. И. Кротова»
ученик 6 класса
ГУО «Средняя школа №6 г. Бреста имени Г. И. Кротова»
Руководитель Дорофейчук Лариса Леонидовна